Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

что весь этот спектакль — лишняя трата времени?… — пробормотал Марк, ухмыльнувшись.

— Что вы имеете в виду, Ваше Высочество? — осведомился Александр, стоявший рядом.

— В жизни не поверю, что дочери не знают агентов своего отца.

— Но откуда вам известно, что эти двое, — агенты?

— Кто же ещё?

— Вы полагаете, герцог не верен вашей семье?

— Пока я знаю, что с помощью герцога и его шпионской армии положение Карнеоласа в Архее только укрепляется. Я не могу обвинить его в чём-то предосудительном.

— Потому что вы верите ему. И даже любите его, как второго отца… неизвестно за какие услуги. Между тем деяния некоторых его шпионов не согласованы с Его Величеством. Ко всему прочему, герцог отказал вам в руке своей дочери.

Марк волком глянул на него и рыкнул, прищурившись:

— Откуда вам известно?

— Об этом громко шепчется весь двор. А еще громче — ваш брат.

— Герцог отказал мне, ибо я вёл себя неподобающе… — Марк со вздохом опустил голову. — Я, с вашего позволения, не просил руки Ишмерай, а требовал.

Александр тихо засмеялся, проговорив:

— Представляю, до чего дикие глаза были у сурового папаши! Ваше Высочество, я бы непременно снял перед вами шляпу, если бы она у меня была! Полагаю, от него в жизни никто ничего не требовал! А тут его потревожил принц и начал разглагольствовать о своих правах!

Марк густо покраснел.

— Но вы не сдаётесь, — хитро улыбнулся граф. — Не станете же вы отрицать, что помчались в такую даль именно за его дочерью?

Марк пронзил его уничтожающим взглядом, а после лишь буркнул:

— Оставлю этот вопрос без ответа. Я заранее знаю, что ты мне скажешь, Александр. Ишмерай ты терпеть не можешь.

— Отнюдь. Я просто не понимаю, что вы в ней нашли. Совершенно не умеет вести себя, невоспитанная, избалованая. То отталкивает всех и каждого, то стремится всем нравиться.

— Стало быть, вы посоветуете мне Атанаис Алистер? — пробормотал Марк, сделав вид, что глубоко задумался.

— Ну уж нет, Ваше Высочество, — улыбнулся Александр, несколько удивленный подобной переменой. — За Атанаис Алистер я поборюсь с вами. И даже с вашим братом!

— Ты спугнешь её своими манерами. Она из тех, кто познает мужчину только в первую брачную ночь.

— Почему вы решили, что мне непременно хочется сделать Атанаис Алистер своей любовницей?

— Ты не умеешь любить иначе.

— Пожалуй, я знаю, зачем вы поехали в такую даль, — усмехнулся Александр, не смутившись нисколько. — Вы хотите отомстить герцогу за его отказ и соблазнить его любимую дочь.

Марк, едва сдержавшись, чтобы не разбить графу его красивый нос, смерил его презрительным взглядом, но промолчал.

— Хорошего же ты мнения обо мне, мой верный друг, — протянул он, сжимая руку в кулак.

— Не хотите же вы сказать, что вы в самом деле любите Ишмерай Алистер! — скептически фыркнул Александр.

— Ишмерай Алистер не достойна любви? Или я недостоин любить?

— Если бы вы любили её, вы бы не стали терзать её этой Маргит.

— Я был с Маргит всего лишь вежлив, — Марк скривился. — И все во дворце запели о моей «новой подруге» еще раньше, чем я успел догадаться, чем чревато приглашение семейства Омран в Кеос.

— Мой вам совет, дорогой мой принц, не связывайтесь с семьёй Алистер. Не вздумайте любить их — их кровь принадлежит Архею. Акме Алистер не принадлежит герцогу, а их дочери не буду принадлежать своим мужьям, как Лорен не будет принадлежать своей принцессе — никто из людей не в силах заставить их подчиниться, когда беснуется Кунабула. Рано или поздно они растают, обезумят, либо положат свои души на алтарь этой земли. Они могут подарить Архею будущее, счастливое и мирное, но не могут подарить его себе… Существует и другая беда. Если вы женитесь на Ишмерай Алистер, герцог Атии станет ещё сильнее. Едва ли это понравится королю и многочисленным врагам герцога, которых станет еще больше.

— Гаральд Алистер станет сильнее, если одна из его дочерей выйдет замуж за кронпринца. Я же далек от политики.

— Времена нынче тёмные. Его Величеству может понадобиться помощь обоих сыновей. Это будет на руку и герцогу.

— Как же ты ненавидишь герцога Атийского, если говоришь о нём и его семье такие вещи, — пробормотал Марк, отвернувшись, чтобы скрыть усмешку.

— Я говорю о нём только правду. Мне бы не хотелось, чтобы мой друг попал в неприятности. Эта семья опасна. У них уже есть неведомая простым смертным сила. Еще у них появится и политический вес. И как бы этот политический вес не затмил короля. История циклична. Когда-то их предок был царём в Карнеоласа, пока его не убил ваш предок… Кто знает, что может случиться теперь?..

Марк выдержал паузу, задумавшись, после повернулся к Александру, поглядел ему в глаза, серьезно, хмуро, сжал его плечо и проникновенно проговорил:

— Судьба наградила меня истинным другом, который не боится говорить правду. Что бы сталось со мной, если бы не ты, Сагдиард?..

— Я всегда готов протянуть вам руку помощи, Ваше Высочество, — отозвался Александр, глядя принцу в глаза, молча изумляясь.

Марк грустно улыбнулся, похлопал друга по плечу, обернулся к Ишмерай и со вздохом пробормотал:

— От такой красотки отказаться будет трудно!

Александр поглядел на Ишмерай Алистер, которая любезно беседовала с Делваром, бегло её осмотрел и выдал:

— Не так уж она и хороша, эта Ишмерай Алистер. Совсем невысокая, да и поправиться бы ей… У неё есть только смазливое лицо. А вот Атанаис Алистер — произведение искусства. Но у неё два недостатка — её отец — сам Гаральд Алистер, и глаза ее так похожи на глаза этого изверга… Торопиться вам некуда. Вы вернетесь в Карнеолас, и у ваших ног будет любая!

— Вы — опасный льстец, Сагдиард, — несколько смущенно отозвался Марк.

— Я всегда говорю вам только правду… — улыбнулся Александр, поклонился и направился к своему коню.

Марк некоторое время глядел ему вслед, а когда граф отошёл на приличное расстояние, изменился в лице. Из смущенного и доброжелательного оно стало презрительным и