Сказочная фантастика - Роджер Желязны

Но Дия упрямо ушла из-под укрытия.

— Дия, подожди! — закричал Бинк и бросился за ней.

— Пускай идет, помехой меньше, — сказал Кромби. — Она имеет на тебя виды. Я знаю, как они действуют. Это я с самого начала понял. Ясно было, что от нее одни неприятности.

Бинк прикрыл лицо и голову руками и вышел из-под дерева. Ноги его скользили, разъезжались на градинах. Наконец он не устоял и рухнул в кучу, и градины сомкнулись над его головой. Теперь он понял, что и с Дией случилось то же: она застряла в ворохе градин и, стало быть, где-то рядом.

Порошок от раздавленных градин попал ему в глаза, и он зажмурился. Это был не настоящий лед, а сгущенный магией пар.

Что-то поймало Бинка за пятку. Он мгновенно вспомнил о морских чудищах возле острова Волшебницы и яростно лягнул йогой — от смятения и растерянности он не мог сообразить, что все происходящее — иллюзия и что никаких морских чудищ здесь не может быть. Однако его крепко держали за ногу, а затем потащили, и — как он ни сопротивлялся — втащили назад под дерево.

Потом его вдруг отпустили, и Бинк вскочил на ноги. Он немедленно бросился на тролля, силуэт которого разглядел сквозь пелену разноцветной пыли, застлавшей глаза.

Тролль, конечно, ждал нападения, и Бинк почувствовал, что летит. Шумно приземлившись на спину, он не мог не отметить, что эти тролли, безусловно, крепкие ребята. Бинк засуетился, пытаясь ухватить тролля за ноги, но тварь рухнула на него и придавила к земле.

— Полегче, Бинк, — раздался знакомый голос. — Это я, Кромби.

Бинк тщательно протер глаза и попытался всмотреться. Наконец он узнал солдата. Кромби помог ему подняться.

— Сам бы ты никогда не выбрался из этой каши. Поэтому я и вытянул тебя — пришлось тянуть за ногу, она единственная и торчала наружу. Тебе в глаза попала магическая пыль, потому-то ты и не узнал меня. Уж извини, что пришлось усмирять тебя.

Ну конечно, это магическая пыль. Она искажает зрение, делает людей похожими на троллей, людоедов, оборотней и еще Бог знает на кого; но она же может создать и иллюзию благополучия там, где на самом деле таится опасность. Вероятно, многие жертвы принимали опутывающее дерево за невинное одеяльное растение.

— Все в порядке, — сказал Бинк. — Ничего не скажешь: вы, солдаты, умеете драться.

— Такая профессия. Никогда не бросайся на человека, который умеет драться. — Кромби поднял палец, подчеркивая важность сказанного. — Я покажу тебе, как кое-что делается. Это не магический талант, но очень может тебе пригодиться. — Он продемонстрировал несколько приемов борьбы.

Но Бинка сейчас занимало другое.

— Дия! — закричал он. — Она все еще там!

Кромби скорчил гримасу.

— Ладно! Я был причиной ее ухода. Если она так много для тебя значит, я помогу найти ее.

Было странным, что этот человек способен еще соблюдать какие-то приличия даже по отношению к женщине.

— Ты на самом деле ненавидишь их всех? — спросил Бинк, собираясь с духом, чтобы опять выйти под бурю. — Даже тех, кто не умеет читать мысли?

— Они все умеют! — упрямо заверил Кромби. — Большинство из них делает это безо всякой магии. Но я бы не поклялся, что во всем Ксанфе не найдется для меня девушки. И если я встречу хорошенькую девушку, которая не ворчит и не обманывает… — Он покачал головой. — Но если даже такая и существует, она вряд ли выйдет за меня замуж…

Итак, солдат отвергал всех женщин, потому что они отвергали его. Что ж — это серьезная проблема.

Град почти прекратился. Они вошли в ворох градин, — осторожно ступая, чтобы не поскользнуться. Небо очищалось от туч; они быстро исчезали, рассеяв свою магию.

Что вызывает подобные бури? — задумался Бинк. Ни ветер, ни тучи не могут быть одушевленными созданиями. Однако за время путешествия Бинк успел убедиться, что и неодушевленные объекты обладают магией, и нередко довольно сильной. Может быть сама сущность Ксанфа состоит из магии, постепенно переходящей на одушевленные и неодушевленные объекты и становящейся их свойством. Одушевленные объекты контролировали свою долю магии, направляя и фокусируя ее, делая проявлением своей воли. Неодушевленные — высвобождали ее от случая к случаю, как эта буря. В ней, в буре, судя по всему, должно было заключаться большое количество магической силы, сведенной воедино с большой территории, но растраченной бессмысленно в массе разноцветных градин.

Хотя вряд ли так уж бессмысленно было это природное возмущение. Опутывающее дерево явно извлекало пользу от таких бурь; возможно, они как-то стимулировали и другие экологические процессы. Во многих случаях магия неодушевленных объектов оказывалась вполне целенаправленной — как, например, у Обзорной скалы или Источника Жизни. Возможно, сама магия создавала объекты, которые сознавали свою индивидуальность.

Все стороны жизни в Ксанфе соприкасались с магией и были подчинены ей. Без магии Ксанф стал бы (эта мысль наполнила Бинка ужасом!) обыкновенной Манденией.

Сквозь облака прорвалось, наконец, солнце. Под его лучами градины превращались в цветной пар — их магическая структура не могла противостоять прямому солнечному свету. Это вновь навело Бинка на раздумья: не враждебно ли солнце магии? Если магия истекает из поверхности земли, то — из каких именно глубин, и не является ли она ее внешней оболочкой? А если проникнуть на достаточную глубину, то, может быть, есть вероятность приблизиться к фактическому источнику силы?

Интригующая мысль.

Бинку даже захотелось отложить поиски собственной магии и заняться выяснением подлинной сущности природы Ксанфа. Определенно, где-то в глубине находится ответ на все его вопросы.

Однако прежде всего надо было найти Дию.

Через несколько минут весь град растает.

— Она, наверно, соскользнула по склону прямо в лес, — сказал Кромби. — Она знает, где мы, и сама найдет нас, если ей захочется.

— Если только она не попала в беду, — встревожился Бинк. — Воспользуйся своим талантом, найди ее!

Кромби вздохнул.

— Хорошо. — Он зажмурился, покрутился на месте и показал вниз, на южную сторону гребня.

Они пошагали вниз и увидели ее следы на мягкой почве, на краю джунглей. Пойдя по следам, они скоро догнали ее.

— Дия! — обрадовался Бинк. — Прости нас! Не ходи здесь одна — джунгли опасны!

Дия решительно шагала дальше.

— Оставьте меня! — ответила она. — Я не хочу идти с вами.

— Но Кромби действительно не имел в виду ничего… — начал Бинк.

— Нет, он имел в виду! И ты мне не доверяешь. Поэтому держись от меня подальше. Уж лучше я пойду одна.