Я вам не Сталин… Я хуже! Часть третья: Текущая реальность. - Сергей Николаевич Зеленин

Ленинградском Кировском заводе, дела обстояли несколько позаковыристее, нежели в Харькове. Там за успехи в организации производства тяжёлых КВ и их апгрейде, орден «Боевого красного знамени» и Сталинскую премию получил…

Глава «Главного промышленно-экономического отдела при Совнаркоме СССР» (ГПЭО СНК СССР) - комиссар государственной безопасности III ранга Кобулов Богдан Захарович.

 

С очень давних пор, за Директором Кировского завода Зальцманом Исааком Моисеевичем числились-копились многочисленные грешки.

У Наркома государственного контроля СССР Льва Захаровича Мехлиса, нашлись на него факты коррупции и «нецелевого» расходования средств - в том числе и на «гуляния» с «особо приближёнными» людьми.

У партийной организации Кировского завода, которую тот откровенно «третировал» - сложилось вполне определённое мнение про его «облико-морале», в частности из-за «сожительства» Зальцмана с многочисленными женщинами, принуждения их к «близости» не совсем законными методами. Кроме этого - факты грубости и хамства по отношению к работникам завода, вплоть до оскорблений и даже угроз расстрела150.

Но это всё – ещё «цветочки»!

В Наркомате обороны и в Главном управлении автобронетанковых войск, отношения с Исааком Моисеевичем испортились ещё с прошлого года, когда он представлял неверные сведения о выполнении плана производства танков - преувеличивая их бывало раза…

В три!

Кроме того, имелись факты незаконного оформления приёмом-сдачей незаконченных или дефектных танков КВ, происходивших под непосредственном давлении Директора Ленинградского Кировского завода151.

Что уже вообще ни в какие ворота не лезет.

«Сталинские времена», говорите?

На Зальцмана и старшего военпреда АБТУ Шпитанова были наложены дисциплинарные взыскания…

Вот и все «репрессии».

Почему так?

До моего «попадания» у него была мощнейшая «крыша» со стороны областной партийной организации Ленинградской области во главе с самим Ждановым.

 

Я тоже сперва было дело закрыл на эти «грешки» глаза, ибо в «своё» время начитавшись всякого-разного, считал Исаака Моисеевича великим организатором производства танков - которому простить можно если и не всё, то очень многое.

Даже понимал его: дали заводу неподъёмное «Сталинское задание» - вот он и изворачивался бедолага, как только мог.

 

11-го февраля сего года, на совместном совещании командиров-танкистов и представителей танковых заводов - мной были даны задания Ленинградскому Кировскому заводу вполне посильные и, я был уверен что вышеперечисленные факты не повторятся от слова «никогда».

Однако руководствуясь жизненным правилом «доверяй, но проверяй», через неделю послал представителей от Главного танкового управления НКО проверить, как мои распоряжения выполняются…

 

И что вы думали?

Всё осталось практически по-прежнему. Завод, всеми силами впихивал военной приёмке недоделанные танки, а та закрыв глаза их принимала. Главное конструкторское бюро самозабвенно проектировало «супертанк» КВ-220 (Объект 220, Т-220), и уже имело в эскизах КВ-3, КВ-4, КВ-5 и прочие «объекты», а на совершенствование серийных танков…

Нет, не забили @уй… Как можно!

Это же приказ самого(!) Сталина.

Но занимались этим постольку-поскольку, без малейшего «огонька».

Согласен: так, тоже что-нибудь получилось бы… Где-то примерно к сентябрю месяцу - когда ЛКЗ пришла бы пора эвакуироваться в Челябинск, как в «реальной истории».

 

Узнав про такие безобразия, сперва слегка «отведал ухи»:

«Чего это они?!!»

Однако, в причинах разбираться времени у меня нет. Будем считать что это «сила инерции».

Вызываю комиссара государственной безопасности III ранга Кобулова - главу «Главного промышленно-экономического отдела при Совнаркоме СССР» (ГПЭО СНК СССР) и вкратце обрисовав ситуацию приказал:

- Делайте всё, что сочтёте нужным, но эта «сила инерции» должна быть преодолена. Любой ценой!

