Миры под лезвием секиры. Между плахой и секирой - Юрий Брайдер

Проблуждав в полумраке по дому, Эрикс ни с чем вернулся в столовую. Сосед тем временем уже разлил свой уникальный напиток в пластиковые стаканчики, оставшиеся после йогурта.

— Полагаю, что без тоста нам не обойтись, — он внимательно глянул на Эрикса.

— Не знаю даже… — пожал плечами тот. — Сколько всего случилось… Даже в голове не укладывается… Давайте выпьем за то, чтобы все опять наладилось.

— Достойный тост, — сосед кивнул. — Как раньше говорили: за все хорошее. — Свой стаканчик он опорожнил одним глотком и закусывать не стал.

Его примеру последовал и Эрикс. Восьмидесятилетний коньяк резанул горло и улегся в желудке кучей горячих углей. Ничего более гадкого Эрикс в своей жизни еще не пробовал. С минуту за столом царило неловкое молчание, затем сосед вновь наполнил стаканчики и отставил бутылку в сторону. Эрикс понял, что сейчас начнется разговор, ради которого он и пришел сюда.

— Досталось вам, как видно, вчера? — спросил гость.

— Вспомнить страшно. Едва жив остался.

— Что дальше думаете делать?

— Не знаю… Подождать надо… Должно же быть какое-то распоряжение муниципалитета.

— А как вы о нем узнаете?

— Это уж их забота… Хотя… Проблема, конечно, колоссальная… — Коньяк подействовал на Эрикса странным образом: не успокоил, не расслабил, а, наоборот, еще больше усилил тревогу. Сейчас он наконец-то представил себе все то, чего не мог представить раньше — мир, в котором из всех средств связи осталось разве что письмо, посланное с нарочным, а информация распространяется только с помощью глашатаев да еще в рукописных листовках.

— Скажите, а какой момент впечатлил вас вчера больше других? — спросил гость. — Но без связи с вашими личными обстоятельствами.

— Дайте подумать… Наверное, то, что творилось на небе. Картина, скажу я вам, была весьма жутковатая.

— Сам я этого не видел. Но мне рассказывали… То был, так сказать, завершающий аккорд. Жирная точка в конце последней строки. А все началось значительно раньше, и мне пришлось быть свидетелем этого.

Тут Эрикс припомнил еще одну подробность из жизни соседа — тот был крупным специалистом по кирквудовской энергетике и даже, кажется, имел ученую степень доктора. Вот только имя его совершенно выветрилось из памяти Эрикса, и он про себя стал называть соседа «доктором».

— Свидетелем чего? — переспросил Эрике.

— Свидетелем начала конца. Меня как раз вызвали для консультации в центральную диспетчерскую. Природа сил Кирквуда до конца не ясна, и что бы там ни говорили, всегда существует опасность какого-нибудь неприятного сюрприза. Поэтому мы вынуждены постоянно контролировать состояние окружающей среды. По тысячам параметров одновременно. И если хотя бы сотая часть их начнет менять величину, это означает аварийную ситуацию. Вы меня понимаете?

— Конечно.

— Примерно за час до того, как случилось самое страшное, началась какая-то чертовщина с приборами. Нечто просто невозможное. Если верить их показаниям, изменилось все на свете. Скорость распространения электромагнитных волн, гравитационная постоянная, электрическая постоянная, величина элементарного заряда, масса покоя большинства элементарных частиц, все планковские константы.

— Признаться, я не совсем понимаю, как это может отразиться на моей личной судьбе и судьбе моих детей.

— Если приборы не врут, мы находимся уже не на Земле. И даже не в нашей Вселенной.

— Тем не менее мы живем. Дышим. Пьем коньяк.

— Это загадка и для меня. — Гость резким взмахом руки вдруг смахнул со стола наполненные стаканчики. — Извините… Но это уже не коньяк! Электроны его атомов заняли совсем другие орбиты. И мы уже не люди… И мир вокруг уже не принадлежит нам… Но я пришел к вам совсем с другой вестью. Сожалею, но она тоже печальная.

— Я уже начинаю привыкать к тому, что время хороших вестей закончилось. Говорите, не стесняйтесь.

— Хотя результаты измерений свидетельствовали о весьма неблагоприятных изменениях в окружающей среде, автоматика, следящая за безопасностью кирквудовских установок, на это никак не отреагировала. Аварийного отключения не произошло.

— Хотите сказать, что установки Кирквуда работают до сих пор?.

— Это факт.

— И нет никакой возможности отключить их?

