Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

— Да. Соня нас проведет в пункт управления. Она знает, как туда попасть.

Девушка только кивнула, распечатывая второй батончик. Она старалась есть медленно, демонстрируя безразличие, но Инжер видел, как в ее взгляде проскакивало иногда желание запихнуть его в рот весь. От голода, понятное дело.

— Ты аккуратнее, — добродушно проговорил Рог, похлопав ее по плечу, от чего девушку немного качнуло, а здоровяк смутился, — у нас еще есть, наешься. Да и пообедаем потом.

— Ловлю на слове, — Соня ткнула здоровяка в бок локотком.

Решение загадки с таинственной девушкой, оказалось до банального простым. Она просто здесь выживала и все. Пока шли, Соня коротенько рассказала про свою жизнь, про воспоминания о том, как все скатилось в эту задницу. На вопрос, почему она не ушла со всеми в бункер, та только плечами пожала и задала вопрос: А что там делать? Сидеть в четырех стенах, доедая остатки провианта, которого и так не хватает?

Логично не поспоришь. Большинство из них тоже так бы поступили и именно поэтому мы все здесь.

Единственное, что Инжера беспокоило, так это ее история. Имелись в ней странные нестыковки, да еще и наши призрачные друзья подсказывали, что с девчонкой не все так просто.

Они, по началу, вообще в шоке были от такого поворота. Катя открыто назвала его идиотом, но потом, перекипев, согласилась, что не ходить на склад и держать странную девчонку рядом разумнее, чем тратить время на поиски, да еще и опасаться козней от нее.

Глава 10

Центр управления, по словам Сони, и с подтверждения призраков, располагался на севере. Пришлось еще немного погулять по городу, вполуха слушая разговоры товарищей об очистке города от мусора и расселении людей, раздумывая над сложившейся ситуацией.

Во всех заброшенных местах, куда они попадают, одна и та же картина в разных вариациях. Первый модуль, второй, теперь вот этот город. Человечество угасает и угасает стремительно.

Еще пара сотен лет и от людей не останется ничего. Его стремление улучшить жизнь капля в море, позволяющая протянуть людям чуть дольше.

Воздушные машины исчерпывают свой ресурс, за ними начинается охота без правил и жалости. Максим с Ромой вон собирались, как выяснилось, отбирать топливо у деревень и маленьких городков, обрекая их на гибель. Людоедство чистой воды.

Если они кардинально ничего не поменяют, то человек обречен.

— Вот только как все изменить? Что мы вообще можем изменить такими малыми силами? — вслух произнес Инжер, созерцая картину разрухи и запустения.

— О чем задумался? — Соня, сама непосредственность, толкнула его локтем в бок, выдергивая из невеселых раздумий.

— Как думаешь, что можно сделать для спасения человечества? — ответил Инжер вопросом на вопрос, чем ввел в ступор всех остальных.

— Ну, ты и мыслитель, — медленно протянул Макс, обходя кучу металлолома. — Тут не знаешь, как с проблемами имеющимися разобраться, а ты вон чего спрашиваешь.

— Объединить всех под одну власть? — включился Ванька, начав рассуждать на эту тему. — С другой стороны власть никого не спасет. Власть только может дать ресурсы и людей для достижения этой цели.

— Помогли кому-нибудь ресурсы и власть? — фыркнул Руби, вышагивая по захламлённому городу как по родному дому настолько для него все вокруг было привычно. — Человек развращается, увязает в мелких делах и все. Сама посуди. Мы кое-как вырвались сюда. Инжера вовлекли в возню с переговорами, налаживанием отношений, дележкой, а ему это даром не надо.

— С чего ты взял? — надулся Макс, задетый за живое.

— Я с ним подолее твоего и могу догадываться, что у него на уме. Не зря он по всем этим помойкам лазает, на трупы смотрит и прочую дрянь. Ты, претор, думаешь, что это он и мы все от любознательности делаем? Или от того, что нам нечем заняться? — блондин фыркнул, закидывая руки за голову, от чего приобрел совсем уж беззаботный вид. — И я с ним согласен. Мне эта возня за власть даром не нужна и богатство тоже не нужно.

— А что тебе тогда нужно? — едко спросил его мужчина.

— Мне нужно, чтобы дети не жили как крысы на помойке. Мне нужно, чтобы еды всем хватало. Мне нужно, чтобы отверженных не гоняли, и они могли нормально жить, а не выживать. Сделает это власть? Нет, — припечатал он.

— У нас дети не голодают и не живут на помойках, — насупился Рог.

— Да-а? — вклинился Ванька, сжав кулаки. — А мы не дети были, когда в Башню попали? Выживали на тренировках, дрались и охотились в пещерах на жуков, пока детишек из башни водили к нам на экскурсии. Или мы другие дети? Не те, что достойны нормально жить? — Ванька, как всегда, был груб, но говорил точно и емко.

— Да чего вы завелись? — натужно улыбнулся Макс. — Все я понимаю, не нужно так на меня нападать.

— А то, что власть везде одинакова, — припечатал Федя, — одни меняются на других. Какие-то из них лучше, какие-то хуже, но что меняется глобально? Ни-че-го.

— С вами так интересно, — похлопала в ладоши Соня. — Ты меня спросил, что можно сделать для спасения человечества? А зачем ты его хочешь спасти? Ты думал об этом? Может, люди достойны того, что имеют?

Поставленный вопрос даже заставил Инжера задуматься. Минут на пять он умолк, игнорируя спор товарищей, проходящий фоном и, кажется, нашел ответ:

— Я не хочу выбирать, кто достоин, а кто нет, — ответ, прервав спор. — Я хочу, чтобы люди снова жили в благоприятных условиях. Таково мое эгоистичное желание.

Соня лукаво улыбнулась и кивнула: — Вот, исходя из этого, думай, как решить проблему, а я тебе не советчик.

— Да? — подозрительно посмотрел он на девушку. — Сонь, а почему ты не стала психом?

— Не знаю наверняка, но могу предположить. Я с рождения не ходила и не говорила. Родители работали, и мной занималась бабушка, но она быстро умерла. Когда началась вторая волна заболевания, я почувствовала ноги, а со временем и говорить смогла. Только к тому времени осталась одна совсем, — рассказала девушка.

— Как ты выживала вообще? — вытаращился на нее Руби.

— У нас дома хранились некоторые запасы еды. Мама скопила. Чувствовала, что ей осталось недолго, и она тоже теряет рассудок. Ну, вот я и ползала, ела, а потом, когда еда закончилась, стала потихоньку выбираться из дома. Голод он и не ходячего поднимет, знаешь ли, — Соня рассмеялась.

За всеми этими спорами и разговорами мы не заметили, как дошли к северной части города.

— Вон то здание видите? — ткнула пальцем в обугленную, расписанную странными символами многоэтажку