"Вельяминовы" Книги 1-7. Компиляция (СИ) - Шульман Нелли

Тони примерила холщовый чепец. Наклонив голову,  девушка посмотрела на себя в зеркало: «Мне много не надо. Два таких, и еще один шерстяной, на вечер. Все же холодно еще».

-А вот шляпы, капоры...- попыталась сказать женщина. Тони только улыбнулась: «Я в деревне буду жить, куда их там носить? И сорочки мне самые простые дайте, пять штук».

-Хорошенькая, - подумала хозяйка, заворачивая покупки. «Квакерша, наверное,  платье у нее скромное».

-Замуж, что ли, выходите? -  спросила бельевщица, принимая серебро.

Тони зарделась и решительно сказала: «Да, сегодня. В Обществе Друзей, на Арч-стрит».

-Счастья вам, - пожелала женщина и Тони улыбнулась: «Спасибо». Она вышла на оживленную улицу и оглянулась: «Я же ничего не знаю..., Мама мне рассказать не успела..., Надо было в Нью-Йорке к врачу сходить, но кто же думал…».  Девушка  перекинула на спину белокурые косы: «Я незамужняя пока, ни один врач со мной о таком и говорить не станет. А где акушерок искать - неизвестно, я в Филадельфии только ребенком была. Элайджа тоже  к ним не ходил. Ладно, - Тони уложила сверток в саквояж и перешла на другую сторону улицу, к книжной лавке.

-У тети Мирьям школа есть, - девушка рылась в плетеных корзинах, - я смогу преподавать, естественную историю, математику...». Присмотревшись, Тони увидела книги по медицине  - они стояли отдельно, в шкапе, что был заперт на ключ.

Тони отобрала «Элементы химической философии» Дэви. Помявшись, уже расплатившись, девушка попросила: «И еще  анатомический атлас, пожалуйста».

-Женщинам такое не продаем, - буркнул хозяин, отсчитывая сдачу, - это неприлично.

-Вот же косность, - зло сказала себе Тони, оказавшись на улице. «Ничего, мама мне объяснила, еще два года назад, как дети на свет появляются. Младший брат у меня есть. Думаю, у всех мужчин там одинаково все устроено. Разберемся, - девушка приложила ладони к пылающим щекам и пошла к постоялому двору - они с Элайджей встречались на Арч-стрит, в Обществе Друзей.

Капитан  сразу увидел ее. Тони была в шерстяном, цвета желудей платье, белая полоска на воротнике облегала стройную шею, волосы были прикрыты холщовым чепцом. Она быстро шла по Арч-стрит, вся окутанная весенним солнцем, щебетом воробьев, в тени уже зеленых, высоких деревьев . Элайджа внезапно почувствовал боль где-то в сердце. «Никогда, никогда я ее не покину, - пообещал он себе. «Всегда буду рядом, как папа всегда - рядом с мамой. Только на озерах стану плавать, и буду возвращаться домой, к ней и детям. Тони, моя милая Тони...»

От нее пахло свежим ветром. Элайджа поднес ее руку к губам: «Ты самая красивая девушка на свете, Тони. Пойдем, - он улыбнулся, - все собрались, ждут. Стол накрыли, лимонад имбирный и печенье. У  нас все просто».

Все действительно было просто. Тони окинула взглядом беленые стены, ряды темных, деревянных скамей.  Мужчины и женщины сидели, опустив головы, в маленьком зале  царила полная тишина.

-Элайджа  мне рассказывал, - вспомнила Тони, устраиваясь рядом с женихом  на скамье, что стояла впереди, отдельно от других, - это такое же собрание, как и все остальные. Когда мы будем готовы, мы скажем обеты.

Ей было спокойно - так спокойно, как, - поняла девушка, - было рядом с матерью, когда она была еще жива. «Папа был бы рад, - вздохнула Тони, - мама писала, что он тоже  в Бога верил. Так вот откуда у меня интерес к науке, - девушка, невольно улыбнулась, и посмотрела  на лучи солнца, что играли в чистых стеклах окон.

Ей все, внезапно, стало ясно. Тони, подняв голову, все еще улыбаясь - взяла жениха за руку. «Друзья, я беру Элайджу в мужья, и обещаю, с помощью Всевышнего, быть ему верной и любящей супругой, пока не разлучит нас смерть, - выдохнула девушка, и услышала его  голос: «Друзья, я беру Антонию в жены, и обещаю, с помощью  Бога, быть ей верным и любящим супругом, пока не разлучит нас смерть».

