Влюбленные - С. Стивенс

– Э-э… Видишь ли, все было немножко напряженно, и я не думаю, чтобы я…

Сестра резко оттолкнула меня.

– Кира?!

Видя, как резко изменилось ее настроение, я нахмурилась и покачала головой:

– Я ему говорила, что ты подумываешь о том, чтобы отдать ребенка на усыновление, так что я уверена, он ничего не станет говорить Гриффину, пока ты не примешь окончательное решение.

Анна разинула рот, ее рука сама собой легла на живот.

– Ты ему сказала, что я хочу ее кому-то отдать? Да с чего ты об этом заговорила?

– Он должен был знать, почему я не сказала ему о твоей беременности сразу, – ответила я, заинтригованная ее реакцией, и покачала головой. – Понимаешь, это был такой сложный момент… Я не могла солгать. Мне очень жаль, но я просто вынуждена была рассказать ему всю правду.

Сестра кивнула, потом села к столу, и ее глаза моментально наполнились слезами.

– Так, значит, Келлан теперь считает меня ужасной, да? Отдать свою малышку…

Она тяжело сглотнула, подавляя рыдание, и я поспешила присесть на корточки перед ней. Взяв сестру за руки, я заглянула ей в глаза.

– Нет, конечно же нет! Келлан… Он понимает. – Я не была в этом уверена, но ничего другого просто не могла сказать Анне, она и так была на пределе.

Анна несколько раз кивнула, а слезы потихоньку лились из ее глаз. Потом ее настроение снова качнулось в противоположном направлении, как маятник. Это произошло так быстро, что я не успела и глазом моргнуть. Сестра встала, в ее глазах пылало бешенство.

– Ты должна немедленно позвонить Келлану и сказать, чтобы он держал рот на замке!

От ее резкого движения я шлепнулась на пол.

– Что?..

Сестра схватила мою сумку, нашла телефон и бросила его мне.

– Звони ему! Делай то, что должна! – Она ткнула пальцем в мою сторону. – Давай-давай, изображай страсть, ври что угодно, но заставь его молчать! Чтобы ни слова не брякнул Гриффину!

У меня отвисла челюсть. Боже мой! Анна, похоже, слышала, как мы с Келланом занимались сексом по телефону. Ох, я буду самым счастливым человеком, когда уберусь наконец из этой квартиры. Открыв крышку телефона, я набрала номер Келлана. Прозвучало несколько гудков, а потом включился автоответчик: «Привет, это Келлан! Я, наверное, на сцене или занят со своей девушкой. Оставьте сообщение, я вам перезвоню… если мне захочется».

Я улыбнулась, выслушав это, – сколько раз я просила его изменить текст автоответчика!

– Привет, Келлан, это я. Понимаешь… Анна ужасно боится, что ты все расскажешь Гриффину… – Сестра продолжала бешено таращиться на меня, и я поспешила добавить: – Ты просто позвони мне поскорее, ладно?

Закрыв телефон, я покачала головой.

– Он наверняка пока не добрался до места. Наверное, он еще в самолете или скоро уже приземлится…

Анна раздраженно вздохнула, а я наконец поднялась на ноги, гадая, стоит ли мне попытаться успокоить сестру или лучше сбежать от нее. Решив, что ее настроение вряд ли может стать еще хуже, я подумала, что надо бы сообщить ей хорошую новость. Схватив сумку, поскольку мне все же необходимо было пойти на занятия, я попятилась от сестры.

– Я постараюсь дозвониться до него прямо сегодня, ладно? – Анна кивнула, скрестив на груди руки, а я быстро добавила: – Пожалуй, лучше сказать сейчас, чтобы ты знала: у тебя есть время для устройства по-новому… потому что я переезжаю к Келлану.

Задержавшись на месте лишь на несколько секунд, я успела только увидеть, как Анна разинула рот от изумления, и быстро выскочила из квартиры. Пока я неслась по коридору, мне показалось, что я слышу проклятия.

Келлан позвонил мне в тот момент, когда я остановила его автомобиль на парковке перед колледжем. Наблюдая за студентами, спешившими разойтись по своим классам, я невольно подумала, так ли сложна и мелодраматична их жизнь, как моя.

Капли легкого апрельского дождика падали на ветровое стекло и стекали вниз, соединяясь в тонкие струйки. Вдоль дорожек в университетском городке цвели цветы, лепестки которых, насколько мне было видно из машины, раскрылись навстречу желанной влаге. Когда я только приехала в Сиэтл, я ненавидела эту морось, мне больше нравилась сухая жара, но теперь у меня накопилось так много теплых воспоминаний, связанных с дождями, что я радовалась им так же, как местные жители.

Зазвонил телефон, и в ухе у меня зазвучал мягкий смех Келлана. Звук этого смеха, соединившись с легким постукиванием капель по крыше автомобиля, вызвал у меня в памяти образ моего возлюбленного: мокрые волосы, прилипшие к лицу, капли, стекающие по его губам…

– Привет, я только что приземлился. Ты как, уже соскучилась по мне?

Конечно, я тут же вообразила самую эротическую картину и хрипловато засмеялась.

– Я постоянно по тебе скучаю.

– Ты тут наговорила на автоответчик, что Анна боится?

Вздохнув, я провела ладонью по волосам.

– Ну да, она не хочет, чтобы Гриффин все узнал, прежде чем она будет готова сообщить ему.

Келлан тоже вздохнул.

– Я не скажу… Это ведь не моя тайна, не мне и выдавать ее.

Услышав это, я улыбнулась. Это значило, что Келлан вполне понял, почему я так долго скрывала от него новость.

– Вообще-то, я думаю, она все-таки ему скажет и оставит его… или ее – Анна просто убеждена, что у нее будет девочка.

– Ну, будем надеяться, – улыбнулся Келлан. – Мне кажется, девочка – это как раз то, что нужно Гриффину, он может полюбить ее до безумия.

– А ты бы хотел когда-нибудь обзавестись дочкой? – спросила я и тут же поморщилась. Я, вообще-то, не собиралась пока что спрашивать его о детях. Не спеши, Кира, не спеши, двигайся вперед понемножку.

Келлан мгновение-другое молчал, а потом ответил:

– Да… Дочка, сын – все равно… Мне хочется иметь детей.

– Мне тоже, – шепотом произнесла я, мягко рассмеявшись. Мы ненадолго замолчали, но потом я вздохнула, сообразив, что могу опоздать на занятия. – Мне пора идти… Ты как там, в порядке?

Келлан тоже засмеялся.

– Я тебя не убедил в этом перед отъездом? В самом деле? Ты была вроде как… убеждена. – У меня вспыхнули щеки, потому что я вспомнила, каким именно способом Келлан убеждал меня, но не успела я ответить, как он добавил: – Да, Кира, все в порядке. Думаю, у нас теперь все будет гораздо лучше, чем прежде.

– Даже если Денни останется в Сиэтле? – с улыбкой спросила я.

Мне неприятно было задавать этот вопрос, но это было необходимо. Мы с Келланом больше не должны были ничего скрывать друг от друга, а Денни не должен был становиться предметом споров.

Келлан вздохнул, но это был спокойный, удовлетворенный вздох.