Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Это верно, — поддержал его Телль, — но ты говорил, что у тебя есть конкретное средство.

— Есть, — согласился Делакруа. — Очень хорошее средство. Вот оно. — Он бросил на стол перед Теллем небольшую книжицу в кожаном переплёте с золотым тиснением, вытершимся до полной невозможности что-либо прочесть.

— И что же это? — поинтересовался Чейд. — Слабовато будет против салентинцев с их сарками и пистольерами.

— Не слабовато, — отрезал адрандец. — Эта книга взорвёт самое ценное для салентинцев.

— И что же, по-твоему, для них самое ценное? — разыгрывая нешуточную заинтересованность, поинтересовался Чейд, хоть у него и были очень сильные подозрения относительно того, что это за томик.

— Церковь, — улыбнулся Делакруа. — Пять лет назад её уже лихорадило, но до самой Салентины волны не дошли. Эта книга способна разуверить людей в самой идее Церкви.

Вильгельм Телль раскрыл книгу, принесённую Делакруа, пролистал пару страниц.

— Древнеэнеанский, — заключил он, не очень-то хорошо читавший и на адрандском с билефелецким, которые были официальными языками Виисты. — Что здесь написано?

— Не так важно, — отмахнулся Делакруа, — это для тех, кто сумеет прочесть её.

— Эта та книга, которую ты забрал у Мордовского бургомистра, поубивав при этом всех в его доме? — с самым невинным видом поинтересовался Профессор, поправляя очки и устанавливая мысленный контакт со своим Трибуном по имени Трент.

— Да, это был я, — кивнул Делакруа, — и там я прикончил не только бургомистра с семьёй и прислугой, но и клириков, посланных для того, чтобы забрать у меня эту книгу. А тебе, Мартин, не стоит утруждать своего Трибуна, даже если ты вызовешь его, я расправлюсь с вами обоими и без помощи Анимы.

Взгляды бывших соратников пересеклись, казалось, сейчас между ними промелькнёт молния. Все в доме замерли, ожидая чем же закончится это противостояние. Обстановку разрядил траппер Ханс, ворвавшийся в дом, да так что дверь стукнула о стену.

— Рыцарь! — выкрикнул он. — Рыцарь в полном доспехе идёт к нам не скрываясь! В железо закован по уши, без коня, правда…

— Не беспокойтесь, — бросил оставшийся спокойным (единственный во всём доме) Делакруа, — это мой друг. Он следил за штрейкбрехерами со Старой Тётки, куда должны прибыть салентинцы и сарки[209]. Раз он здесь, значит, они уже на подходе.

Старой Тёткой звалась единственная во всех Ниинских горах золотая шахта, которая продолжала работать не смотря ни на что. Её охраняли как зеницу ока два полка Полосатой гвардии и кроме того наёмники, которым платил Королевский Монетный двор, поэтому повстанцы Телля не рисковали нападать на неё. И всё равно, работать на ней отваживали очень немногие, так что неизвестно ещё не дороже ли обходилось Виисте её содержание, чем она приносила золота в казну. Держали её скорее из желание показать, что корона ещё держит Ниины, а не отдала их в полное владение повстанцам.

— Собираем людей, — бросил Телль Чейду. — Спасибо тебе за предупреждение, оно как нельзя кстати. Мы уничтожим салентинцев до того, как они заберутся в наши горы. Что до твоей книги, — он вернул томик Делакруа, — я больше привык доверять верной стреле. — И он взял со стола свой арбалет. — Хочешь, присоединяйся со своим рыцарем к нашей охоте.

Я сидел, уставясь на носок сапога, перепачканный в бурой грязи, какой полным полно было во всём посёлке Старая Тётка. Скучное донельзя местечко полное рудокопов, готовых каждую минуту в штаны наложить от страха и нервно озиравшихся при звуке имени Вильгельма Телля наёмников, кто был более менее приличными людьми так это Полосатые гвардейцы, но те и смотреть в сторону наёмников не желали, вполне заслужено почитая их пустыми никчёмами. И так как я был вполне согласен с Шершнями, то старался держать подальше от наёмников и торчал не в единственной таверне посёлка, а где-нибудь на улице. Поначалу наёмники пытались цепляться ко мне, но после того, как я прикончил нескольких наиболее эффектным и кровавым образом, отстали, оставив меня, наконец, в покое. Так я и просиживал часы напролёт, наблюдая за работой горняков и наслаждаясь покоем, которого не ведал уже Баалову уйму лет.

Но всему в этой жизни когда-нибудь да приходит конец.

— Салентинцы идут, — бросил своему приятелю один из Шершней, патрулировавших окрестности, — пистольеры, клирики, даже алхимики и сарки тоже. Ты б их видел. Звери — не люди, в шкурах ходят.

— А со взводом Дика что? — спросил его приятель.

— Они что ещё не вернулись? — удивился первый Шершень. — Должны же были за десять минут до нас быть.

— Должны, — кивнул второй, — но их нет. И генерал Юрген приказал всем быть в боевой готовности.

— Да уж, если Телль нагрянет только мы и сможем ему хоть что-то противопоставить. Наёмники пьют без просыху уже которую неделю.

— Из них только вон Зиг — мужик толковый, а остальные. — Шершень разочаровано махнул рукой.

А в Старую Тётку тем временем вступали салентинцы. Вёл их уже знакомый мне брат Карвер, сменивший инквизиторский плащ на более привычные ему длинный чёрный сюртук Преступающего законы, правда, теперь его дополнила узкополая шляпа с полусферической тульей — знак епископского сана. Он как и прежде носил кобуру с пистолем, но за спиной его был прикреплён ещё и здоровенный боевой крест с заточенными концами. А вот рядом с ним шагал тот, кого я никак не ожидал увидеть здесь — коротышка-алхимик Эдвард Фьестро в своём неизменном оранжевом плаще, макушка его головы торчала где-то на уровне его локтя. Следом за ними двумя чёткими группами двигались салентинские пистольеры в серых мундирах при мечах, пистолях и здоровенных кремнёвых винтовках и звероватого вида сарки, облачённые в волчьи шкуры — эти вооружены чем попало, но, в основном, иберийскими фалькатами и длинными луками, мало чем уступавшими тем же винтовкам.

— Боевые ребята, — раздался над моим ухом голос генерала Вильфрида Юргена, — просто страсть какие боевые.

— Такие вам против Телля и нужны, — равнодушно бросил я.

— Мне, — усмехнулся Юрген, — куда там. Ими клирик командует, а я так… — Он отмахнулся.

— Генерал, — напрямую обратился я к нему, — что у вас ко мне? Вы ведь до того мне и пары слов не сказали, а теперь с такой тирадой обращаетесь.

— Потому и обращаюсь, — несколько веселее чем в прошлый раз усмехнулся генерал, — теперь я точно убедился, то ты человек умный, к тому же из Легиона. А ведь среди людей Телля полно твоих бывших соратников. Да и вообще, из наёмников ты самый толковый парень, остальные только и могут, что в таверне нашей единственной вознаграждение пропивать.

— Чего вы от меня хотите, генерал?

— Помощи, — сказал он. — Я думаю, эти орлы здесь надолго, а Теллю