Изнанка Истины (СИ) - Алёхина Евгения

Альтар осторожно вернул усмешку.

— Примерно так. Но…  Как всегда, есть какое-нибудь «но», правда?

— Зришь в корень, — кивнула я. — Но — началась война…

И внезапно запнувшись на полуслове, встала, как вкопанная. Где-то впереди слышался слабый шум: не то шуршание, не то невнятное бормотание на разные голоса!…

— Альтар!…

Но Каратель оставался спокойным.

— Шаэ, это ручей.

Мимоходом легонько потрепав мои пальцы, Альтар указал мне, куда нужно подсветить. Магический огонёк, мигнув, послушно дёрнулся вперёд и правее, выхватив из тьмы узкую ленточку бегущей воды, наискосок пересекающую проход.

Мы подошли ближе. Каратель отцепил с пояса флягу, встряхнул, проверяя, сколько в ней осталось, явно намереваясь пополнить запас. Но я удержала его, чувствуя неясную тревогу.

Склонилась над ручейком, задержала дыхание. Сосредотачиваясь на своих ощущениях, медленно повела вдоль струйки ладонью…

Вода была мёртвой. И сочилась она сквозь крошечные просветы меж камней с левой стороны…

— Это ещё ничего не значит, Шаэ. — Альтар вернул флягу обратно на пояс. — Мёртвая вода — не редкость под землёй. А если ещё учесть, на какой мы находимся глубине…

Я молча подняла ладони над головой, ожидая, пока в них послушно опустится мой светящийся шар. Сделала несколько шагов к истоку ручейка и медленно пошла вдоль стены туннеля, сверху донизу освещая её. И, словно пугаясь меня, окружающее нас монотонно-серое каменное царство разделилось, раскололось на две неодинаковые части.

Потолок и пол из пористого желтоватого материала грубыми рубцами «припаивались» к левой стене — почти монолиту из массивной чёрной тверди, плотной и маслянисто-глянцевой на крупных отломах и сколах…

Чёрная Стена, в которую невесть когда обратилась боковая часть коридора, едва заметно подмигивала магическому шару тусклыми зловещими бликами — точно скалила зубы в хищной ухмылке огромная кошка, вдруг выпрыгнувшая из тени перед двумя глупыми мышами, вообразившими, что комната пуста.

— Тень Безымянного!!!

Как — и когда же, во имя Света и Тьмы — я успел это пропустить?…  Напрасно понадеялся на чувство направления, утратившее силу здесь, в глубине подземелий? Или непростительно отвлёкся, ловя каждое слово внезапно решившей довериться мне Шаэ?…  Ведь так легко было неуклюжим движением или словом разрушить хрупкий мост, по которому она вдруг впустила меня в свою прошлую жизнь…

— Ты помнишь те заваленные туннели? — Шаэриэнн повернулась ко мне. — Или сколько раз и куда поворачивал коридор?

Я покаянно качнул головой.

— Мне казалось, мы строго держимся правой стороны…

— Я тоже так думала, — закусила губу эльфийка. — Значит, мы оба ошиблись и чувство пути здесь не работает. Во всяком случае, для нас, «наземников», — она невесело хмыкнула. — Вот когда и в самом деле жалеешь, что ты не гном…  Что ж, идём дальше, Альтар — только ради всех Богов, осторожнее!…

Оставив позади ручей с мёртвой водой, точно перешагнув невидимый рубеж, мы пошли вперёд. Как будто подыгрывая нашему напряжению, подземный ход почти сразу же принялся расширяться, словно раструб воронки. Разговоры смолкли сами собой, и даже свет магического шара Шаэ почти полностью приглушила, чтобы он ненароком не выдал нас. Когда дорога под ногами достигла ширины хорошего просёлочного тракта, правая стена туннеля, в тени которой мы старались оставаться, внезапно оборвалась. За ней открывался путь в просторный каменный зал, по форме напоминающий лежащую на боку бутылку.

Здесь не было настолько темно, как в узких подземных лазах. Привычные сизые сумерки, наполняющие «сосуд», давали возможность рассмотреть, что из него, как и положено бутылке, вёл дальше только один ход. Прищурив глаза, я указал Шаэриэнн на длинное «горлышко» в паре десятков саженей над уровнем пола, к которому, по счастью, поднималась кривая, но вполне удобная дорога.

— Альтар!…

Шаэ вдруг замерла, легонько сжала мои пальцы:

— «Искатель» заработал! A'Kariaell…  и все остальные. Вот теперь я чувствую их! Они сошли с Пути, а значит, идут нам навстречу…

— Хвала Великим Братьям! — Это и в самом деле была хорошая новость.

