Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

Я улыбнулась и потрогала пропитавшиеся влагой веревки на щиколотках. — Я просто чуть-чуть перегрелась. Принеси мне холодной водички, пожалуйста. А я пока распутаю ноги.

Девочка скрылась в парной, оставив меня в одиночестве ломать ногти о чудовищные узлы, которые от души насооружал ныне покойный «хозяин». При этом узлы оказались гораздо крепче моих ногтей. Как я ни старалась, ничего путного у меня, похоже, не выходило. Я еще крепче стянула себе ноги. Проклятие!

— Марин. Мари-и-ина, держи. — Девочка протянула мне ковшик с водой.

Я жадно выхватила его у нее из рук, поднесла к губам, но в последний момент вздрогнула и отстранила ковш от себя.

— Оля, милая. А где ты его взяла?

— Кого? Ковш? Он плавал в котле, — удивленно ответила девочка.

Она не могла понять, что же сейчас сделала не так. А на то, что кроме ковша в котле плавал еще и вареный карлик, ей было глубоко наплевать. Общепринятые условности были ей чужды. Она сейчас возвращалась к нам совсем из другого мира. Она была для нас инопланетянкой, и ей теперь предстояло научиться еще многим элементарным вещам…

— Спасибо, Олена. Вот только я не хочу пить из ковша. Извини, что гоняю тебя, но только принеси мне, пожалуйста, воду в ведре. Просто в ведре. Хорошо?

— Хорошо, — растерянно ответила девочка, и я снова ненадолго осталась наедине со своими веревками.

Даже не представляя, как же их можно снять. Мне для этого был нужен нож.

Но ножа, как и вообще чего-нибудь острого, в бане я не нашла. Веревки пришлось пережигать горящими головнями, которых в печке оказалось более чем достаточно, и никаких проблем эта процедура мне не доставила, если не принимать в расчет того, что снова пришлось переться в парную. Впрочем, жар там заметно спал, и, сидя на полу, никаких неудобств я не испытала.

— Что дальше? — поинтересовалась Оля, когда я вернулась в предбанник.

Она уже натянула на себя чистое бельишко — на этот раз без меховой оторочки, — хотя помыться так и не смогла. К ее удивлению, я не позволила брать горячую воду из котла. И вообще, спешила поскорее убраться из этой проклятой Богом бани, не зная еще о том, что судьба уже заботливо расставила у меня на пути очередные препятствия. Ну и ладно. Борьба с препятствиями — мой любимый вид спорта.

— Что дальше?.. А дальше мы сейчас пойдем в дом. Что-нибудь поедим, — размечталась я. — Отыщем какую-нибудь одежду и будем пробираться к людям. А может, лучше никуда не переться на ночь глядя? Переночевать в избе? А, Олена? Как думаешь?

— Не знаю. Лучше, наверное, никуда не переться… Я, правда, не знаю. Тебе лучше знать… А как ты думаешь пройти мимо собак?

Я аж закашлялась, услышав этот вопрос. Если честно, о том, как пройти мимо собак, я даже не думала. Об этом я благополучно забыла. В моей, вскруженной боевыми успехами голове для них просто не нашлось места.

А собачки-то не дремали. Не поленились выбраться из своего укрытия под холодный дождь и, почуяв неладное, молча топтались на улице возле двери. Терпеливо дожидаясь хозяина. Желая выяснить, чего он орал. Мечтая разорвать всякого, кто попадется им на глаза.

Я протерла запотевшее окошко в парной и выглянула на улицу. Оба кавказца бдительно несли службу рядом с баней. Почувствовав, что я наблюдаю за ними, они синхронно повернули морды к окошку и вызывающе пересеклись со мной взглядами. У них в глазах светилась уверенность знающих себе цену бойцов. У них были мощные челюсти и полнейшее отсутствие снисхождения к противнику. У них у каждого было почти по центнеру веса. А у меня не было даже ножа. И моей волыной был заправлен еще не остывший бульон из «хозяина».

— Вот еще геморрой… — пробурчала я и спросила у Оли: — У тебя что, совсем никаких отношений с этими псами? Они ж тебя знают.

— Они меня ненавидят. И мечтают закусать насмерть. «Хозяин» мне говорил, что если я без него высуну нос во двор, они меня разорвут.

— М-да… Перспективка несладкая, — задумчиво пробормотала я. — Я боюсь, как бы нам не пришлось сейчас вычерпывать кипяток из котла, чтобы достать пистолет. И если он после этого не захочет работать, нам здесь придется сидеть очень долго. Пока сюда не придут люди. Вот так-то мы с тобой вляпались, Оленька.

Она вздохнула и сделала вывод.

— Лучше бы ты сейчас не убивала хозяина. — Вот такой вывод! Она высказала его совсем без эмоций. — Лучше бы убила потом.

Если бы таким тоном это мне сказала не Оля, а кто-то другой, я бы поразилась циничности этого человека. Но это была именно Оля, имеющая свой, весьма специфический взгляд на подобные вещи.

Оля уже схватилась за ковшик и собралась заливать продолжавшую гореть под котлом печку, когда я резко остановила ее.

— Погоди! Я тут кое над чем подумала. Ведь собаки боятся огня. Ведь правда?

В ответ Оля безучастно произнесла свою дежурную фразу:

— Не знаю.

— Мне кажется, они должны бояться огня. Проверим.

Правда, я предпочла бы не проверять. Если окажется, что я не права, и собачкам плевать на горящий веник, которым я собираюсь тыкать им в морды, то это, наверное, будет последний эксперимент в моей жизни. Псы меня просто порвут. А следом за мной и Олю.

Но не сидеть же, сложа ручки, в этой проклятой бане.

Березовый веник я выбрала из целой гирлянды, подвешенной под потолком в предбаннике. Потом подбросила в печку несколько щепок, которые валялись около печки, пошурована в ней кочергой… Bay!!! Кочерга! И как же сразу не сообразила? Это будет поэффективнее любого факела-веника.

— Супер! — радостно взвизгнула я, и Оля смерила меня непонимающим взглядом. — Я разгоню этих волков горяченькой кочережкой. Ха! Эт-т-то им не понравится. Олена, как думаешь, они испугаются?

— Я испугалась бы, — ответила девочка, и я расхохоталась.

— Ну тогда все отлично! Если бы испугалась даже ты…

Перед тем, как засунуть в горящую печку, я разогнула кочергу кирпичом на бетонном полу, сделав из нее нечто вроде тупой пики. Тупой, но зато раскаленной. Это будет получше любого ножа. Любой самой острой шпага! Потом поворошила остатки тлеющих дров, добавила к ним газету — ее я отыскала в предбаннике, — и несколько реек, которые отодрала от решетки. Дождалась, когда огонь в печке наберет силу, и сунула в него кочергу. Вернее, уже не кочергу. Уже пику…

Первое испытание своего оружия я провела, осторожно приоткрыв дверь и высунув наружу физиономию.

— Собачки! Цы-цы-цы…

Один из волкодавов тотчас гулко хрюкнул