Ролевик: Кицурэ. Сталкер (СИ) - Дмитрий Чернояр

Тяжёлый окованный носок сапога чувствительно поддел по рёбрам, Шитокку явно не нравилось молчание внука.

- Я. Тебе. Задал. Вопрос.

- Ну, на цепь пару раз садил... когда сбегала... - во рту появился металлический привкус крови, похоже, старикан всю требуху ему отбил. - Плеть назначал...

Договорить Генно не успел - шквал коротких, выверенных ударов ногами выбил из него дух и волю, заставляя корчиться и стонать от боли, отхаркиваясь кровью, и пытаться хоть как-то прикрыться руками от тяжёлых сапог деда.

- Паразит! Ты понимаешь, что сам настроил не только против себя, но и против клана Вкладывающую душу?! Да она теперь даже в качестве главы к нам не вернётся, урод безмозглый!

Шитокку отводил душу. Пусть и выглядит дряхлым, но силы остались прежние. И ярость. Ярость требовала выхода.

Чужекровку можно было бы вернуть публичным наказанием внука и расторжением брака, но пытки - а это пытки и есть, как ни крути, равно как и насильственное удержание в неволе - перечёркивают практически все возможные варианты примирения. Если информация о самодеятельности Генно просочится за пределы клана - клан уже никогда не отмоется.

Молодой кицунэ враз перестал сопротивляться, обмякнув бесформенной грудой тряпок и мяса.

На короткий свист старейшины почти мгновенно появились два бойца из Теневых.

- Приберите тут, и эту падаль домой забросьте.

Сам же, больше не обращая внимания на бессознательного Генно и бойцов, сел вплотную к камину и запустил руку в жадный огонь. Боль, пришедшая поначалу, незаметно сменилась успокоением, стихия ласковыми волнами накатывала на старика, пробегала по телу очищающим теплом, и ярость утихала, сменяясь спокойствием и ясностью сознания.

Внук испортил практически всё, что только мог, и план просто задвинуть девку подальше, нейтрализовать её будущие клановые обязанности, в том числе.

Кейтерра теперь в полном праве обратиться к Лайамэ напрямую, и богиня одобрит её решение. А может и обратиться в какой-нибудь из Департаментов, и тогда уже никакие многовековые договорённости не помогут - клан в лучшем случае просто выставят за Периметр.

Впрочем, есть ещё пара идей, и надо бы их обдумать как следует, может, и приведёт одна из них хотя бы к нейтральному отношению к клану Цюрбэй-данг новой Вкладывающей душу.

Сбросив одежду, старик вошёл в огонь, пылающий в высокой арке камина, и пламя надёжно укрыло его от окружающего мира.

Хижина в ивняке, р езиденция Генно тэн Цюрбэй-данг

Жёны, предчувствуя неладное, предпочли забрать детей и переночевать в родовом поместье старшей, однако на самом выезде с территории, у ворот, они нос к носу столкнулись с представителями патриарха. Бойцы, заметив явно встревоженных женщин, молча подняли над краем платформы голову бессознательного Генно, безмолвно спрашивая, что с ним делать.

Старшая, как самая смелая, перегнувшись через борт семейного шагохода, свесилась к представителям личной охраны Шитокку-атаббо:

- Кто его так?

Сидевший на месте водителя боец наконец-то соизволил ответить:

- Старейшина, уважаемая Луаннэ-танбо.

Луаннэ побледнела настолько, что это стало заметно даже в густых вечерних сумерках.

- Он же нас убьёт, когда очнётся...

- Можем связать и положить куда-нибудь в шкаф, если пожелаете.

Кицунэ схватилась за голову, умудрившись не потерять равновесия.

- Тогда мы точно отправимся в Колесо...

Молодая женщина закусила до боли губу, раздумывая над новостью. Старейшина, похоже, пронюхал о "забавах" нелюбимого мужа... Значит, как очнётся, будет срывать злость на супругах и детях - прислуга ещё рано вечером была распущена по домам.

- Воины, умоляю, выполните мою просьбу?..

- Конечно, уважаемая Луаннэ-танбо, - кивнул водитель. - Что пожелаете?

- Не могли бы вы передать Генно, если он очнётся, что мы не по своей воле покинули поместье мужа?

- Не проблема, госпожа, - вновь кивнул водитель и плотоядно улыбнулся: - Просто объяснить, или доходчиво?

- Как посчитаете нужным, уважаемые, - сложив ладони перед лицом, старшая жена вновь умудрилась не свалиться на землю, при этом ещё и изобразив исключительно выверенный, точный в жестах благодарственный поклон.

- Хорошо, уважаемая Луаннэ-танбо, - водителю женщина явна была по душе, и она пыталась вспомнить, где раньше видела этого парня. - Не смеем вас задерживать.

- Благодарю вас от лица всех жён Генно тэн Цюрбэй-данг, уважаемые Лоатто и, - Луаэннэ тепло улыбнулась водителю, наконец-то опознав в поджаром стройном парне некогда скромного, стеснительного юнца, оказывавшего ей когда-то давно, задолго зо замужества, знаки внимания, - Кётукко-хин.

Не желая удлиннять неловкую паузу, молодая кицунэ вернулась на борт шагохода, кивком давая понять Эйлессэ, что можно двигаться дальше.

- Кётукко-хин? - средняя жена не могла сдержать лукавой улыбки. - Вы настолько близки? А почему я не знаю об этом?

Кицунэ дёрнула ушками, при этом смешно сморщив носик:

- Это было давно, Эйле, очень давно, и, увы, выбор делала не я.

Средняя, обернувшись и удостоверившись, что их дочки заснули, ободряюще сжала плечо старшей:

- Я не оракул, но чувствую, что скоро всё может очень сильно поменяться...

Луаннэ, благодарно кивнув, наклонила голову, на несколько секунд касаясь такой тёплой, такой знакомой и родной кисти женщины щекой.

- Я благодарна богам, что ты меня понимаешь, Эйле... Надеюсь, Кисмейх не спутает наши Нити.

Эйлессэ, подождав несколько секунд, высвободила руку и ухватилась за фрикционы - с одной рукой этот поворот проскочить довольно сложно, а сейчас - и вообще нет никакого смысла и желания рисковать - дети важнее всего.

Дальнейший путь прошёл в молчании.

- Кётукко-хин? - Лоатто усмехнулся, убедившись, что супруги непутёвого Генно без проблем покинули территорию резиденции. - Рассказывай давай, друг.

Транспорт двигался неторопливо, впрочем, и сами бойцы никуда особо не спешили.

- Нечего рассказывать, Ло, - отмахнулся Кётукко, - дела давно минувших дней.

- Первая любовь, лунные орхидеи в окно, ночные посиделки на лавочках в дальней части Зеркального пруда?

- Хех, и ты туда девушек водил?

- А то. Тихо, красиво, растительности полно, посторонних нет - романтика и всё такое, девчонки просто тают от тех цветов, что там растут, да и птички там приятно чвиркают, - подмигнул Лоатто водителю.

Луаннэ... Воспоминания накатили короткой, но мощной волной. Именно так, как и предположил Ло - первый букет, пляшущий из стороны в сторону в мгновенно вспотевших, дрожащих руках, смущённый взгляд, упорно съезжающий с улыбающегося лица юной кицунэ на землю...