Потом они подписывали брачное свидетельство, их все поздравляли, на заднем дворе дома, где были расставлены деревянные столы, бегали и смеялись дети. Тони, грызя печенье, чувствовала, как муж держит ее за руку - твердо и ласково, не отпуская, гладя пальцами ее ладонь.

-А кольцо, - Элайджа посмотрел на ее пальцы, - кольцо у нас тоже, самое простое. Это золото, - он рассмеялся, - я сам нашел. На северном берегу Великого озера, когда мы туда с вояжерами в экспедицию ходили.

-Самое лучшее, - Тони прислонилась головой к его плечу и счастливо подумала: «Завтра на север поедем. Элайджа сказал, через две недели дома будем. Оттуда Дэвиду напишу, в Экзетер, он меня не выдаст. И дедушке напишу, в Лондон. А этот, - она заставила себя не вспоминать зеленовато-голубые, холодные глаза, - этот ничего не сделает. Я ему не дочь, у него нет никаких прав на меня. Если он посмеет нас, хоть пальцем тронуть - я до Верховного Суда дойду, не испугаюсь».

Элайджа оглянулся и быстро поцеловал ее в висок: «Все, любовь моя, убегаем. Я совсем, совсем не могу ждать, я уже пять лет жду, - он тихо рассмеялся. Тони неслышно ответила: «Я  тоже, капитан Кроу».

Холщовые занавески шевелил ветер с реки, на половицах золотилось солнце. Тони, хихикнув, сидя на кровати, прожевала сыр - тарелка стояла между ними: «Между прочим, мне сегодня отказались продать анатомический атлас».

Элайджа приоткрыл один лазоревый глаз и лениво улыбнулся: «А что ты хотела там увидеть?»

Тони поставила тарелку на пол и протянула руку.

-Вот это, - на розовых губах появилась лукавая улыбка. «И вот это - тоже, - Элайджа застонал и попросил: «Еще!». Она наклонилась и успела подумать: «Все просто. Надо любить, остальное самое получится».  Белокурые, распущенные волосы накрыли их мягкой волной. Он  погладил Тони по нежным плечам: «Дома сразу возьму бот, и уедем на острова. Будем  купаться, жарить рыбу на костре и собирать ягоды. Неделю. Нет, две недели».

Тони подняла голову и он велел: «Иди сюда. Вот, - он рассмеялся, - прямо сюда, правильно».

-Я, - сказала Тони, задыхаясь, почувствовав его губы, - поняла. Так хорошо..., что хочется кричать..., прости..., так хорошо, Элайджа.

Она откинулась назад, мотая головой, подушки полетели на пол, они тоже -  оказались там. Тони, прижимая мужа к себе, шепнула: «Никуда, никуда тебя не отпущу, слышишь!»

-Я и не собираюсь, - уверил ее капитан Кроу. Целуя откинутую назад шею, он добавил: «Мы всегда будем вместе, любовь моя».

Устроившись на кровати, нежась в его руках, Тони рассмеялась: «Твой отец, говоришь, тебе все рассказал? А сейчас ты будешь практиковаться?»

Элайджа погладил нежное бедро и уложил ее на бок. «Каждый день и каждую ночь, любовь моя. У меня, кажется, хорошо получается. Впрочем, тебе об этом судить».

Тони нашла подушку. Подтянув ее поближе, зажав в кулаке угол, девушка сквозь зубы ответила: «Просто отлично, капитан Кроу..., А на тех островах, там нет никого?»

-Никого, - он целовал ее острые лопатки. «Ни одного человека, кроме нас, там не будет, любимая».

-Покричу, - удовлетворенно выдохнула Тони, прижимаясь к нему, подставив ему губы.

Она заснула, лежа белокурой головой у него на плече. Тони видела прозрачную, зеленоватую воду озера, и блеск золотого эфеса где-то далеко, на дне.

-Шпага Ворона, Элайджа рассказывал, она у отца его, - еще не открывая глаз, вспомнила Тони. Она проснулась. Высвободившись из рук мужа, девушка посмотрела в полуоткрытое окно - над Филадельфией висел тонкий серпик луны. Было тихо, так тихо, что Тони, испугавшись, устроившись под боком у мужа, услышала его шепот: «Что случилось, милая?»

-Элайджа, - вздохнула Тони, -  а если начнется война? Мы же на границе. Там Канада, в ней британские войска.

Капитан погладил Тони по голове и неожиданно хмуро ответил: «Будем надеяться, что не начнется, любовь моя. Спи, мы завтра рано выезжаем, а я еще хотел...- Тони услышала, как он улыбается и ласково ответила: «Обязательно, капитан Кроу. Можно даже прямо сейчас, как я вижу».