Смотрю на него и любуюсь.

Если кому-то нужны доказательства происхождения человека от обезьяны – то вот они передо мной. При желании очень легко выдать Богдана Захаровича за переходную модель между человекообразной обезьяной и собственно хомо сапиенсом, без лишнего звена в виде неандертальца. Причём «человекообразной обезьяной» - в данный момент с красными от хронического недосыпания глазами, очень раздражённой и агрессивно настроенной. Ведь, всякими заданиями-поручения, я завал его по самую маковку…

И теперь самому на него смотреть страшно!

Но, приходится:

- Задание понятно, товарищ Кобулов?

- Понятно, товарищ Сталин.

- Мандат от ГКТиО возьмёте в моём личном Секретариате. Самолёт уже готов, ждёт Вас на аэродроме. Летите и приступайте к выполнению немедленно.

 

Так вот, этот злой аки сам сатана «человек-горилл» берет бригаду своих самых эффективных менеджеров, на самолёт и в Питер.

Почти сразу же по их прилёту на Ленинградском Кировском Заводе произошли некоторые беззакония, за которые будущие историки обязательно будут перемывать косточки Реципиенту…

Ну да и, писюк на них:

Я это не он!

В частности главного военного приёмщика Шпитанова, ведущего инженера 62-ух тонного КВ-220 Сычёва и самого директора завода Зальцмана - сожгли в мартеновской печи.

«Живьём?!».

Сказать по правде, в детали особо не вникал - сожгли, так сожгли. Я Кобулову верю: раз пошёл на такие «непопулярные» меры - значит, чтобы оздоровить ситуацию на крупнейшем оборонном предприятии страны по-другому было никак нельзя.

Я больше интересовался последствиями. Вот если бы это не привело ни к каким положительным сдвигам…

Тогда да!

К товарищу Кобулову у меня появилось бы множество вопросов и вполне возможно, он перестал бы быть нам товарищем.

А так – победителей не судят!

 

Директором головного предприятия Производственного объединения «Северные машиностроительные заводы» (ПО «Севмаш») - Ленинградского Кировского завода стал Николай Всеволодович Барыков. Сперва он отбрыкивался, конечно, от столь высокой чести… Но Кобулов нашёл нужные слова и весомые аргументы, чтоб его уговорить.

Котин - Главный конструктор танка КВ, остался на прежней должности, но получил «высшую меру с отсрочкой приговора на три месяца».

СКБ-2  Кировского завода было объединено с КБ «завода №185», с которого в него влились такие конструкторы прежде работавшие над «конкурентом» КВ - тяжёлым танком Т-100, как Палей, Троянов, Бушнев и прочие…

И знаете, «оно» тут же заработало!

 

Над совершенствованием тяжёлого танка, естественно, трудились и до меня и продолжали бы этим заниматься и без меня. Так в ноябре 40-го года, в производство запустили более компактную, лёгкую и технологичную «большую пониженную башню» для КВ-2. Одновременно для всех танков этого типа, ввели усиленную конструкцию поворотного механизма и новую боеукладку для артвыстрелов и пулемётных дисков.

Однако главный источник всех проблем тяжёлого танка - двигатель и коробка передач изменений не претерпели, ибо идущие в серийном производстве КВ - считались некой «переходной моделью», перед более совершенным танком - на котором и тупили все напильники.

Я их логику в принципе понимаю:

Зачем горбатиться над тем, что вскоре будет снято с производства?

Кто ж знал, что Гитлер не станет дожидаться, когда в СБР-2 Ленинградского Кировского завода закончат проектировать свои 62-тонные «вундерваффли», поставят в серийное производство и наделают их столько (и специальные ж/д платформы для доставки на фронт, заодно), что Блицкригу придёт кирдык уже у самой границы…

Кто ж знал, что отложив мечты на верхнюю полочку - воевать придётся с тем, что имеется под рукой?

 

С прибытием Кобулова с бригадой и после показательной экзекуции, «процесс» по апгрейду серийного тяжёлого танка пошёл семимильными шагами.

В течении трёх суток изготовили опытный образец танка