— Для этого пришлось бы как минимум разрушить все приемные устройства. Вряд ли такое возможно сейчас. Силы Кирквуда продолжают накапливаться в нашем мире, и мы ничего не знаем о последствиях, которые может вызвать их чрезмерная концентрация. Одна из наиболее мощных установок находится прямо под этим домом. Да и вокруг их натыкано предостаточно. Хотелось бы надеяться, что авария не произойдет или по крайней мере не вызовет столь разрушительных последствий, как, например, взрыв атомного реактора. Но на вашем месте я бы постарался как можно быстрее покинуть город. Тем более что санитарная обстановка здесь вскоре ухудшится до такого предела, что сделает жизнь вообще невозможной.

— Чем я обязан вашему вниманию к моей скромной персоне? — Эриксу очень не хотелось верить в мрачные пророчества гостя.

— Вашим детям, — ответил тот прямо. — Я вижу их чуть ли ни каждый день, и они мне очень симпатичны. Дети, наверное, единственное, что мы еще можем спасти. А уж им потом придется отстраивать мир заново.

— Куда же нам идти?.. Я даже не представляю…

— Уходите как можно дальше от города. В глубь страны или к восточному побережью. Туда, где есть вода и лес. Здесь я отметил все известные мне установки Кирквуда, — он ткнул пальцем в вырванную из старой книги и сплошь испещренную крестиками географическую карту. — Постарайтесь захватить с собой как можно больше пищи. Но только такой, которая долго не портится. Не стесняйтесь грабить магазины. Наша экономическая система все равно рухнула, и кредитные карточки к оплате больше не принимаются. Пока в городе еще не начался хаос, запаситесь кастрюлями, ножами, теплой одеждой. Добывать огонь подручными средствами вы умеете?

— Никогда не пробовал.

— Надо учиться. Жаль, что бензиновые зажигалки и спички давно вышли из употребления. Да и увеличительное стекло вряд ли поможет, — он покосился в окно, сквозь которое едва пробивался мутный свет.

— Что же тогда делать?

— Понадобится вата, какая-нибудь горючая жидкость вроде одеколона и пара камней для получения искр… Ну и смекалка, конечно. Людям всему придется учиться заново… Для человечества наступают тяжелые времена.

— А если я не последую вашему совету? — Эрикc в упор глянул на гостя.

— Последуете, — мрачно хохотнул тот. — Я даже и не сомневаюсь в этом. Вы последуете моему совету, когда в соседних кварталах будут разграблены все магазины, улицы превратятся в отхожее место, а немногие сохранившиеся водоемы станут источником заразы. Только боюсь, будет уже слишком поздно.

Эрикc молчал, не зная, что ответить. Гость отпил несколько глотков прямо из горлышка бутылки и встал.

— Прощайте. Я хочу предупредить еще несколько человек в нашем доме. Тех, у кого есть дети.

— Каковы ваши дальнейшие планы?

— Скорее всего, я останусь в городе. Кому-то ведь надо проследить, чем закончится вся эта эпопея с установками Кирквуда.

— Тогда желаю успеха… Спасибо, что предупредили.

— Не стоит благодарности. — Губы гостя опять скривились в невеселой ухмылке. — В древности тем, кто приносил дурную весть, заливали горло расплавленным свинцом. А я всего лишь отхлебнул паршивого коньяка… Еще раз прощайте…

Странный гость ушел, а Эрикс так и остался сидеть за столом, украшенным кучей объедков и наполовину опустевшей бутылкой. Никакого определенного решения он пока еще не принял. Конечно, страшно было оставаться в городе, лишившемся вдруг всего, что раньше обеспечивало сытую и комфортную жизнь его обитателей, но еще страшнее — уходить из родного дома в неизвестность. Впрочем, некоторые идеи, высказанные соседом, были не лишены практического смысла. В первую очередь необходимо позаботиться о пропитании прежде, чем голод, жажда и отчаяние ожесточат горожан. Однако у ближайшего магазина Эрике наткнулся на полицейского. Оружия он при себе не имел, но один лишь его грозный вид отрезвляюще действовал на законопослушных граждан. Эрикс продемонстрировал стражу порядка свою кредитную карточку и выразил желание приобрести в магазине хотя бы самые необходимые продукты, однако ему вежливо посоветовали обратиться в специальную комиссию муниципалитета, где после регистрации всех нуждающихся снабжали талонами на питание. В связи с отсутствием наличности денежное обращение в городе временно прекращалось.

Делать было нечего, и Эрикс пешком отправился через весь город в муниципалитет. То, что власти не бросили народ на произвол судьбы, внушало ему некоторую надежду. Миновав с дюжину кварталов, Эрикс убедился, магазинов в городе гораздо больше, чем полицейских. Ему попалась лавчонка с распахнутыми настежь дверями, из которых дети и взрослые тащили все что ни попадя. Донельзя смущенный, Эрикс проник внутрь завладел двумя объемистыми коробками сухих завтраков. Присутствующие поддержали его советами и шутками. Какой-то доброжелатель даже сунул Эриксу в карман бутылку ликера. Грабили пока не очень активно без остервенения, скорее ради развлечения, чем ради наживы.