Борьба за евразийские пограничные территории. От возвышения империй раннего Нового времени до окончания Первой мировой войны - Alfred Rieber

В этот момент в дело вмешались Россия и Габсбургская монархия. Их предложения по реформированию полиции и судебной системы были неохотно приняты султаном, но едва не были разрушены крупным восстанием в Македонии. Обе державы придерживались консервативного решения - подавлять восстания, возникающие в стране, чтобы укрепить Османское государство и повысить безопасность в пограничных районах, раздираемых враждующими группировками. Реформы, предусматривающие международный надзор, начали набирать силу; османские войска подавили два крупных восстания, а принц Фердинанд запретил все македонские организации. ИМРО распался на фракции. Успех реформ был поставлен под угрозу из-за упорного отступления Османской империи и решимости Абдулхамида привлечь все великие державы в качестве средства ослабления австро-русского давления; в частности, он мог рассчитывать на противодействие Великобритании австро-русской комбинации. Его политика была обречена из-за отказа местных революционных сил, поддерживаемых внешними державами, согласиться на что-либо меньшее, чем автономия.

С угасанием двух основных революционных движений, ориентированных на Болгарию, в Македонии стали появляться сербские и греческие группы. В 1904-1908 гг. эллинизированные славяне, верные патриарху и тайно поддерживаемые греческим правительством, совершали нападения на славяноязычных, верных экзарху. В 1905-1906 гг. греческие банды вытеснили оставшиеся силы ИМРО из региона Салоники и большей части провинции Монастир. Сербские банды также пользовались тайной поддержкой Белграда после переворота 1903 г., который привел к возвращению агрессивно-националистической династии Карагеоргиевичей. К 1907 году они установили контроль над Косово.174 Трехсторонняя борьба предвосхитила раздел Македонии между Болгарией, Грецией и Сербией во время Балканских войн 1912/13 годов.

Антикризисное управление

Столкнувшись с многочисленными кризисами на Балканах и в Восточной Анатолии, Абдулхамид объединил братства Су и попытался окутать себя защитной оболочкой панисламизма. Он начал новую политику переселения мусульман, покинувших Балканы и Черкесию после 1877/8 года, в стратегически важные районы на подступах к столице во Фракии и на Галлиполийском полуострове. Он даже поощрял иммиграцию из Боснии. В административных вопросах Абдулхамид установил авторитарный централизованный режим, основанный на современной бюрократии, подчиненной его личному правлению. В качестве наиболее новаторского решения он создал новые специализированные школы, чтобы подготовить гражданских и военных специалистов, необходимых для управления империей. Продолжая неуверенные инициативы своих предшественников, он добивался развитие новых технологий связи - телеграфа и железных дорог - с целью более тесного сближения приграничных районов с центром. Первым султаном, проявившим интерес к железным дорогам, был Абдулазиз. Он стал ярым пропагандистом после своего визита в Западную Европу в 1867 году, первого для правящего султана, во время которого он путешествовал почти исключительно по железной дороге. До этого было построено лишь несколько местных линий. Османскому государству не хватало капитала для финансирования строительства, и ему приходилось полагаться на иностранных предпринимателей. После Крымской войны полдюжины государств, включая Россию, боролись за концессии. Именно их интересы, а не интересы Османского государства, определяли направление строительства линий. В то время как британцы стремились соединить торговые морские порты с продуктивными внутренними районами, как, например, две Измирские линии, русские стремились помешать другим строить линии вблизи северо-восточных провинций. Русские успешно выступили против строительства участка железной дороги Берлин - Багдад, который должен был пройти слишком близко к кавказской границе, охраняемой крепостью Карс. Комплексный план, представленный немецким инженером в 1872 году, был принят правительством, но Абдулхамид "предпочел построить участки, дающие больше военных и политических выгод, чем участки с высокий экономический потенциал".

При нем было проложено 30 000 километров телеграфных линий. Его основной интерес к телеграфу заключался в том, чтобы поддерживать связь со своей разведывательной сетью по всей империи и по возможности не полагаться на иностранные линии. Основные железнодорожные линии, сформированные из военных соображений, включали Восточную железную дорогу, соединявшую Стамбул с Эдирне и Соа с ответвлением на Салоники; Анатолийскую линию от Измира до Анкары; и печально известную и так и не законченную Багдадскую железную дорогу от Коньи вглубь иракских провинций. Несмотря на все его усилия, стратегические линии оказались несоответствующими требованиям современной войны на Балканах в 1912/13 гг. и Первой мировой войны. Отсутствие сети и хороших дорог не только замедлило темпы мобилизации, но и оставило войска без средств к существованию.

Более того, немногие стратегические линии были построены за счет пренебрежения экономическим развитием плодородных регионов в Анатолии, торговли Бейрута и Хеджаза. Султан сам спланировал строительство линии в Хаджаз, единственной, которая была построена на османские средства. Соединяя Дамаск с Меккой, она выполняла множество интеграционных задач. Заменив караванный путь, она облегчила путешествие паломников по хаджу, тем самым пропагандируя его панисламские претензии как халифа мусульман всего мира; она символизировала примирение ислама с наукой и техникой, а также укрепляла связи между центром и мятежной провинцией Йемен. Однако влиятельные элементы улама выражали резкое неодобрение таких современных проектов, как телеграф и железная дорога. В 1916 году значительные участки линии Хеджаз были разрушены бедуинскими племенами "по невежеству, жадности или потому, что раскольничий национализм оказался сильнее объединяющего ислама".

Светские реформы Абдулхамида в области среднего и высшего образования также работали против его возрождения исламских принципов и халифата. Таким образом, как и в Китае, Иране и России, попытки примирить возрожденную имперскую идеологию, основанную на традиционных моральных или религиозных кодексах, и светское образование, призванное создать новый класс эффициентных бюрократических слуг и армию солдат, породили радикальное поколение, настроенное на построение своей собственной программы реформ.

Вызов младотурков

Изначально движение младотурок представляло собой свободное объединение противников султана. Его первым важным организационным центром стал Союз османов, созданный в 1889 году группой студентов-медиков. Несколько лет спустя его лидеры приняли более привычное название "Комитет союза и прогресса" (CUP). Эрик-Ян Цюрхер назвал их "детьми пограничья". Отличаясь молодостью, мультикультурным происхождением (турки, арабы, албанцы, курды и черкесы), разнообразным социальным происхождением, они почти все получили образование в современных школах, основанных по европейскому образцу при Абдулхамиде. До 1906 года в стране преобладали гражданские лица, с 1906 года и до революции 1908 года власть принадлежала офицерам. Большинство из них были выходцами из провинций, в основном с Балкан (48 % после 1908 года), где они были подвержены мелким военным действиям против сербов, болгар и греческих партизан, а также растущему разрыву между мусульманами и христианами в школах и экономической деятельности. Но армия не была едина в поддержке младотурок. Вскоре после их прихода к власти вспыхнула контрреволюция, возглавляемая элементами Первой армии в Стамбуле, которые объединились с исламской партией и требовали восстановления исламского права (шариата). Они были подавлены войсками из Салоник. Судя по всему, турецкий национализм оставался идеологией меньшинства вплоть до распада