'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

никогда нельзя забывать, что за нашу поспешность будут платить жизнями обычные люди. Именно поэтому младшие офицеры могут и даже должны быть горячи, но старшие — они должны сдерживать эти порывы. И если в армии будет гармония мудрости и молодости, только так она станет по-настоящему грозной силой.

— Значит, я пока не готов расти в чинах?

— Вы сделали важнейший шаг, вы осознали, куда расти, и будете это делать, — Меншиков немного грустно улыбнулся. — Но не сегодня. За это сражение вы получите 3-ю Анну, а новое звание… Оно будет ждать вас. А я даже без него попробую поддержать ваши инициативы. Иногда мне кажется, что я не понимаю решений нашего царя, но проходит время, и все становится таким явным. Так и с вами: он просил не спешить, чтобы вы успели созреть, и это действительно оказалось самым правильным подходом.

Я вот тоже не очень понял, что имел в виду Меншиков, говоря о царе. Николай просил со мной не спешить? Разве будет царь обращать внимание на такую мелочь? И когда это было?.. Я постарался выкинуть лишнее из головы.

— Что ж, ваше высокопревосходительство, без новых чинов и званий — так без них. Но я бы хотел попросить вас помочь с подготовкой защиты от нового оружия врага.

И я рассказал о новых броненосных батареях, которые сейчас строятся для Франции и которые в следующем году смогут устроить самую настоящую разруху на наших путях сообщения. Это ведь не было секретом, даже газеты писали о крупном заказе Наполеона III, но теперь все это выглядело совсем по-другому.

— Значит, корабли, но с защитой, как у вашей броненосной повозки? — уточнил Меншиков. — Я видел, что вы устроили на поле боя, поэтому не буду недооценивать угрозу. Но в то же время и спешить не вижу смысла. Проведем стрельбы — сможете подготовить все, что нужно? Привлеките Владимира Алексеевича, вы же в хороших отношениях, уверен, он вам не откажет.

Я кивнул — что ж, пусть так. А наше с Рудневым изобретение оказалось еще полезнее, чем можно было подумать. Помогло осознать угрозу, которую раньше не воспринимали всерьез.

— И еще одно, — я поднял последнюю проблему. — Константин Иванович пока так и не ответил мне насчет новых ракет. Я попробую организовать небольшой цех по их сборке на месте, но сможете вы со своей стороны договориться о прибытии новых зарядов? И желательно мин, — я забросил еще одну удочку. — Даже если угроза новых кораблей окажется не так высока, мины помогут нам усложнить противнику жизнь. Будем ставить их с кораблей, с «Севастополя» — никому мало не покажется.

— С Севастополя? — удивился Меншиков.

— Так я решил назвать наш новый большой шар, который скоро будет готов к полету.

— Значит, «Севастополь», — князь кивнул. — Хорошее название. Что же касается вашего запроса, то ракеты уже в пути. Несколько дней назад они доехали до Ростова. А вот мины — я слышал про опыты Якоби и Нобеля в Финском заливе… Не скажу, что они меня впечатлили.

— Они чуть не подорвали пару кораблей, — я вспомнил, как моряки обсуждали результаты похода эскадры Непира в Балтийское море.

— А еще они протекают, а главное, враг может снимать их со своих лодок. Просто руками или расстреливая из малых калибров, если нужно прорваться вперед достаточно быстро. Возле Санкт-Петербурга под прикрытием морских бастионов мы можем использовать свой флот, чтобы остановить подобные маневры. И, главное, там же находится производство, чтобы на месте дорабатывать слабые места мин. Я думал, у нас подобное окажется невозможным… Но вы, пожалуй, действительно найдете им применение, а то и подкинете Борису Семеновичу и Эммануилу Людвиговичу пару идей, как улучшить их детища.

И опять все оказалось совсем не так, как я думал. Ведь так же просто сказать: Меншиков ретроград и консерватор, поэтому топил корабли, вместо того чтобы ставить мины. А оказалось, у него были свои мысли об этом, и он просто искал для города пусть дорогое и тяжелое, но надежное решение.

Однако от меня ждут ответа.

— Найду! — я дал князю слово. Подумал, принял решение и пообещал претворить его в жизнь.

— Значит, будут вам мины, — кивнул Меншиков.

За окном прямо в этот момент громыхнуло. Грозы в последние дни становились все сильнее. Мелькнула мысль, что так и до шторма недалеко. А ведь точно… Скоро будет такой штормище, и если идея с перемирием — это просто обманный маневр, то горе побежденным.

Антон Емельянов

Русская война 1854. Книга третья

Глава 1

Севастополь, Крым, 24 октября 1854 года

— Он слишком много себе позволяет! Не знает границ! Не знает уважения! В конце концов, из-за его недоработанных летающих шаров мы чуть не проиграли сражение! — Николай Николаевич Романов, великий князь и третий сын императора, недовольно ходил из стороны в сторону.

Большинство обычных людей, столкнувшись с гневом человека такого положения, промолчали и смирились бы с любыми его пожеланиями. Однако двое его собеседников были совсем не обычными.

— Низи, а кто тебе сказал, что мы могли проиграть из-за шаров Григория Дмитриевича? — Михаил Николаевич отставил в сторону кружку с чаем. Чарка вина на людях — это нормально, но во время дела четвертый сын Николая I предпочитал сохранять чистый разум.

— Генерал Горчаков был готов атаковать! Мы были на поле боя, мы оба видели, что если бы все ударили одновременно, то враг бы не устоял!

— И мы могли бы это сделать только благодаря «Ласточкам» Щербачева, — Михаил не сдавался. — Без них каждый генерал оказался бы вынужден полагаться на свое воинское чутье, и, как показало сражение, не всем его хватает.

— Ты слишком сильно попал под влияние этого капитана, Михаил. И я буду вынужден написать об этом отцу, — старший из братьев недовольно поджал губы.

— Я тоже напишу… — неожиданно подал голос молчавший все это время Меншиков. — Напишу о вашей храбрости и представлю на ордена. А также напишу, что только стальная платформа капитана Щербачева помогла удержать левый фланг, а вместе с ним и все остальные завоевания вчерашнего дня.

— Мы могли победить, а вместо этого были вынуждены пойти на перемирие, — Николай сбавил обороты, но не сдался. — Отец, кстати, сказал, что вы станете нашим наставником