Моя жизнь. От зависимости к свободе - Нурсултан Абишевич Назарбаев

Токаев активно подключился к выполнению поручения. 18 декабря он вместе с нашим постоянным представителем в Москве Канатом Саудабаевым побывал в посольствах Китая, Великобритании, Германии, Японии, Кореи, Ирана. «Направив ноты в посольства зарубежных стран, мы на следующий день, сев в престижную по тем временам черную “Волгу”, принялись посещать глав дипломатических миссий. Излишне говорить, что в тех условиях эти визиты стали для нас волнующим событием, ведь речь шла о международном признании Казахстана. В итоге был подготовлен документ, адресованный Президенту Назарбаеву», – так написано в книге К. Токаева «Преодоление». Поэтому необходимо подчеркнуть, что Президент Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев принимал непосредственное участие в самом первом шаге нашей страны в международной политике. Опытного дипломата, достойно выполнившего первое поручение, я вскоре пригласил в Казахстан и назначил сразу заместителем министра иностранных дел.

Уже в 1991 году мы начали энергично добиваться признания нашего Казахстана всем миром. В ту пору я провел встречи с государственным секретарем США Джеймсом Бейкером, премьер-министром Великобритании Джоном Мейджором, канцлером Австрии Францем Враницким, германскими политиками – вице-канцлером, министром иностранных дел Гансом-Дитрихом Геншером и министром финансов Теодором Вайгелем, руководителями внешнеполитических ведомств Австралии и Ирана – Гаретом Эвансом и Али Акбаром Велаяти, премьер-министром Сингапура Ли Куан Ю, аккредитованными в Москве послами США, Великобритании, Китая, Болгарии, Мексики и других стран, а также с представителями зарубежного бизнеса.

Я пригласил лидера Сингапура Ли Куан Ю в Алматы и много беседовал с ним, что оказалось очень полезным делом. Ли Куан Ю, к тому времени уже оставивший пост главы правительства, с радостью принял мое приглашение и прибыл в Алматы в мае 1991 года. 69-летний патриарх сингапурской политики выступил с лекцией для молодых экономистов, работавших в Совете Министров. Многие наши кадры из старой когорты не понимали необратимости происходящего. Будучи закрытыми от всего мира на протяжении стольких лет, мы не представляли в полной мере угрозы глобализации. Впрочем, как и ее возможности. У нас не было собственного «опыта существования» в открытом мире. Те лекции Ли Куан Ю стали для нас ориентиром при разработке долгосрочных государственных стратегий. Нам нужно было определить, чего мы хотим достичь, чтобы найти свой путь развития. «Политическая стабильность превыше всего. Дисциплина и порядок в азиатском обществе важнее демократии, которая должна развиваться постепенно» – таково было политическое кредо Ли Куан Ю. Я никогда не скрывал, что мне импонировал такой подход. Всегда говорил: «Сначала – экономика, потом – политика». За это меня не раз критиковали. Но перед моими глазами была картина развала СССР, когда политику считали важнее благополучия и спокойствия людей. Ли Куан Ю пробыл здесь больше недели, читал лекции: кто-то понимал, о чем он говорит, кто-то не понимал. Я и сам многого из того, что он говорил, в то время не понимал. Покидая нашу страну, он сказал: «Ой, долго тебе надо работать, я не знаю, сколько десятилетий понадобится…» Но позже, когда увидел результаты нашей работы, говорил: «Ты молодец, я ошибался». Так вот, это была первая конкретная польза, которую мы увидели в нашей деятельности в сфере внешней политики.

Сосед. Друг. Партнер. Союзник

«География сделала нас соседями. История сделала нас друзьями. Экономика сделала нас партнерами. Необходимость сделала нас союзниками» – эти слова Джона Кеннеди были сказаны по поводу отношений между США и Канадой. Их можно применить и к Казахстану с Россией. По своему расположению наша страна находится между тремя влиятельнейшими геополитическими центрами – Россией, Китаем и мусульманским миром. Тем не менее, когда речь идет о задачах внешней политики, мы прежде всего говорим о взаимоотношениях с Российской Федерацией. Потому что Казахстан и Россию, казахов и русских свела история, связала судьба. Многовековая совместная жизнь сблизила менталитет казахов и русских: здесь я, конечно, имею в виду русских в Казахстане. Любой человек может заметить существенную разницу между нашими русскими и русскими в России. И дело не только в том, что 15 % населения Казахстана составляют представители русского этноса, а в том, что Казахстану и России надлежит быть вечными партнерами.

Первый межгосударственный договор в истории независимого Казахстана был заключен с Российской Федерацией. Этот документ, подписанный Б. Ельциным и мной 25 мая 1992 года в городе Москве, называется «Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Российской Федерацией и Республикой Казахстан».

Человеку, руководящему страной, особенно руководящему долго, не могут не предъявляться самые разные обвинения. За 30 лет такое бывало и со мной. Одни называли меня «националистом», другие, наоборот, – «русофилом». О «националисте» расскажу потом, а сейчас про мое «русофильство», то есть «пророссийскость». В начальный период независимости, 30 декабря 1993 года, бравший у меня интервью корреспондент российского информационного агентства «Постфактум» задал такой вопрос: «Вас не обвиняют в том, что вы проводите пророссийскую политику?» Я ответил: «Все друзья моего отца были русские и украинцы. С их детьми я учился в школе. На Украине я стал металлургом. Инженером меня сделали русские металлурги, потому что среди казахов в ту пору их не было, да и не могло быть. Защитил докторскую диссертацию в Российской академии наук. А разве мало казахов, которые и получили образование, и развили сегодняшнюю экономику благодаря России?» Понятие «интернационализм» для меня никогда не было пустым словом. Уважение казахов к русским сложилось исторически. Несмотря на это, некоторые политики в России в первые годы независимости лезли из кожи вон, чтобы вбить клин между русскими и казахами, отчего было больно душе, страдали нервы. Так, несмотря на наши старания как можно дольше оставаться в общей рублевой зоне (об этом подробно написано в главе «Тенге – опора»), когда осенью 1993 года мы ввели собственную валюту, московские издания наперегонки публиковали статьи, в которых искажалась наша экономическая политика и совершенно по-другому объяснялся наш курс на интеграцию. В своем выступлении на торжественном собрании, посвященном второй годовщине независимости, мне ничего не оставалось, как заявить, что в укреплении традиционной дружбы между двумя государствами Казахстан будет работать только на основе равноправия и взаимного уважения.

«Сегодняшняя огромная его территория нарезана была коммунистами без разума, как попадя: если где кочевые стада раз в год проходят – то и Казахстан». О бреде Солженицына в отношении казахских степей можно было бы и не упоминать, если бы его не подхватили даже серьезные политики, если бы депутаты российского парламента не выносили его на высокую трибуну. Не могу без отвращения читать следующие строки из опуса скандально известного Жириновского. О «национальной политике», проводившейся в родном ему Алматы в 60–70-х годах прошлого века,