Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

как наше старое здание ритуальных услуг окончательно пришло в упадок и его нельзя было больше эксплуатировать. А это здание раньше использовалось в самых разных целях. Владельцы похоронного бюро решили ограничиться минимальными ремонтными работами, а в этом зале ничего практически и не менялось. Я представления не имел, что здесь есть еще одна дверь и проход.

— А кому-то определенно об этом было известно, — холодно заметила Мишель. — Дверь из прохода ведет на улицу за домом. Об этом вы тоже ничего не знали?

— Нет. В задней части здания располагаются кладовые помещения, куда мы попадали изнутри дома.

— Вы сегодня не видели позади здания никаких припаркованных машин?

— Нет.

— А раньше?

— Тоже нет, но я вокруг здания никогда и не хожу.

— И остальные ваши сотрудники ничего не видели?

— Мне надо у них спросить.

— Нет, я спрошу об этом сама.

— Могу вас заверить, что наше заведение очень уважаемое.

— У вас есть тайные проходы и двери на улицу. Вас никогда не волновали проблемы безопасности?

Мастер похоронных дел посмотрел на нее с недоумением:

— Здесь не как в большом городе. Серьезных преступлений никогда не было.

— Что ж, теперь эта традиция нарушена. Вы нашли номер телефона миссис Мартин?

Он протянул ей листок, и она позвонила. Трубку никто не взял.

Оставшись в одиночестве, Мишель предалась горестным мыслям. Столько лет тяжелого труда, потраченного на то, чтобы доказать свою профессиональную пригодность, оказались напрасными. У нее не было даже утешения, что ее карьеру остановила пуля убийцы, когда она спасала подопечного, прикрыв своим телом. Ее работа в Секретной службе завершилась позором, и на избранной ею профессии теперь можно ставить крест. Прежней Мишель Максвел больше не существовало.

Глава 4

Похоронный кортеж остановили, и все машины, в том числе и катафалк, обыскали. Когда сняли крышку гроба, то в нем действительно оказалось тело Харви Килбрю — любимого отца, деда и мужа. Практически все, кто провожал его в последний путь, были пожилыми людьми, которых до смерти напугали агенты в штатском с оружием в руках. Похитителей в похоронной процессии не обнаружили, но все равно все машины и катафалк завернули обратно.

Охранник Симмонс подошел к агенту Секретной службы, который садился в машину, чтобы возглавить кортеж на пути к похоронному бюро.

— Какие будут дальнейшие указания, сэр?

— Мне нужно, чтобы за этой дорогой было установлено наблюдение. Всех, кто будет въезжать, останавливай и разворачивай обратно. Всех, кто попытается выехать, останавливай и проверяй документы. Мы пришлем тебе смену, как только сможем. До тех пор ты должен постоянно находиться здесь. Все ясно?

Симмонс явно нервничал:

— Похоже, дело здесь нешуточное, так ведь?

— Сынок, это самое значительное событие во всей твоей жизни. Будем надеяться, что все обойдется. Хотя лично я в этом сильно сомневаюсь.

К ним подошел другой агент:

— Я не поеду, Чарли. Вряд ли стоит оставлять этого парня совсем одного.

Чарли с удивлением взглянул на коллегу:

— Ты уверен, что хочешь остаться здесь, а не присоединиться к остальным, Нил?

Тот мрачно улыбнулся в ответ:

— Я не хочу сейчас приближаться к Мишель Максвел ближе чем на милю. Я останусь с парнишкой.

Нил Ричардс сел в фургон Симмонса, который развернул его таким образом, чтобы заблокировать дорогу. Они молча наблюдали, как кортеж машин с агентами и участниками похорон скрылся из виду, после чего переключили внимание на наблюдение за прилегающей территорией. Никого не было видно. Симмонс с такой силой сжимал рукоятку пистолета, что кожа на перчатке потрескивала от натяжения. Он прибавил звук на полицейской рации, настороженно взглянул на агента и спросил, нервно повысив голос:

— Я знаю, что вы, наверное, не имеете права говорить, но что, черт возьми, там все же произошло?!

Ричардс даже не повернулся:

— Ты прав, я не имею права ни о чем рассказывать.

— Дело в том, что я вырос здесь и знаю местность как свои пять пальцев. Если бы мне надо было кого-то тайком вывезти, я бы воспользовался старой разбитой дорогой в полумиле отсюда. По ней можно сразу выехать на шоссе, сократив путь на пять миль.

На этот раз Ричардс повернулся к охраннику:

— А если поподробнее?

В следующее мгновение агент Секретной службы Нил Ричардс лежал на сиденье лицом вниз, а посередине его спины расплывалось маленькое красное пятно от пулевого отверстия. Находившаяся в кузове фургона женщина сняла глушитель с небольшого пистолета. Она пряталась в потайном отсеке кузова с двойным дном. Громкий треск рации Симмонса скрыл легкий шум, когда убийца выбиралась наружу.

— Пуля дум-дум небольшого калибра, — пояснила женщина. — Такие всегда остаются в теле. Так меньше грязи.

Симмонс улыбнулся:

— Как заметил один из охранников, это самое значительное событие в моей жизни.

Он снял с мертвого агента беспроводной микрофон с элементом питания и забросил подальше в лес. После этого Симмонс развернул фургон и направился в противоположную сторону от похоронной конторы. Через восемьсот ярдов он свернул на поросшую травой проселочную дорогу, где выбросил тело агента Ричардса в близлежащий овраг.

Симмонс говорил правду — эта дорога была идеальным путем отхода. Проехав еще двести ярдов и сделав два поворота, фургон оказался у заброшенного амбара с просевшей крышей и распахнутыми воротами. Поставив машину в амбар, где уже находился белый пикап, Симмонс закрыл ворота.

Из кузова фургона вылезла женщина. Теперь она совсем не походила на пожилую вдову, оказавшись молодой светловолосой девушкой в джинсах и белой футболке, со стройным и тренированным телом. За свою короткую жизнь она сменила немало имен — теперь ее звали Таша. Она была такой же опасной, как и Симмонс, но еще более безжалостной. Таша обладала очень важным достоинством совершенного убийцы — ее никогда не мучили угрызения совести.

Симмонс скинул форму, под которой оказались джинсы и футболка, затем снял парик, накладные бакенбарды и брови, а также избавился от других следов маскировки. В похоронном бюро он прятался в полом пьедестале под гробом Билла Мартина, а после того как они с Ташей перетащили Джона Бруно в фургон, сыграл роль офицера Симмонса.

Сообщники вытащили из фургона большой короб, где находился Бруно. На случай проверки на этот короб была нанесена маркировка фирмы, производящей сельхозоборудование. Внутри пикапа стоял большой ящик для инструментов, в который переложили и заперли тело Бруно. По бокам и сверху ящика были просверлены вентиляционные отверстия, а внутри он оказался обит мягкой тканью. Затем на дно пикапа похитители уложили тюки сена, хранившиеся в углу амбара, так что ящика оказалось практически не видно. Усевшись в кабине, молодые люди надели