Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

-Придавить внутрь, - он показывал, они неуверенно повторяли. - Вот так, плашмя. Потом резко назад и поворот. Да, отлично, Мирниэх. Ты вроде как знаешь, как это делается.

-Неа, - мотал головой Мирниэх. - видел.

Навстречу учителю двигался патруль кассорийцев - трое конных со щитами, в кольчужной броне с вставками литой стали, вооруженных копьями, мечами и луками. Кассорийские воины - универсалы, сражаются и в ближнем бою, и в дальнем. Лошади им под стать: невысокие, но крепкие твари, которые охотно представляются преодолевающими горные перевалы, и если бы не длинная шерсть, то были бы очень похожи на лошадей сиккартской породы - правда, те все же повыше.

Учителя они заметили уже давно, но продолжали ехать, не задерживаясь и не пытаясь повернуть. Сразу видно - опытные воины, знают, что если здесь засада, то они уже попались, и бежать поздно.

Ага, таки мечи у них короче, чем одноручный клинок арденов, и слегка изогнутые. Учитель ни разу не держал в руках меча кассорийских всадников, но слышал о нем и видел на гравюрах в старинных книгах. Таким оружием удобно рубить с седла, утяжеленный у острия клинок пробьет и стальной доспех, и арденский кожаный, который по прочности стали не уступает. Вот только нет на учителе никакого доспеха. Он не собирается допускать, чтобы его зарубили.

-Здесь ловушка, арден? - кассориец говорил на диалекте эсгуриев, но учитель его понял - наречие самого юного из Младших народов севера не слишком далеко ушло от Старшей речи.

-Здесь ловушка, - признал учитель. - Но вы можете убираться прочь живыми. Вам все равно не войти в лес Эггора, будь вас хоть тьма.

Всадники переглянулись и расхохотались.

-А ты смелый, - сообщил ему старший патруля. - Ты хоть знаешь, сколько воинов нашего короля идут на кораблях герцога Лиртодии?

-А мне все равно, - учитель даже улыбнулся, поняв, что ему и врать-то не приходится. - вам так и так не пройти.

Улыбка сползла с лица кассорийца.

-Пусть выйдут твои воины! - воскликнул он, выхватив свой кривой клинок. - Я хочу встретить смерть в честном бою!

Учитель медленным движением расправил плечи, лениво улыбнулся.

-А тут только один воин, - негромко произнес он. - и вам его хватит с лихвой.

Кассориец толкнул пятками коня, направляя его на наглеца, потом резко развернул, взмахнул клинком - но напрасно, учителя уже не было там, где сверкнула сталь. Зато он был с другой стороны лошади, перекатившись кувырком под брюхом, и где-то в этом кувырке меч покинул зажим и оказался в его руке. А когда он вскочил на ноги, меч сверкнул один раз - и второй всадник, который невовремя развернулся, вглядываясь в заросли орешника, кулем рухнул на землю.

-Смерть с мечом! - заорал старший, едва успев парировать колющий удар снизу. Учитель отскочил, уходя от ответного замаха, метнулся к ближайшей сосне, обернулся, поигрывая мечом. Кассорийцы смотрели на него с опаской, но гнева в их взглядах все же было больше. Третий, заставив коня попятиться назад, потянулся за луком.

-Глупо, - сказал учитель. - Я же говорил вам - проваливайте, откуда пришли.

Старший патруля колебался. Он понимал, что выиграть схватку с вертким арденом им не дано, но не мог вот так просто сбежать, пока их двое конных на одного пешего. Тем временем его уцелевший товарищ таки вытащил лук, положил стрелу на тетиву. Учитель отступил на шаг назад, чтобы в случае необходимости укрыться за толстым стволом дерева.

-Ладно, я не собираюсь играть с тобой в догонялки, - сказал наконец старший. - Мы уходим, но мы вернемся.

-Уходить надо было, когда предлагали, - и учитель, вопреки всем ожиданиям кассорийцев, бросился вперед, замахиваясь мечом. Старший вздыбил коня, прикрываясь от удара, его товарищ выстрелил влет, но мимо - слишком быстрым был бросок учителя, и совсем не туда, куда предполагал стрелок. А из кустов орешника уже выскакивали и с гиканьем неслись пятеро подростков.

Увернувшись от копыт коня, учитель проскользнул левее, пригнулся, пропуская удар мимо себя, отбил второй, сделал выпад - и старший патруля захрипел, покачнувшись в седле, взмахнул руками, роняя свой кривой клинок, выпустил поводья и откинулся назад, его конь рванулся с места и помчал прочь, унося застрявшее в высоких луках тело. Учитель бросил взгляд в сторону второго кассорийца - все, с ним уже покончено. И нарочито небрежным движением вытирал тряпицей кровь с меча Энтор, но лицо его светилось гордостью.

И только одно было неправильно - Даргон, катающийся по земле, зажимая рану у основания шеи. Лицо мальчика побелело, глаза помутились от боли, а между пальцами хлестала кровь - но он так и не издал ни звука.

Так и умер - одного взгляда на рану учителю хватило, чтобы понять, что Даргона ничто спасти не может. Мальчишкам, обступившим своего еще только что живого друга, пришлось дважды повторить, чтобы они пришли в себя и занялись делом, оставив скорбь на потом. Соорудили носилки, на них унесли тело Даргона - вечером они предадут его огню на берегу моря. Учитель остался - якобы прикрывать отход. А на самом деле, едва скрылись мальчишки, сел на ковер прошлогодней хвои, положил рядом с собой меч, медленно поднес к лицу руку и вцепился в нее зубами, заглушая свой собственный крик. И лишь когда терпеть стало совсем уж невмоготу, разжал зубы, стер рукавом кровь, забрал оружие и ушел вслед за своими учениками.

Чайки наполняли фиорд нестройными криками, которые ложились сверху на басовитый вой ветра и рокот прибоя далеко внизу. Между каменных стен фиорда все звуки удваивались. Два человека в серых плащах опять стояли на скалах, но на этот раз взгляды их были обращены вниз, к сгрудившимся у пристани кораблям.

Длинные корпуса боевых драккаров отсюда казались рыбами, которые тянутся к корму. По пристани сновали многочисленные фигурки воинов, среди грязно-белых плащей кассорийцев мелькали желтые рубахи лиртодийских моряков. Взбирались по сходням бочки с пресной водой, пересекали планширы доски, очищенные стволы молодых сосен и вязанки дров. Звенели латы и оружие, нестройным гулом доносились голоса - много голосов, много чужих глоток, изрыгавших чуждую речь.

Как многие в его народе, учитель не мог понять, что нужно новым завоевателям в стране арденов. Как все Старшие севера, он никогда бы не задал ни одному пришельцу такого вопроса. Ардены нынешних времен - дети Серого волка; они не спрашивают, но берут мечи и уходят в леса - чтобы там, на извилистых тропинках в вечном сосновом бору, подстерегать неосторожного врага, а ночами приходить в захваченные чужими поселения и убивать всех завоевателей до одного, оставляя с утра лишь трупы врагов.