От мысли о том, что скоро отряд будет в сборе и мы, наконец, сможем покинуть это богами забытое место, казалось, даже прибавилось сил. Я без труда поднялся по ведущей наверх тропинке, прокладывая дорогу для Шаэриэнн, и остановился на пороге «бутылочного горлышка».

В узком проходе резвился подземный ветер, и эхо изгалялось вовсю: то зловеще шипя, то стеная, то завывая на разные голоса…  Воздушный поток легонько ударил мне в лицо, растрепал волосы. На удивление, он оказался тёплым, почти горячим — словно не подземелье породило его, а дышащая жаром пустыня.

Внутри «горлышка» было пусто. В длину оно составляло всего с десяток шагов, и я, пригнувшись, бесшумно скользнул было внутрь, рассчитывая подобраться к самому краю и разведать, что ждёт нас за ним…

Но за спиной прозвучало:

— Остановись! — и я послушно замер на полушаге.

Мгновением позже Шаэриэнн крепко вцепилась мне в локоть.

Я повернул голову к эльфийке — и вопрос, который готов был задать, застрял у меня в горле.

Побледнев, как мел, Шаэ не мигая смотрела вперёд, и глаза…  глаза её, утратив свой изумрудно-зелёный цвет, слабо отсвечивали в темноте тусклым белесым пламенем, затопившим и радужку, и зрачки.

— Шаэ! Что…  с тобой?!

Она пошатнулась. Показалось, что сейчас она лишится сознания: я подхватил её под плечи, притянул к себе, лихорадочно соображая, чем могу помочь…  Но почти сразу же Шаэриэнн дёрнулась, замотала головой, буквально силой заставляя жуткий свет в глазах погаснуть.

— Там…  опасно, Альтар, — отрывисто пробормотала она, тщетно пытаясь унять сбившееся дыхание. — Опасно!…  Очень опасно…

Повинуясь её незримому приказу, магический шар, точно крадучись, заскользил вперёд, почти не отрываясь от земли, и застыл у выхода из коридора.

Эльфийка вздрогнула всем телом. И медленно разжала кулак, который крепко прижимала к груди…  В её пальцах трепетал маленький медальон, светящийся точно так же, как мгновение назад её взгляд.

— Что это? — Я нахмурился: от «игрушки» ощутимо веяло бедой.

— «Сторожок». — Шаэриэнн медленно опустила руку. — И сейчас он просто надрывается. В ужасе…  — Она подняла на меня глаза и призналась — И, по правде сказать, я тоже…

— Почему? — вырвалось у меня.

Шаэ тяжело вздохнула. И я почувствовал, как её ладони легонько ложатся мне на виски.

— Вот поэтому…

Я и так уже понял, что дела плохи. Но когда разошлась тёмная пелена перед глазами, стараниями эльфийки даруя мне магическое зрение, то, холодея, ощутил, как начинают шевелиться волосы на затылке…

Выныривая из «бутылочного горлышка», дорога плавно спускалась вниз, а потом снова поднималась, обходя по самому краю широкое плоское ущелье. Гигантским следом от тележного колеса оно устремлялось налево, теряясь в сумеречной дали, мимоходом раскроив пористый камень вместе с Чёрной Стеной, точно жиденькую поросль чертополоха на просёлочном тракте…  Сквозь глубокие трещины на дне ущелья, слепя глаза пятнами жидкого золота, местами проступали озерца лавы. Их становилось куда больше по ту сторону пролома, зловеще сверкающего обрубками чёрного глянца — но завораживало и страшило вовсе не это.

Нежить!…

Боги-Братья! Такого скопления детищ Хаоса я не видел со времён расчисток Злосчастных Могильников в местах главных сражений Войн Крови и Огня, на несколько лет опрометчиво выпущенных победителями из виду…  Ущелье буквально кишело тварями всех размеров и мастей. Медленно кружили в воздухе бледные дихосторы, яростно грызлись ракусы, вырывая друг у друга куски распадающейся плоти, переползали с камня на камень неуклюжие на вид мартеры, оставляя за собой слизкие зловонные следы…

Керрены, дхоббсы…  Зелгары, жинтайи, трагги…  Я сбился со счёта, едва успев его начать. Совсем рядом с нашим укрытием стремительно пронёсся над дорогой то ли нетхоен, то ли вирм-а-рос, расправив крылья-паруса, состоящие, казалось, из одних костей. Я невольно отшатнулся, на миг прикрыв глаза — и колдовское видение пропало.