Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

- Ну-у тот... Который за шкафом. - Напомнил я ей, с чего всё началось.

- А-а... Да. То есть, нет... - Стушевалась она. - Знаешь, ты иди... Я... сама потом...

Вот бабы! Только что гнала поклонника и вешалась мне на шею. А стоило тому уйти, как дала мне отставку и теперь "страдает".

- Ладно, пока тогда. - Я кивнул на прощание и зашагал прочь.

Но, видимо осознав, что остаётся совсем одна, Марина вдруг бросилась следом, яростно шипя.

- Стой! - Она с разберу врезалась мне в спину. - Ты куда собрался?

Я тяжко вздохнул и, развернувшись, подхватил Марину на руки и понёс в дом.

О, Создатель! Как давно у меня не было женщины! Можно сказать, с прошлой жизни! Марине на вид было дет двадцать семь - двадцать восемь. Сквозь тонкую ткань халатика я чувствовал разгорячённое тело. Упругая попка уютно устроилась на моих руках, а часто вздымавшиеся грудки прижималась к моей груди. Я занёс девушку на второй этаж и мягко опустил на постель.

Марина змеёй выскользнула из халатика и принялась стаскивать с меня майку. Затем опустилась на колени и стала расстёгивать ремень. Вжикнула молнией, и я сбросил джинсы. Взял девушку под локотки и, положив на кровать, избавил её от узеньких трусиков.

- Свет! - Прошептала Марина. - Надо погасить свет! Вдруг Леська проснётся.

Я подцепил её шлёпанец и запустил в выключатель. Тот обиженно щёлкнул, и комната погрузилась в темноту...

Утром нас разбудила Леська. Она, деловито сопя, забралась под одеяло и улеглась между нами. Я машинально погладил девочку по головке и успокаивающе подмигнул.

- Ты теперь будешь моим папой? - Наивно пролепетал этот ангелочек, и я немного смутился.

- Ну-у... - Растерянно промямлил я, не зная, что сказать.

- Леся, не смущай дядю Колю. - Проснувшаяся Марина шутливо шлёпнула дочку по попке. - И вообще, быстро зубки чистить и будем завтракать.

Ребёнок, картинно надув губки, с обиженным видом слез на пол и затопал по коридору, забыв при этом закрыть дверь. Я уже было протянул невидимую руку, чтобы воспользоваться телекинезом, но вовремя спохватился.

Ну его, это палево. Опять за Генриха примут, и всё начнётся по-новой.

НЕ-ХО-ЧУ!

А имею страстное желание вот так валяться на ложе, обнимать желанную и мяконькую со сна женщину и вообще...

Я встал и, поскольку был голым, быстро шагнул к двери и закрыл её на защёлку.

- Я никогда не запираюсь на ночь. - Пояснила Марина. - Леська часто просыпается и перебирается ко мне.

- А чего вместе не спите? - Удивился я.

- Нельзя. - Строго сказала Марина. - Это плохо влияет на развитие ребёнка.

Спорить с профессиональным психологом - себе дороже. Да и времени было не так, чтоб много, чтобы тратить его попусту.

Моё лицо выдавало с головой все мои коварные планы. Против которых Марина ничего не имела.

- Иди сюда. - Поманила она меня тонким пальчиком и я гепардом прыгнул на наш миниатюрный сексодром.

Ну, или бодрым похотливым козлом. Это кому как.

Вот мне, например, гораздо больше нравится сравнивать себя с могучим представителем семейства кошачьих, чем с прозаическим и рогатым парнокопытным.

Глава 14

Утренний секс был не таким бурным и неистовым как то, что мы вытворяли ночью. Да и возможное возвращение Леськи накладывало свой отпечаток. Поэтому мы нежно и, как-то по семейному, доставили друг другу удовольствие и стали одеваться.

Потом мы прошли на кухню, располагавшуюся на первом этаже и Марина принялась варить кофе. Я же, чтобы не сидеть без дела, настрогал бутербродов. К нам присоединилась Леська, успевшая переодеться. И теперь на ней вместо пижамы было лёгкое розовое платьице с бантиком на поясе.

- Опять эта противная каша! - Горестно вздохнул этот чудо-ребёнок.

- Надо, доченька, надо. - Принялась увещевать Марина. - Зато потом кое-кто получит бананчик.

- И апельсинку? - С надеждой спросила Леська.

И голосок девочки был таким трогательным, что Марина невольно прыснула.

- И апельсинку! - Потрепала дочку по волосам она.

- Что делать думаешь? - Спросила Марина.

Голос молодой женщины показался мне напряжённым. Я глянул на неё через сканер и удостоверился, что несмотря на внешнюю невозмутимость, она охвачена тревожным ожиданием.

- Если по поводу сейчас, то в Москву надо бы смотаться. - Принялся я описывать свои ближайшие планы. - А если тебя интересует вообще...

Девушка смущённо отвела глаза. И я понял, что ближайшая перспектива не так занимает её как отдалённая.

Повисла неловкая пауза. Я не знал что сказать, так как сам не представлял, что будет дальше. А Марина видимо просто стеснялась озвучивать свои желания.

Ну, не руку и сердце же мне ей предлагать, в самом деле? Не примет. По многим причинам. Хотя нет. Это поводов для отказа может быть множество. А причина всегда одна. В данном конкретном случае это статус. То самое положение в обществе, которое определяет всю жизнь уcловно-разумного.

Ведь, если как следует подумать и разобраться, что будем иметь, в сухом остатке? То, что является таким естественны для меня - абсолютно неприемлемо для этой молодой и ухоженной женщины.

Ведь, предложи я ей уехать куда-нибудь в, скажем так, сельскую местность и заняться моим любимым делом и что?

"Не для того я столько лет училась, чтобы коровам хвосты крутить"! - Гордо заявит эта утончённая девушка и будет права.

Её хрупкое и хилое тельце не предназначено природой для ровной напряжённой работы на свежем воздухе.

Ночёвки под октrрытым небом на дальних пастбищах, запах свежескошенного сена и тяжёлое ведро парного молока, только что надоенного своими руками, так же чужды ей, как мне скучное просиживание штанов в пыльных кабинетах и подковёрная возьня преподавательского состава.

Мы из разных миров. Я из реального, пахнущего потом пахаря и навозом, которым удобряют землю перед тем, как вырастить на ней хлеб. А в её, одухотворённой и благоухающей "шанелью номер пять" зоне комфорта, булки растут прямо на деревьях.

Повисла неловкая пауза, прерывать которую я не спешил. Марина же, видимо, желавшая услышать от меня какие-то особенные слова, с каждой секундной смурнела всё больше и больше. Наконец, поняв, что ничего сверх того, что уже прозвучало, от меня не дождётся, перевела разговор на нейтральную тему.

- А ты у Михалыча как оказался? - Поинтересовалась он, глядя на меня поверх дымящейся чашки. - Что, не смог поступить и