Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

человеческая реакция, приятный бонус. Заварить в кипятке, дать остыть, съесть, а воду выпить. Горьковато, но дамы, поверь мне, оценят. И будут очень благодарны, — выделила она интонацией последнее слово.

Эти штуки я взял. Не то чтобы меня эффект впечатлил. Девчонкам своим подарю, пусть радуются.

— Последнее, — она достала из кольца пузырек с мутной жидкостью. — Драгоценность дроу. Расширяет потенциал к знакам. Пика не достигнешь, но небольшую прибавку получишь. Глядишь, пару дополнительных знаков освоишь. Да и в целом полегче станет.

— Спасибо, — сказал я.

— Пей. Уже готовое. Ядов нет.

— У меня добыча с ученицы осталась, — сказал я, забрав пузырек и выпив.

— Доставай, показывай…

Достал из кольца, что собрал. Мария вынула свой нож и поворошила награбленное. Руками трогать не стала.

— Пара стандартных амулетов. Работают только для дроу. Ерунда. Кинжал… Посредственность. Стрелы… На них яд, но уже испорченный… В общем, можешь всё выкинуть.

— Жаль, — искренне расстроился я.

— Ты свою награду получил, так что не унывай, — подбодрила она меня.

А я к ней присмотрелся. Мария выглядела слишком обычно для человека, который пару дней назад устроил дроу локальный геноцид.

Но, пожалуй, и другим вопросом стоит задаться. А можно ли её в принципе человеком считать?

Глава 6. Перекресток, или Как Спартанец новые подробности узнал

Финальный переход до Перекрестка был однообразен, уныл и ничем не запомнился, если не считать новой попытки со стороны Грозы, поговорить по душам.

На одном из привалов, усевшись на плащ и вытянув ноги, пока Люций занимался готовкой, Мария попросила:

— Расскажи об Алисии, — посмотрела она на меня.

— Мне казалось, что ты с ней не в ладах, — немного растерянно ответил я, не ожидая такого вопроса.

— У тебя ведь нет братьев и сестер? — она прекрасно знала ответ и продолжила: — Не хочу задеть. Просто ты, наверное, не понимаешь, как можно одновременно любить, защищать и заботиться, при этом — ненавидеть.

— Ты права. Не понимаю, — ответил я сухо.

— А скажи, Спар, что для тебя самое важное? — зашла она с другой стороны. — Ради чего ты рискуешь жизнью? Не из-за одного же пожелания Такена.

— Хочу стать сильнее, — подумав, что в этом нет секрета, ответил я.

— Сила — это инструмент. Пусть она и приятна сама по себе, — улыбнулась женщина. — Зачем тебе сила? Чтобы… — она не закончила, намекая, что я должен продолжить фразу.

— К чему эта попытка влезть мне в душу? — этот вопрос я воспринял в штыки.

— Любопытно, — пожала плечами Мария. — Или ты из тех, кто плывет по течению, без цели и смысла?

— Сомнительная провокация, — выдавил я из себя «вежливую» улыбку. — Впрочем… — мне пришла в голову интересная мысль. — Как насчёт равноценного обмена?

— Какого? — заинтересовалась Гроза.

— Я отвечу тебе, ты ответишь мне. Обменяемся рассказами.

— Почему бы и нет? — легко согласилась она. — Мой первый вопрос — зачем тебе сила?

— Защитить друзей, очевидно, — дал я ответ.

— Друзей… — эхом отозвалась она. — Ты не сказал — близких. Именно друзей. Красноречивый ответ. Не смотри на меня так, — улыбнулась она вполне нормально, без насмешки. — Я знаю твою историю, поэтому мне несложно понять, что внутри, — указала она пальцем куда-то мне на грудь. — Ты познал, что такое связь дружбы. Но семейные узы, да и любовные… У тебя есть девушка?

— Это уже второй вопрос, — постарался я сказать нейтрально, не выдавая чувств.

Нет, Мария меня не задела. Просто ощущение такое, будто палкой во внутренности тыкают и с любопытством смотрят, какая реакция будет.

— Хорошо, не буду спрашивать про девушку, — развеселилась она. — Про одну юную целительницу и рыжулю со странным, не девчачьим прозвищем. Ты смотри, Люций. Парню-то передалась эта твоя особенность. Управлять ею не умеет, но феромоны, когда рядом кто-то симпатичный появляется, выделяет.

— Так это правда? — удивился я, покосившись на Люция, который сделал вид «меня здесь нет, не понимаю, о чем ты, женщина, и вообще, я тебе девственником достался».

— Правда? — поймала меня на слове Мария. — Так Такен тебе что-то рассказал?

— Ну… — я понял, что спалился и подставил Мастера.

— Очень интересно, что же он тебе поверил, — взгляд Марии сделался как у медведицы, которая вот-вот тебя сожрет.

— Что сказал, то неважно. Захочешь, у него спросишь.

— Спрошу, конечно, — зафыркала она, пряча свой боевой настрой. — Дай угадаю. Там что-то было про то, что мой муж — невзрачный тип, но девки за ним бегали, а я их гоняла?

Люций закашлялся и отвернулся.

— Не помню. Давно это было, — ответил я так, что сразу стало понятно, Мария полностью угадала.

— Чего скрывать, так оно и было, — продолжила забавляться Гроза, бросая лукавые взгляды то на меня, то на мужа. — Хочешь, научу контролировать эту способность?

Вот бесит, когда она так спрашивает. Сразу хочется послать далеко-далеко. Но и согласиться тоже хочется. Немного. Или не немного. Кто откажется на девчонок благоприятно влиять? Да никто. Вот и мне не хотелось.

— Сам разберусь, — выдавил я из себя.

— Нравится мне твой характер сердитого волчонка, — снова засмеялась она. — Твой вопрос. Спрашивай.

— Зачем про Алисию спросила?

— Она же моя сестра, — удивилась она. — Ты так и не понял? Для родственников, особенно близких, это нормально. Любить и ненавидеть.

— Как это может быть нормальным? — я отказывался понимать этот бред.

— Легко, — вопрос женщине показался забавным. — Родственную связь нельзя разорвать. От неё можно сбежать, но, что бы ни происходило, вы всё равно останетесь людьми одной плоти и крови. С дружбой иначе. Дружбу можно прекратить. Отказаться от неё.

Опять внутри меня что-то шевельнулось. Гатс отказался от нашей дружбы. Да и я отказался. Про это говорит Гроза?

— Поняли, что вам не по пути, — продолжила она. — Поссорились, разочаровались друг в друге. Или ты просто осознал, что твой друг не тот, за кого ты его принимал. И — всё. Прекратили общаться, дружба закончилась. А кровная связь никогда не заканчивается. Более того, родственные узы могут дополняться дружественными. Или узами соратников. Это когда вы