Тавриз туманный - Мамед Ордубади

Тавризцы, прочтите нижеприведенную телеграмму русского посла в Тегеране за № 102 министру иностранных дел Сазонову:

"Необходимо ваше содействие в вопросе получения концессии на судоходство на Урмийском озере. Во всяком случае, без взятки дело не обойдется".

Старайтесь освободить страну от рук захватчиков и торгашей.

Царское правительство эксплуатирует весь Иран и делит доходы страны между царскими подданными и своими сторонниками. Куда деваются доходы иранских таможен? Откуда возникают финансовые затруднения страны? В ноте, предъявленной председателю совета министров и Вусугуддовле русский посол в Тегеране говорит о самом беззастенчивом разделе таможенных пошлин.

В своей ноте посол касается вопроса об удержании таможенных прибылей в счет погашения процентов по задолженности и сообщает, кому и зачем роздана остальная сумма. Прочтите ноту № 182, предъявленную русским послом в Тегеран министру иностранных дел Вусугуддовле.

"Ваше высокопроисходительство, считаю своим долгом представить вам нижеследующее:

Остаток поступивших по 1 июля 1914 года в Русский Кредитив банк таможенных доходов мною задержан и распределен нижеследующим образом:

1. Из хранящихся в банке на текущем счету 2545206 кранов 40 динаров на содержание казачьей бригады его высокопревосходительства израсходовано 1 922 694 крана 40 динаров. Ваше высокопревосходительство не может не согласиться со мной, что неуплата указанной, суммы означала бы ликвидацию бригады. А на это правительство императора ни под каким видом не может согласиться. Документы по означенным расходам будут особо предъявлены командиром казачьей бригады в главное казначейство.

2. На покрытие убытков, понесенных в результате расхищения товаров русского подданного Арзуманова, - 18000 туманов.

3. За реквизицию правительством Его Величества шаха ароб русского подданного Мешади-Хади - 5 090 туманов.

4. За конфискацию в Ширазе арабским шейхом имущества братьев Алиевых 20000 туманов.

5. На удовлетворение претензий русского подданного Ибрагима Мануэля к иранскому подданному - Мухтарсултану - 2 000 туманов.

6. В уплату за ковры, ограбленные разбойниками в районе Исфагани у русских подданных шемахинцев Абдуллаевых, - 4 300 туманов.

7. За мануфактуру, расхищенную три года тому назад в местечке Хасар-Сурх, - владельцу фабрики Прохорову - 350 туманов.

Документы от вышепоименованных лиц в свое время также будут представлены правительству Ирана.

По погашении расходов на содержание казачьей бригады и удовлетворении претензий подданных Российской Империи в Русском Кредитном банке остается сумма в 93812 кран. Означенная сумма может быть уплачена по первому же требованию правительства шаха.

Коростовцев".

Тавризцы! Вот куда идут доходы вашей страны. Чтобы избавиться от подобных наглецов, вы снова должны воспользоваться вашим революционным опытом и сознанием.

Беспощадно боритесь с намеревающимися продать нас Самед-ханом и Сардар-Рашидом!"

На этом Нина закончила свое обращение. Я предложил добавить следующие строки.

"Тавризцы! Приближаются решительные дни. Мир стоит перед кровавыми событиями. Капиталисты готовят человеческую бойню. Царское правительство принялось за работу на иранской и турецкой границах. Царские наймиты Шыхбарзаны, Абдуррезак-беи и Сеид-беки зашевелились.

Азербайджанцы! В ближайшее время наша истерзанная страна обратится в арену битвы России, Германии и Англии. Кровавая политика этих империалистических держав - ваш лютый враг. Осознав их воинствующую захватническую политику, старайтесь разоблачить их. Следуйте за Российской социал-демократической партией большевиков!

Революционный Комитет".

ПОХИЩЕНИЕ ИРАИДЫ

На сегодняшнем совещании обсуждался вопрос о работе на ковроткацких фабриках. Я включил в повестку дня также вопрос об организации рабочих всех предприятий кустарной промышленности. До сих пор, кроме ковроткацких фабрик, мы не имели связей ни с какими другими предприятиями.

Совещание пришло к следующим решениям:

1. Снять с работы на ковроткацких фабриках некоторых организованных рабочих и перебросить их на другие предприятия кустарной промышленности.

2. Для этой цели, постепенно, не вызывая подозрений владельцев фабрик, уволиться рабочим Шафи Шабах-оглы, Алекперу-Кязим-оглы, Гаджи-Ага-Аваз-оглы, Дадашу-Гулу-оглы, Багиру-Гаджи-оглы, Салеху-Мусеиб-оглы и Яверу-Халил-оглы и для проведения организационной работы поступить на работу в различные предприятия

3. Товарищам, не сумевшим устроиться на новом месте, зарплата за это время выплачивается комитетом.

