Путешествия вокруг света - Отто Коцебу

Глава VIII. Плавание от Петропавловского порта до Ново-Архангельска, оттуда до залива Св. Франциска

20 июля 1824 г. — 25 ноября 1824 г.

Потеря матроса. — Течение у берега Америки. — Прибытие в Ново-Архангельск. — Встреча с М. П. Лазаревым. — Вступление на пост. — Возможность плавания до весны. — Выход из Ново-Архангельска. — Прибытие в залив Св. Франциска. — Крепость Св. Иоакима. — Положение в Калифорнии. — Пребывание в заливе Св. Франциска. — Выход из залива Св. Франциска

Оставив Камчатку, мы имели благоприятный ветер и на другой день нашего отбытия в полдень находились в широте 51°38′с., долготе 163°2′в. В 8 часов вечера еще раз нас постигло внезапное несчастье: лишились матроса (18-го флотского экипажа Андрея Зайцева). При тихом ветре и спокойном море, посланный закрепить бом-брамсель, он с обыкновенным проворством исполнил свое дело, но, спускаясь вниз, оступился, упал на марс и убился до смерти.

До 29-го июля ветры дули по большей части от W и SW, хотя умеренные, но часто сопровождавшиеся слякотью и густым туманом. Впрочем, эта неприятная и вредная для здоровья погода вознаграждалась попутным ветром, с которым мы быстро подвигались к предназначенной цели. В полдень

29-го числа, когда мы прошли выведенную по счислению широту 48°5Г с., долготу 175°42′ з., ветер отошел к NW, потом к NO и усилился так, что мы принуждены были остаться под совсем зарифленными марселями. Эта погода продолжалась сутки, а потом опять настал попутный западный ветер. Течение до сих пор было самое тихое и очень непостоянное, так что долгота, найденная по счислению, почти сходилась с определенной по наблюдениям.

7 августа был первый день со времени отправления нашего из Петропавловска, который можно назвать ясным, и мы в полдень наблюдениями определили широту 55°36′с., долготу 140°56′ з. Здесь оказалось, что со вчерашнего полудня течение отнесло нас почти на 22 мили прямо на N. Хотя мы шли к северу, но с приближением к американскому берегу воздух становился чувствительно теплее, чище и легче. Подойдя довольно близко к американскому берегу и не имея два дня наблюдений, я направил курс так, чтобы прийти к берегу южнее мыса Ситхи или мыса Эджком, образующего северную часть входа в Ситхинский залив, в котором находится Ново-Архангельская крепость.

По замечанию многих мореплавателей, течение в этой широте у американского берега во всякое время года направляется к северу. В полдень 9 августа вдруг прояснило; мы надежным наблюдением определили широту нашего места и в то же время увидели прямо на N в 36 милях мыс Эджком, которому по счислению надлежало бы находиться от нас почти на О. Поэтому мы заключили, что течение было не к северу, а к югу; когда же мы приблизились к берегу на 7 миль, тогда оно быстро увлекало нас к N. Итак, мнение, что течение здесь всегда бывает к северу, справедливо только в отношении к самым прибрежным водам, но в 25 милях от берега оно действует как в ту, так и в другую сторону, целиком завися от силы и направления ветра. Это мое заключение согласно с замечаниями жителей здешних берегов [163].

Когда мы были уже близ самого берега, ветер стих, и шлюп весьма медленно подвигался вперед; к 6 часам вечера с помощью течения мы достигли входа в Ситхинскую губу, а когда начало смеркаться, вступили в пространство между горою Эджком и островами Биорки и здесь провели ночь, лавируя под малыми парусами. С рассветом 10-го числа при тихом ветре мы пошли прямо в залив. Погода была так пасмурна, что совершенно скрывала все берега, и мы с великим трудом добрались до якорного места против Ново-Архангельской крепости; там мы нашли русский фрегат «Крейсер» под командой капитана 2-го ранга М. П. Лазарева [164], которому наш шлюп был послан на смену.

Капитан-лейтенант Муравьев [165], главный правитель русских американских колоний, принял нас дружественно и оказывал всю от него зависящую помощь.

Ново-Архангельская крепость

Рисунок Ф. Мергенса. 1820-е гг. Из альбома путешествия Ф. П. Литке

На мое отношение к главному правителю, нужно ли шлюпу беспрерывно находиться при колонии, я получил уведомление, что до 1 марта 1825 г. нет надобности быть при Ново-Архангельской крепости, но с начала марта месяца, когда сюда съезжаются в большом количестве колоши (природные жители этой части Америки) и когда открывается навигация парусных судов, крепость остается в бессильном положении, и для ее безопасности присутствие шлюпа будет необходимо. Итак, желая воспользоваться свободным до марта месяца временем, я поспешил принять пост, который занимал капитан 2-го ранга М. П. Лазарев на фрегате «Крейсер», и, сделав все нужные приготовления и распоряжения, 10 сентября вступил под паруса. Оставив Ново-Архангельск, мы направились к берегам Калифорнии, в порт Св. Франциска, намереваясь провести в его прекрасном климате некоторую часть зимы и запастись пшеницей для пополнения недостатка сухарей. Фрегат «Крейсер» был уже совершенно готов к возвратному пути в Россию, но, дожидаясь транспортного судна из Охотска, которое обыкновенно в это время привозит сюда российскую почту, не мог нам сопутствовать до порта Св. Франциска (куда Лазарев намеревался зайти для снабжения фрегата свежей пищей и другими потребностями) и остался в Ново-Архангельской крепости.

Наше плавание к Калифорнии было довольно спокойное и весьма обыкновенное; на всем пути не встретилось ничего важного, ничего достойного примечания. Так как погода стояла по большей части ясная, то мы, пользуясь ею, осушили шлюп, который во время пребывания нашего в Ситхе напитался сыростью от беспрерывных дождей. По мере приближения к югу воздух становился заметно теплее. 25 сентября мы находились уже в широте мыса Королей [мыс Рейес], недалеко от него, но из-за господствующего здесь в это время года густого тумана не могли его видеть. С рассветом 27-го числа туман несколько поднялся, и открылся берег, лежащий к северу от мыса Королей. В 10 часов утра мы обогнули самый мыс в 3 милях и заметили производимый течением сильный сулой. Отсюда начали держать прямо в залив Св. Франциска; подойдя к самому проходу в залив, мы заметили, что течение с чрезвычайной силой действовало против нашего хода, так как, хотя при свежем попутном ветре мы по лагу имели 9 узлов и более, шлюп почти не подавался вперед и плохо слушался руля. Как только отлив начал терять силу, мы быстро пошли вперед и к 3 часам пополудни достигли якорного места против Президии.

Проходя на ружейный выстрел мимо крепости Св. Иоакима, построенной на южном мысу входа в залив, мы заметили в ней нескольких кавалеристов верхами; один из них через предлинный рупор спрашивал нас, откуда идем и к какой нации принадлежим. Этот, введенный от самого основания крепости и открытия порта обычай исполняется для того, чтобы пустить пыль в глаза приходящим судам и придать грозный вид крепости, показывая, будто в ее власти пропустить судно или нет. Но тому, кто здесь бывал, известно, что крепость Св. Иоакима самая миролюбивая на свете, ибо вооружена пушками, которые по своему состоянию должны поневоле держать строгий нейтралитет; да и самая лучшая пушка не палит без пороху, в котором здесь всегда бывает большой недостаток. Для поддержания чести калифорнийского республиканского флага комендант требовал салюта; чтобы из-за пустяков не поссориться, я приказал сделать несколько выстрелов, но ответа не получал, пока не снабдил крепость нужным для этого порохом.