Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

в противоположном направлении движение было не таким плотным. Мы выбрались за МКАД и Игорь увеличил скорость.

Ехали где-то час. Что для Москвы, как объяснил Кузнецов, в общем-то, совсем немного. Потом свернули с федеральной трассы в сторону и, через десять минут, остановились около шлагбаума.

Игорь посигналил и из будки вышел кряжистый мужик лет пятидесяти.

- А, Игорёк. - Узнал он младшего лейтенанта. - Пополнение привёз?

- Здравствуйте, Сергей Петрович. - Поприветствовал охранника сопровождающий. И представил меня. - Это Коля. Поработает пока у Михалыча.

- Ну, проезжай, коли так. - Сергей Петрович поднял шлагбаум и мы оказались на территории коттеджного посёлка.

Я предположил, что он ведомственный, но уточнять у Игоря не стал. Какая, в общем-то мне разница? Мне главное, чтобы с видом на жительство помогли. Даже деньги в настоящий момент играют не такую уж большую роль. А вот легализоваться было бы неплохо.

- Семёныч, принимай гостей. - Весело крикнул Игорь, когда мы остановились около недостроенного дома.

Ну что сказать. Замком это сооружение назвать было нельзя даже с большой натяжкой. Обычный такой двухэтажный коттедж из красного кирпича.

Крытая бордовой металлочерепицей крыша, стеклопакеты и вполне заурядные, безо всякой вычурности и помпезности, входные двери.

В общем, на жилище бесящегося с жиру коррумпированного олигарха, недостроенное жилище Михалыча походило мало. И настроение у меня слегка улучшилось.

"Даже, если и ворует, то меру знает". - Удовлетворённо подумал я. - "А, раз меру знает, значит, особь вполне себе вменяемая".

Что ж, может, не всё так и плохо. Никаких охранников с дробовиками и несчастных забитых рабов, не было и в помине. Всё цивилизованно и на добровольной, так сказать, основе.

Возле стройки стоял пяток вагончиков. Четыре были отведены под временное жильё. В последнем хранился инструмент и кое-какие стройматериалы.

Семёныч, который оказался Виктором Семёновичем, был здесь главным. Совмещая функции завхоза, прораба, бригадира и, заодно, наставника молодёжи.

По манере поведения и выправке можно было догадаться, что это бывший военный. Вышедший в отставку в невысоких чинах и, чтобы не сидеть дома, занявший эту, без всякого сомнения, нужную и важную должность.

И, хотя у меня отношение к людям в погонах весьма специфическое, этот добродушный дядька невольно внушал уважение. Сам при деле, ребят вон обучает. И, при этом успевает работать руками. Не "руководить" а именно делать дело.

- Спать будешь здесь. - Коротко информировал меня Семёныч, при этом поинтересовавшись. - Переодеться то есть во что? И вообще, где твои вещи?

- Обокрали его, Семёныч. - Доложил как нельзя кстати подошедший Игорь, избавив меня от очередного вранья. - Все вещи вместе с документами спёрли.

- Бывает, - огорчённо крякнул завхоз, - но ты не сцы, паря. Мир не без добрых людей.

Тут я с ним был полностью согласен. Если б не нормальные индивидуумы которых, к сожалению меньшинство, эту Локацию ждала бы печальная участь.

- Ладно, я поехал. - Уведомил меня Игорь и попрощался, заодно обнадёжив. - Бывай, братуха. Я через пару дней заскочу. Может, удастся сделать тебе свидетельство о временной регистрации.

- Спасибо. - Поблагодарил я младшего лейтенанта.

- Отдохни пока. - Семёныч указал рукой на одну из кроватей. При этом заботливо спросив. - Жрать хочешь?

- Ну-у. - Неуверенно загундосил я. - Как бы да.

- Вот, держи. - Он достал кошелёк и протянул мне пятьсот рублей. - Это аванс. - И тут же предупредил. - С зарплаты вычту.

- Само собой. - Обрадовался я.

Ибо наличие легальных денег, пусть даже и таких смешных, по сравнению с хранящимся в стазисе неполном полумиллионе долларов, не могло не радовать.

- Магазин в той стороне. - Он махнул рукой куда-то вдаль. - Там же останавливается маршрутка. - Правда, что тебе в Москве делать?

Дела-то у меня в Москве были, но распространяться о них я не собирался. Так что просто кивнул. То ли благодаря, то ли соглашаясь с доводами начальства.

- Значит, осмотрись для начала. - Благодушно разрешил Семёныч. - Пожрать сходи купи. А после обеда машина с материалами придёт. Будем разгружать.

- Спасибо. - Искренне поблагодарил я.

И вслед за Семёнычем и Игорем вышел из вагончика.

Младший Лейтенант сел в свой заботливо ухоженный тарантас и уехал, а я неторопливо побрёл в сторону торгующей продуктами лавки.

"Ну вот", - размышлял я, - "меньше суток в Москве, а уже какой-никакой, а статус".

Правда, в местной табели о рангах "гастарбайтер" был чуть повыше бомжа. Коим, собственно, я и являлся.

Ни дома, ни семьи. Хотя, есть ещё куча бабла, но его надо каким-то хитромудрым способом легализовать. Да труп с перерезанным горлом и два терпилы, на которых этого жмурика я собирался повесить. Вот и все мои активы на сегодняшний день. Так что, всё не так уж и плохо. Работы я не боюсь, а там все, так или иначе, устаканится.

Я купил белого хлеба, кусок колбасы и литр сока. Вернулся в моё временное пристанище и умял всё в один присест. Затем улёгся на кровать и, заложив руки за голову, уставился в потолок.

Где-то через час в вагончик завалились два крепеньких паренька, представившихся как Степан и Василий. Оба были одеты в спортивные штаны и сланцы на босу ногу. Они по-быстрому заварили Доширак и слопали его, заедая такой же, какая недавно была у меня, колбасой и хлебом. Потом попили чаю, и обед на этом закончился.

Тут, нарушив послеобеденную идиллию и вежливо постучав в дверь, зашёл Семёныч, и позвал всех на работу.

- Машина приехала. - Обрадовал он, протягивая мне тренировочный костюм и такие же как у пацанов шлёпки. - Держи, Коля. И можешь не отдавать. Дима, хозяин шмоток, всё равно выпустился. Так что, принимай наследство.

Я поблагодарил и переоделся. Машина была не так, чтобы большая, и управились мы где-то за час. После чего меня поставили копать траншею. Ага, ту самую, которая "от забора и до обеда". Шучу, конечно.

Так, неторопливо и спокойно прошло два дня. Степан и Василий были простыми в общении и немногословными ребятами. Вопросов же они не задавали вообще.

И, как я понял из обрывков разговоров, учились в той же Школе Полиции, что возглавлял Михалыч. До окончания которой им оставался один курс. Парни были из глубинки, из простых семей. И где проводить каникулы им было без разницы.

К тому же, как я понял, с работой в их родных местах было не очень. А две тысячи