4. Если на новой работе они будут получать меньший оклад, комитет обязан выплатить разницу.

5. Для подведения итогов проделанной работы не менее двух раз в месяц созывать совещания.

После принятия этого решения я переговорил с отдельными товарищами, поручив им быть начеку. Затем, обратившись к Гасан-аге, спросил его мнение о способе распространения листовок по городу.

Он высказал следующее мнение:

- Шпионы и лазутчики Гаджи-Самед-хана и русского консула шныряют повсюду, они обыскивают всех, осматривают даже узлы, которые несут женщины. Я опасаюсь ареста некоторых наших товарищей и даже неспокоен за себя. Боюсь раскрытия нашей организации. Я предлагаю следующее:

1. Человек пятнадцать, переодевшись нищими, станут в местах, где должны быть расклеены прокламации. Прислонясь к стене, они будут просить подаяние и, улучив минуту, наклеят прокламации и скроются. Пока нищие вне подозрений.

2. Пачки прокламаций следует разложить у входа в бани. Отправляющиеся поутру купаться заберут их и покажут остальным.

3. Следует оставить прокламации и на каменных террасах мечетей. Особенно у больших мечетей, как, например, "Талибия-мэдрасаси".

Я согласился с предложениями Гасан-аги.

- Помните, что себя вы должны очень беречь, - сказал я ему, - так как ваш арест возбудит подозрение в отношении и меня и Нины и сорвет все наши планы.

Товарищи распрощались и вышли. Со мной остался один Тутунчи-оглы.

Вдруг раздался стук в дверь; Тутунчи-оглы пошел открывать. Спустя немного, вошла какая-то женщина. Я не узнал ее.

- Присядьте! - сказал я.

Она села. Я мельком увидел ее лицо. Мне удалось рассмотреть глаза. Я узнал их. Это были глаза, пленившие царского полковника Смирнова и приведшие его к смерти.

В комнату вошел Тутунчи-оглы. Взглянув на меня, женщина еле заметно указала на него. Я понял, что она не хочет говорить в присутствии третьего лица.

По моему знаку Тутунчи-оглы вышел в прихожую. Сбросив чадру, женщина глубоко вздохнула.

- Добро пожаловать, - обратился я к ней. - Несомненно, визит Махру-ханум в такой поздний час вызван серьезной причиной.

Махру-ханум посмотрела на меня своими задумчивыми глазами, немного подумала и, еще раз настороженно оглянувшись по сторонам, начала:

- Я знаю вас давно! Я знаю вас с того самого дня, когда сообщила вам кровавую тайну. Думаю, что вы умеете находить выход из тяжелых положений. По-моему, вы не принадлежите к тем, кто теряется перед опасностью. В настоящее время вы стоите перед лицом страшной катастрофы. В этих событиях можете погибнуть и вы и ваша возлюбленная и единомышленница Нина-ханум.

Чего только не передумал я, пока Махру-ханум говорила эти слова!

Открыв свой ридикюль, она достала и протянула мне черновик прокламации, написанный рукой Нины.

- Посмотрите, узнаете вы это? - спросила она.

- Узнаю, откуда вы это взяли?

- Я это взяла не у вас. Это взяла Ираида-ханум у Нины.

- Знает ли об этом Сардар-Рашид?

- Нет! Сардар-Рашида нет здесь, он уехал в Савудж-булаг*. По приезде он узнает все.

______________ * Город на ирано-турецкой границе. (Примечание автора).

- Как же попала эта бумага к вам?

- Ираида носила эту бумагу при себе. Вчера она принимала ванну. После нее в ванну вошла я. Бумага упала под скамейку. Я нашла ее, прочла и, если всего и не поняла, то сообразила, что это очень серьезная вещь, и потому взяла и спрятала. Ираида-ханум перевернула весь дом, но бумаги не нашла. Возможно, она заподозрила меня, но не осмелилась заикнуться и только между прочим спросила: "Махру-ханум не видали ли вы в ванной маленькой записки?"

- Не знаете ли вы, какую цель преследовала Ираида, похищая эту бумажку?

- Эта бумага поможет ей вырвать из ваших рук Нину!

- Что она сможет сделать? Она хочет добиться моего ареста?

- Она все рассказала мне: она боится вашего ареста и не хочет раскрывать всего Сардар-Рашиду или царскому консулу, так как в этом случае погибнет и ее сестра.

- А что же она намерена делать?

- Отравить вас, а затем показать бумагу Нине, запугать ее и вынудить на брак с Махмуд-ханом.

- Как же она собирается отравить меня?

- Наш повар - бывший повар Мамед-Али-шаха. По его приказу в свое время он отравил сотни людей.