Люди и нелюди - Олег Бубела

Первым двум повезло - мы культурно поболтали о пустяках, уклончиво ответили на вопрос о следующем выходе на Проклятые земли, после чего вежливо распрощались. А последующие пролетели, как фанера над Парижем. Просто мне надоело строить из себя идиота, да и настроение после визита к торгашу держалось где-то на уровне плинтуса… В общем, я попросил Мурку посодействовать. Как вскоре выяснилось, немного страха, подкрепленного широким оскалом мариланы или негромким предупреждающим рыком, способны у любого отбить желание общаться.

Вот так, благодаря подруге досадных задержек на нашем пути больше не случалось, и спустя полчаса мы оказались за городской стеной. Прошагали немного по дороге, достигли развилки, где, по совету пушистой парочки, взяли левее. Обернувшись и окинув взглядом разномастные крыши, я мысленно попрощался со Страдом. Замечательный город! И я не имею в виду размеры или внешний вид - это все мелочи. Куда важнее, что за неполные сутки, проведенные в его стенах, количество приключившихся со мной неприятностей так и осталось на нулевой отметке. Даже непривычно как-то.

Дорога, петляя между живописными холмами, уводила нас все дальше на юго-запад, а солнышко, поднимавшееся все выше, с каждым часом все сильнее припекало макушки. К слову, это был единственный минус путешествия. В остальном оно выдалось на славу - ни насекомые, ни звери, ни даже птицы нас не тревожили, изредка попадавшиеся навстречу путники тоже не стремились доставить проблем, а бандиты и прочая шваль, по-видимому, считали ниже своего достоинства промышлять в этом районе. Лепота!

Около полудня мы устроили небольшой привал, наскоро перекусили, не разводя костер, и потопали дальше. Спустя часа три, когда Вика с Даром, не терявшие времени зря, добрались-таки до последних страниц справочника, впереди появились поля и фруктовые рощи. А вскоре мы увидели и саму деревеньку, окруженную высоким частоколом. Издали с пригорка она казалась крохотной - всего десятка четыре дворов, расположенных по обеим сторонам единственной улочки, но по мере приближения это впечатление исчезало.

Подойдя к чуть приоткрытым воротам, мы услышали истошные крики:

- Держи тварь!

- Не дайте ей уйти!!

- Лови-и-и!!!

Заинтригованный, я потянул на себя одну из створок, заглянул в образовавшийся проем и увидел, как по улице прямо на нас бежит ватага мальчишек и подростков, преследующая какого-то оборванца с копной рыжих волос на голове. Памятуя о том, что влезать в чужую драку чревато серьезными последствиями, я отступил в сторону и оттеснил нелюдей, открывая несущемуся сломя голову беглецу путь к свободе. Однако ему не повезло. Когда до ворот оставалось каких-то тридцать метров, под ноги рыжему метнулся мелкий мальчуган, выскочивший из-за ближайшего забора. Беглец попытался его перепрыгнуть, но споткнулся и со всего маху рухнул в дорожную пыль. А подняться уже не успел - подоспели преследователи.

- Се ля ви, - пробормотал я, наблюдая за тем, как пацанва в мгновение ока окружала лежавшего и принялась избивать ногами.

Вот только недооценил я жажду жизни рыжего. Всего пару секунд он покорно принимал удары, свернувшись клубочком и закрывая голову, а затем внезапно развернулся, словно сжатая пружина, въехал сапогом в живот одному, махнул рукой с зажатым в ней ножом, заставив вскрикнуть второго, и тут же прыгнул на третьего. Распускавший сапоги молодец, приняв на себя вес беглеца, не удержался и растянулся на земле, а ватага, не ожидавшая столь яростного сопротивления от вроде бы поверженного противника, замешкалась. Всего на миг, но его хватило беглецу, чтобы одним прыжком вырваться из окружения и кинуться прочь из деревни.

Только тогда я получил возможность детально его рассмотреть, после чего мысленно присвистнул. То, что я принял за всклокоченные волосы, на самом деле оказалось ушами. Большими, остроконечными, покрытыми густой рыжей шерстью. По таким, насколько мне известно, сходят с ума земные анимэшники. Правда, в комплекте с ними, как правило, должен идти длинный пушистый хвост, которого у беглеца отчего-то не наблюдалось. Лицо, также покрытое серовато-рыжим мехом, напоминало кошачью мордочку, и было весьма милым. А еще - беглец оказался девушкой. Несмотря на общую худобу и мешковатую, состоявшую из многочисленных заплат одежду явно с чужого плеча, я смог разглядеть симпатичные округлости в положенных местах.

Подбежав к воротам, мутантка кинула на нас затравленный взгляд, но, видя, что вмешиваться мы не собираемся, прошмыгнула мимо и понеслась через поле к ближайшей рощице. При этом девушка наклонялась к земле так сильно, что создавалось впечатление, будто она в любой момент была готова продолжить бег на четвереньках.

- Все чудесатее и чудесатее, - задумчиво протянул я, проводив взглядом еще одну ошибку природы.

Ватага продолжать преследование не стала. Либо ребятня сообразила, что на открытой местности им в скорости с мутанткой не тягаться, либо своей отчаянной атакой рыжая здорово охладила их боевой пыл. Сейчас пацанва, гомоня на разные голоса, осматривала полученные в драке раны и клялась, что уж в следующий раз они ее не упустят. Когда же в воротах нарисовались мы, возмущенные возгласы как отрезало, а взгляды малолеток обратились на кошек. Воспользовавшись наступившей тишиной, я обратился к ватаге:

- Эй, горе-охотники, кто в вашей деревне главный?

- Староста Вук, - ответил какой-то бойкий шкет.

- Веди к нему!

Идея взять проводника оказалась удачной, поскольку дом старосты ничем среди прочих не выделялся. Он не являлся самым красивым или самым большим в деревне. Не успей я разочароваться людях, наверняка решил бы, что Вук - порядочный человек, который свое высокое положение в личных целях использовать не привык. А так просто отметил, что у старосты хватает ума, чтобы не вызывать зависть односельчан, выпячивая свой достаток на всеобщее обозрение.

Глава деревни оказался коренастым добродушным стариком с большим пивным брюхом, пышной бородой пепельного цвета и шикарной лысиной. Густая сеть морщинок вокруг глаз сообщала, что староста любит смотреть на мир с ироничным прищуром, а большой красноватый нос-картошка намекал об уважении к крепким алкогольным напиткам. Впечатление портили полноватые губы, которыми старичок периодически причмокивал. Встретил он нас с большим радушием, мастерски скрыв страх, возникший при виде марилан (об этом чувстве меня, по старой, въевшейся в подсознание привычке, проинформировала Мурка), пригласил войти и только тогда поинтересовался:

- Чем могу помочь господам искателям? Стол накрыть или продуктов в дорогу собрать? Так это я мигом! А может, вы пришли за яблочной наливкой? Она в этом году чудо как хороша …