И мечты станут явью - Анна Май

тоже. В своем последнем письме Эля не написала, что жаждет его увидеть и хотя бы проститься. Но если в нем есть хоть какие-то теплые чувства к ней, он должен это понимать и так. Сам то же чувствовать! Или боится не удержаться и ее удержать?

Хотя Джейн сказала, теперь он отчего-то считает Элю дерьмом. Она точно знает, что не такая, и друзья любят ее несмотря ни на что. Вот туда-то она и вернется – домой. К тем, кто всегда поймут и простят. Да, но она никогда больше не увидит Роберто! Ей не дадут визы, потому что этот срок возвращения она нарушила. С такими горькими мыслями Эля провела всю ночь. Слез уже не было, но она опять не могла спать.

На рассвете Эля подумала: все, хватит страдать из-за Роберто! Если бы этот человек действительно любил тебя, то давно бы забрал, невзирая ни на какие недоразумения, свои обиды и чужие наветы, потому что знает, как тебе плохо. Вообще, когда любишь, не можешь без этого человека жить. Но, именно если любишь, можно любимого отпустить, чтобы он был счастлив без тебя – если ты его душишь. Она сама так решила в июле. Но, может, после ее последнего письма Роберто тоже считает, что он ей больше не нужен и даже отвратителен? Поэтому не звонит? «Ну что я за дура! Или опять в нем ошибаюсь?».

Эля пыталась себя утешить: на родине она выспится, подлечится, придет в себя. Роберто тоже многое поймет – все! Главное – что ей можно верить. И он приедет за ней, или ее позовет. Просто все люди разные. Лукасу, чтобы понять, что он не может жить без Марсэлы, понадобилось несколько недель. Сколько понадобится Роберто, покажет только время. Но он не сможет ее забыть. Уж если не смогли все прочие бывшие, и годами пытались вернуть, хоть она отдала им куда меньше сил и любви – этот итальянец не сможет точно! Не из камня же он сделан. Вовсе нет…

Да! Она убежит, как Марсэла – а Роберто, как Лукас, изменится к лучшему на фоне всех этих потрясений. Когда Эля уехала учиться, мама тоже очень изменилась: впервые сказала, что скучает. Отец и то стал приличней себя вести. Так и Роберто начнет ею дорожить! Ладно, утро вечера мудренее. Хотя оно уже наступило. Звонок в дверь – это заказанное такси. Пора выходить…

Молчаливый шофер в тюрбане помог вынести и погрузить тяжелые сумки в багажник. Эля старалась не смотреть на Бэнджи – сегодня он не отправился ночевать на удобный диван в комнату Питэра, остался в кухне на ледяном сквозняке. Она успела в 6 утра вывести его, но пес двигался как деревянный и, сделав свои дела, тут же побежал домой, все время оглядываясь, словно боясь ее потерять. Теперь Бэнджи не сводил с нее тоскливых, обиженных глаз – и его взгляд был невыносим. Она его приручила и бросает. Все как у них с Роберто! Только наоборот. Все, пора захлопнуть эту дверь…

Такси доехало до аэропорта Хитроу менее чем за полчаса. Было всего 7 утра. После очередной бессонной ночи Эля вдруг впала в некий род пьянящего безумия. И была почти уверена, что вот-вот где-то покажется Роберто. Так всегда бывает в кино: все осознавший и преодолевший препятствия партнер успевает вернуть свою любовь в самый последний момент! Смеясь и взявшись за руки, они побегут к стойке. И, может быть, даже успеют сдать ее билет. В любом случае, даже если они потеряют эти немалые деньги, неважно. Ведь они будут вместе!

Но уже без десяти восемь, а итальянца все нет. Может, его что-то задержало? Она написала, что вылет в 9, а на самом деле в 9.50. Если Роберто покинет свой дом сейчас, то успеет приехать попрощаться! Позабыв все свои клятвы больше никогда ему первой не писать и не звонить, Эля лихорадочно набрала на своем мобильном домашний номер Роберто, потом его «трубу» (она только попрощается с ним, только услышит его голос в последний раз!) – но и там, и там были длинные гудки. Неужели он еще спит? Не может быть! Тем более сегодня, когда она уезжает! Он в ванной? В дороге? Все еще рассержен непонятно на что и не хочет говорить? «Не плачь, возможно, все к лучшему: если бы Роберто приехал, у тебя не хватило бы сил самой с ним расстаться – с таким, какой он сейчас».

Хотя есть кое-что, что в нем не устраивает. Она готова принять его со всеми проблемами и всей его болью, доходящей до ожесточения – но не готова мириться с враньем и неспособностью держать слово. С неуверенностью в ней, заставляющей спрашивать мнения даже Питэра и Мэгэн, и с нежеланием считаться с Элиной точкой зрения, как будто она всегда неправа. Но сейчас у нее не хватило бы сил себя защитить и отстоять. Даже с риском себя потерять, оказавшись на самом последнем месте по степени значимости после сына, родных, друзей и даже обеденного стола – и уже никогда больше из этой ямы не выбраться. В результате с большой вероятностью все сложилось бы, как у Элиных родителей: Роберто не стал бы ею больше дорожить и никогда бы по-настоящему не оценил. Она стала бы чем-то, что всегда под рукой, как привычные тапочки. А когда те совсем изнашиваются, их выбрасывают. Нет, нельзя уже в самом начале отношений соглашаться на пренебрежение! Да, сейчас адски больно – и все же нужно, чтобы любили по-настоящему в ответ. И на меньшее она теперь не согласна!

Им обоим нужно время. Ей – чтобы обрести чувство самоценности вне зависимости от кого-либо. И ему, чтобы понять, что любые проблемы решаемы, если ты хочешь быть с этим человеком – и если этот человек хочет с тобой быть. Что счастье возможно, и мечты сбываются! Если не предавать их. Свою любовь. И себя. Если оба партнера отбросят свои страхи и сомнения, и попытаются видеть в любимом человеке лучшее – вот тогда мечты станут явью. Для них обоих.

«Хочется верить, что Роберто разберется в себе не слишком поздно, пока у нас еще могут быть совместные дети. Так хотелось бы малыша с его улыбкой и глазами… Он бы вырос очень счастливым с таким отцом, а я отдала бы ему всю любовь, которой так жаждала в детстве и которой у меня не было».

За