Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

бейсболки с эмблемой компании «Джон Дир», поставщика сельхозтехники, выехали из амбара и по той же проселочной дороге через пару миль выбрались на шоссе.

Им навстречу с сиренами неслись многочисленные полицейские машины, спешившие, вне всякого сомнения, на место преступления. Но один молодой полицейский все же успел улыбнуться симпатичной девушке на пассажирском сиденье пикапа. Таша тоже игриво улыбнулась в ответ и помахала рукой. Пикап продолжил свой путь, увозя в кузове находившегося без сознания кандидата в президенты.

За две мили перед ними ехал пожилой мужчина, который строгал палочку у входа в похоронную контору, когда туда прибыл Джон Бруно со своей свитой. Он покинул насиженное место на несколько минут раньше приказа Мишель Максвел перекрыть все дороги. Мужчина ехал один на стареньком дребезжащем «бьюике». Только что ему сообщили, что Бруно удалось благополучно вывезти, а единственной жертвой стал агент Секретной службы, решивший составить компанию человеку, которого считал совершенно безобидным.

После такой длительной и трудоемкой подготовки настало время пожинать плоды, и мужчина не смог сдержать довольной улыбки.

Глава 5

Красный «форд-эксплорер» остановился у строения из кедрового бруса, затерянного в густом лесу. Оно было сделано очень искусно, и, несмотря на большие размеры, жил в нем всего один человек. Из машины вылез мужчина и потянулся, разминая мышцы. Было еще совсем рано, и солнце только начало свой путь по небу.

Шон Кинг поднялся по широким, сделанным вручную деревянным ступеням и открыл дверь дома. Он прошел в просторную кухню, включил кофеварку и, ожидая, пока наполнится чашка, огляделся по сторонам, любуясь выверенными пропорциями оконных проемов. Шон построил этот дом за четыре года, в основном своими руками, а жил в то время в небольшом трейлере на краю участка в пятнадцать акров, который находился в горах Блю-Ридж в тридцати пяти милях к западу от Шарлотсвилла.

Убранство дома включало кожаные кресла, мягкие диваны, деревянные столы, восточные ковры, медные светильники, длинные полки, заставленные книгами разных форматов, картины маслом и пастелью, в основном местных художников, и другие предметы, которые люди обычно собирают всю жизнь или получают по наследству. А в свои сорок четыре года Кинг прожил уже две жизни и не имел ни малейшего желания снова начинать все с нуля.

Шон поднялся на второй этаж, прошел по балкону и оказался в спальне. Как и во всем доме, здесь царил идеальный порядок и каждая вещь лежала на своем строго отведенном месте.

Он снял полицейскую форму, залез под душ и смыл с себя пот после ночи патрулирования. Побрившись, он вымыл голову и подставил под горячую воду шрам на среднем пальце, чтобы распарить кожу. Кинг давно уже свыкся с этим маленьким сувениром, напоминавшим о работе в Секретной службе.

Если бы он остался в президентской охране, то не жил бы сейчас в чудесном деревянном доме в самом сердце живописной центральной Виргинии. Его жилищем стало бы какое-нибудь типовое строение в навевающем тоску пригороде Вашингтона неподалеку от окружной дороги, и он все еще был бы женат. И Шон так и не решился бы сменить свою беспокойную профессию на доходную адвокатскую практику. И уж наверняка не стал бы добровольным полицейским на одну ночь в неделю в качестве своего вклада в процветание местной общины. Сейчас он бы готовился сесть на борт самолета, смотрел бы на улыбавшихся и постоянно вравших политиков, целовавших детей для рекламных снимков, и терпеливо ожидал, когда кто-нибудь решит расправиться с тем, кто находится под его защитой. Что это была за мука, включая бесконечные перелеты и таблетки от колик в желудке!

Он переоделся в костюм и галстук, расчесал волосы, выпил на террасе кофе и просмотрел газету. Первая страница была почти целиком посвящена похищению Джона Бруно и начавшемуся расследованию ФБР. Кинг внимательно прочитал все статьи, связанные с похищением, обращая внимание на каждую подробность.

Он включил телевизор, нашел новостной канал и прослушал сообщение о гибели ветерана Секретной службы Нила Ричардса, у которого была жена и четверо детей. Это событие — настоящая трагедия, но по крайней мере Секретная служба заботится о тех, кто остался без кормильца. Семья Нила Ричардса нуждаться не будет. Конечно, такая забота не заменит потери отца и мужа, но все же это лучше, чем ничего.

Затем диктор сказал, что ФБР отказалось от комментариев.

— Конечно, отказалось, — произнес Кинг вслух. ФБР никогда не давало комментариев ни по каким вопросам, но в конце концов кто-то обязательно о чем-то кому-то проговорится, а у того окажется друг в «Пост» или «Таймс», и все всё узнают. Правда, что стало известно всем, нередко оказывалось липой. Но в любом случае ненасытный информационный аппетит прессы требовалось хотя бы частично утолять — держать ее совсем уж на голодном пайке не могла позволить себе ни одна организация, даже ФБР.

Затем внимание Шона на экране привлекла женщина, стоявшая возле группы людей на подиуме. Кинг сразу узнал в ней агента Секретной службы. Он хорошо знал эту породу. В женщине безошибочно узнавались столь хорошо знакомые ему черты профессионала — спокойствие и в то же время постоянная настороженность. И еще в ней было что-то такое, что он не сразу мог определить. Кажется, нечто похожее на вызов.

Один из тех, кто стоял на подиуме, объявил, что Секретная служба оказывала максимальное содействие расследованию ФБР, но в то же время проводила и свое. Кинг по собственному опыту знал, что этим занимается инспекционный отдел, который буквально вынул из него всю душу после убийства Риттера. Он не сомневался, что виновник случившегося был уже назначен и его имя станет достоянием общественности, как только все заинтересованные стороны окончательно между собой договорятся.

На этом пресс-конференция закончилась, женщина направилась к черному седану и села в него. Репортер сообщил, что Секретная служба запретила ей общаться с прессой, а диктор услужливо пояснил, что женщину звали Мишель Максвел и она возглавляла группу агентов, охранявших Джона Бруно.

Зачем вообще выставлять ее перед камерами? Кинг тут же сам ответил на свой вопрос: показать всем лицо виновного. Обычно Секретная служба защищала своих до конца: проколы случались и раньше, но агентов, их допустивших, отправляли в административные отпуска и потом давали новые назначения. Однако на сей раз, похоже, было оказано политическое давление с требованием сурово покарать виновного.

«Вот она, парни! — как бы объявляла Секретная служба. — Берите ее с потрохами!»

Теперь Кингу стало ясно, почему в поведении этой женщины он заметил скрытый вызов. Она отлично понимала, что происходит. Она присутствовала на собственной