Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

— Потому что Такен наверняка уже начал или начнет в ближайшее время переговоры с другими ныряльщиками о твоей опасности. А зачем ему помогать собирать союзников? Чтобы в каждом городе у него были свои люди и сообщали о всех странностях? Он должен выглядеть как старый дурак. И для этого тот, кого он выставит врагом, должен выглядеть прилично и безопасно. Я расскажу, как вести такие дела. Следующий шаг — нужно начинать воевать против Такена. Отвлекать его. Искать новые способы сражаться. Подтачивать его ресурсы. Пусть эти его ученики гибнут на заданиях. Нужно только придумать, как их подлавливать. Просто насылать колдунов не так интересно, а вот... Ты говорил про страдания и своё рождение. А сможешь призвать или создать демона?

Класия не знала всех возможностей Легиона, поэтому и задавала такие вопросы наобум.

— Не знаю, — ответил тот, задумавшись.

— Если где-то рядом с крепостью появится демон или монстр, который убьет пару учеников, — это будет маленькая победа. — сказала Класия. — Надо собрать информацию, чтобы составить план.

— У меня есть идеи, как это сделать, — сказал Легион. — Ты знаешь места, где было много смертей и крови?

— О, таких мест в нашем мире очень много, — улыбнулась женщина.

Легион тоже улыбнулся. Ему нравилось использовать человеческую мимику. И то, что ему помогают, тоже нравилось. Это открывало новую веху в его жизни.

Роман Романович

Ученик шиноби 8. Возвращение

Пролог

Когда растёшь на историях о Колодце и он воспринимается чем-то далеким, а то и вовсе недостижимым, формируются соответствующие ожидания. Которые разбиваются, стоит столкнуться с реальностью.

Так первые ярусы оказываются не мистическим местом с сокровищами и демонами за каждым углом, а истоптанным этажом, поделенными территориями и низкооплачиваемой работой.

Те ярусы, которые пониже, более удивительны. Но как-то я не успел проникнуться их атмосферой. Нырки в пределах первых семи этажей воспринимались чем-то обычным. Местами опасным, но ничего такого. Сейчас же, стоило нам зайти в каменную кишку и отправиться вниз, ещё глубже, наслушавшись всех этих предостережений, я снова поймал себя на чувстве, что вот-вот столкнусь с чем-то опасным и непостижимым.

С этим чувством я и шёл по каменной кишке. Не сказать, что она сильно отличалась от других подобных переходов между ярусами. Прошли мы её за час где-то. За это время переход то расширялся до просторных пещер, то сужался до узких проходов, где может пройти только один человек и то боком. Хорошо, что я не боялся замкнутых пространств. А может, дело в камне адаптации, и моя психика даже к такому быстро привыкла.

Шли молча, и час — это достаточный срок, чтобы успеть напридумывать себе всякое о мертвых землях. Поэтому, когда впереди показался проход, я приготовился ко всему.

Люций первым вышел. Я вторым. Мария — замыкала.

О том, что это новый ярус, я скорее догадался. Исчез уклон, и мы вышли на ровную площадку. Узкая кишка сменилась широкой пещерой. Пропал затхлый воздух, и отчетливо повеяло прохладой. Пока ещё не холод, около пяти градусов.

Оглядевшись, понял, что да, это точно новый ярус, который простирается во все стороны.

Ярус — пещера. Самая заурядная. С обычным камнем, сталагмитами, трещинами и прочими прелестями подобных мест. Освещение здесь было тусклое, видел я от силы шагов на пятьдесят, но… Но, черт возьми, это что, и есть мертвые земли?

— Что это? — невольно спросил я, оглядевшись.

Мария обошла меня, окинула взглядом и рассмеялась.

— Можешь себе представить, — спросила она. — Что легендарная семерка, что перевернула весь наш мир, не добралась до этих мест? Колодец одарил их раньше. Поэтому следующим поколениям пришлось разбираться, в чем секрет нижних этажей. Когда-то считалось, что Колодец однообразен. Что внизу ждут очередные пещеры и не более. Но эта выдумка быстро развеялась, и ныряльщики узнали, что Колодец имеет сложную структуру, а не линейную.

— Что это значит? — спросил я, не впечатленный долгим вступлением.

— Это значит, что мертвые земли — такой же мир, как и наш. Проход к нему устроен по тому же принципу. Грубо говоря, мы сейчас на третьем ярусе. Нам надо подняться на поверхность, пройти там, а потом снова спуститься вниз. На минус четвертый ярус. Оттуда почти такой же переход к лавовым земля. И так далее. Уловил принцип?

— Запутанно как-то, — почесал я себе макушку.

— Да! — воскликнула Гроза. — В этом и проблема! Из-за запутанности многие ныряльщики до сих пор не понимают, куда нужно идти. Но тебе повезло найти лучшего проводника, — самодовольно заявила она.

Люций это вступление проигнорировал. Вперед ушёл и вглядывался в темноту.

Я же себя немного обманутым почувствовал. Будто ребенок, которому обещали веселье и отобрали конфетку в последний момент.

Глупое чувство. Я не ребенок, путешествие по Колодцу не веселье, а смертельно опасная затея. Но всё равно. Ещё пару минут я переваривал новый облом. Хотел было сказать себе, что радоваться надо, но нет. Нет причин для радости. На «мертвые земли» мы всё равно подойдем, просто придётся сделать большой крюк и пройти ещё несколько ярус.

Если выбирать между долгой, скучной прелюдией, после которой идет опасное испытание, то я выберу испытание по отдельности. Не знаю, есть ли те, кто получает удовольствие от хождения по каменным кишкам, но я среди них точно не числюсь.

* * *

Путь по этому ярусу занял около двух часов, и я успел расспросить Вологодскую о том, что это за место.

— Ничего особенного, — отвечала она. — Иногда здесь встречаются демоны разной силы, но больше лично мне ничего интересного не попадалось.

Звучало дико. В том смысле, что сначала люди как-то умудрились найти проход на этот ярус. Потом обыскали это место и нашли проход на следующий.

Я ведь не просто так время засекал. Два часа прогулки — это приличное расстояние. А значит, зона поисков, которую требовалось обыскать, чертовски большая.

— И что, здесь нет никаких других проходов? Одна дырка в камне, куда мы идем, и больше ничего?

— Почему? Здесь всякое есть. Но мы идем самым простым известным мне путем. Других подходящих маршрутов я не знаю.

— То есть здесь есть проходы куда-то в другие миры? — выделил я главное.

— Конкретно на этом ярусе — я не знаю. Говорю же, скучный