Фарги Падающая звезда - Лариса Куницына

А если мне удастся ускользнуть через потайной ход, я попорчу им ещё немало крови.

Бесшумно соскользнув с ложа, я метнулась к каменному алтарю и, упав на колени, сорвала с него чётки святой Аоры, потом наклонилась и нашла за алтарем ржавый рычаг. Потянув за него, я с ужасом поняла, что механизм заело. Какой неосторожностью для меня было не проверять его хотя бы время от времени!

— Принцесса Аора! — раздался из-за двери знакомый голос.

Это был Хум, и в первый момент я решила, что он предал меня, но потом поняла, что совсем обезумела от страха. Если меня предаст Хум, то, значит, даже моя святая навсегда отвернулась от меня.

Подойдя на цыпочках к двери, я встала рядом, прижавшись к стене и оправляя свое полумонашеское одеяние.

— Что случилось, мой добрый друг? — спросила я, и удары тут же стихли.

— Радостные известия, моя госпожа. Откройте, и я расскажу вам.

Я положила руку на засов, но тут же снова убрала её.

— Говори, я слышу тебя.

— Но… — начал было он, но потом смирился. — Хорошо, моя госпожа. Волей земных и небесных богов ваш отец и наш любимый король Сконос скончался только что от удара…

— От удара? — перебила я.

— Так мы объявим вашим добрым подданным. На деле он просто хватил лишку и пустился в пляс с какой-то потаскушкой, но сами знаете каково было его здоровье. Он вдруг побагровел и, рухнув на пол, начал задыхаться. А придворного лекаря рядом с ним не оказалось.

— Ещё бы! — воскликнула я, поспешно отодвигая один засов за другим. — Сколько золота из храмовых подвалов перетекло в его сундуки!

Я отодвинула последний засов, и тут же дверь распахнулась, и в мою келью ввалилось с десяток вооруженных людей с факелами. Испуганно шарахнувшись в угол, я прикрылась кинжалом и чётками, но вскоре мои глаза привыкли к яркому свету, и я стала узнавать лица тех немногих, кто не предал меня в это тревожное время. Впереди всех стоял мой молочный брат Хум и улыбался во весь рот. Затем я заметила алые шарфы, повязанные на левом локте у всех мужчин, и алую кровь на клинках их сабель.

— Преданные вашему высочеству войска заняли дворец и все стратегически важные объекты города. Какое-то время мы опасались волнений среди горожан, но они, похоже, поддерживают нашу новую королеву Аору.

— Они просто устали от короля Сконоса и ещё больше от королевы Авдии, — я отложила кинжал и чётки и одним рывком сорвала с себя чёрный балахон, обнажая тонкую серебряную кольчугу, подаренную мне Старым Магом, которую, почти не снимала в течение последних нескольких лет. Тут же из толпы выступил Лаум, ординарец моего покойного брата и надел на меня золотой панцирь Наследника. Все присутствующие опустились на одно колено и склонили головы.

— Наше время пришло! — восторженно провозгласил юный сын маршала Визла. — Наконец-то прекратится позор и страдания нашей родины. С новой королевой!

— Несомненно, прекратится, — усмехнулась я, снова берясь за кинжал. — А теперь, где моя мачеха?

— Авдия пыталась бежать из города, но ей перекрыли все пути, — ответил Хум. — Со своей личной гвардией она заперлась в Северной башне. Если ваше высочество пожелает…

— Нет! — воскликнула я и, улыбнувшись, поднесла стальной клинок к своим глазам. — Я очень хотела бы поджечь сейчас башню, но это будет для неё чересчур легкой смертью. Достаньте мне её живой. А её шайку можете перерезать. А лучше, развесьте вдоль дороги. Наши добрые подданные будут в восторге.

— Слушаюсь, моя госпожа, — с усмешкой поклонился Хум.

— Что остальные прихлебатели?

— Мы успели перехватить почти всех. Лишь единицы сумели выскользнуть из города, но я уже отрядил за ними погоню. Все министры и высшие чиновники администрации вашего батюшки арестованы.

— А Велладс? — спросила я, чувствуя, как замирает сердце.

— Он даже не пытался скрыться. Когда за ним явились, он сказал, что родился в этом городе, пел в этом городе и умереть хочет в этом городе. Довольно смелые слова для такого мерзавца.

— Он всегда славился своей наглостью, — заметила я, чувствуя, как пылает моё лицо. Мне самой было стыдно из-за того, что это ничтожество, придворный певец, распутник и любимейший фаворит короля и трёх королев казался мне наградой куда большей, чем корона. В этом было что-то унизительное, но я уже давно поняла, что бороться с этой безумной страстью бесполезно. Зато теперь можно было, наконец, разобраться, чего же я от него хочу.

— Осмелюсь сказать, моя госпожа, — тихо проговорил Хум, — что казнь Велладса сейчас крайне нежелательна. Кто-то должен петь для народа в день вашей коронации.

Я была готова расцеловать его за эти слова, но вместо этого изобразила недовольство и с видимой неохотой произнесла:

— Я обдумаю твой совет, Хум. А сейчас идём! Я хочу говорить с моей армией и с моим народом! Для всех нас этой ночью начинается новая жизнь. Может, сперва она кому-то и не понравится, но потом вы все будете счастливы.

— Да здравствует королева Аора! — завопили они, а я отвернулась, пряча улыбку.

Впрочем, я не думала о будущем народа и государства. Я думала о Велладсе, красивом негодяе в вызывающем огненном костюме. Я с трепетом вспомнила его порочную улыбку и озорные глаза. Что ж, господин певец, посмотрим, удержитесь ли вы при четвёртой королеве.

Велладс с усмешкой смотрел на меня, Но вдруг я заметила, как постепенно искажаются и расплываются его черты, и на его месте я увидела совсем другого мужчину, высокого и широкоплечего, в красном наряде с алым плащом за спиной. На его чёрных волосах красовался странный убор в виде головы хищной птицы. Он был королём…

Я мотнула головой, отгоняя наваждение. Но на месте исчезнувшего короля появился вдруг молодой гибкий красавец в красном трико и расшитой золотом куртке. Он был чем-то похож на Велладса, но это был не Велладс. Этот смуглый черноволосый шут излучал чувственность и коварство, но его глаза были холодны и свирепы. А потом он вдруг как-то неуловимо изменился, и я увидела уже другого человека, похожего на красного паяца, но гораздо старше, прекраснее и сильнее. Он спокойно и требовательно смотрел на меня.

— Где мой меч? — прошептала я, не в силах отвести взгляда от его глаз.

Кто-то сунул мне какой-то меч,