Как воспитать ниндзю - Люда и Игорь Тимуриды

- Не трогайте его, это такой удар для мальчика...

Я так и не поняла, что же они сделали с мальчиком Воорготом.

Мари подлетела ко мне, странно оглядела мою свиту, ибо они именно вели себя как свита, и вдруг сделала мне книксен.

Я подумала, не чокнулась ли она.

- Кошмар, – шепнула она мне, – Вооргот ухаживает за королевой, на нее то и дело сыплются неприличные предложения руки, то и дело кто-то пытается дать ей оплеуху в этом твоем платье...

- А она? – спросила одними губами я.

- Поступает как королева, – пожала плечами Мари. – Поясняет им, почему этого нельзя делать с королевой... У нее для вразумления есть тюрьма и там личные телохранители...

И вдруг я заметила, что Вооргот направляется прямо ко мне. Прямо на глазах у всех. Снова! Почему-то сердце мое сжалось и ухнуло в пятки...

Неужели он осмелится снова скомпрометировать меня при всех – металась в голове растерянная мысль, не давая соображать. Я никогда не знала страха, но сейчас, когда он шел ко мне, коленки мои почему-то дрожали, а сердце замирало. Я то обливалась холодным потом, хотелось броситься отчего-то бежать со всех ног. Все в душе дрожало...

Неужели он решится подойти ко мне, после всего, что было? – напряженно думала я.

Но я мужественно решила принять испытание. И холодно встретила его. Сжав зубы до того, что они побелели.

Но он не заметил этого.

- Что сейчас будет?! – в ужасе подумала я.

Он подошел ко мне как старому другу.

- Где же вы были, Джекки? – спросил Вооргот, радостно хлопая меня по плечу. – Одному так скучно!

Он был явно возбужден и весел.

Я нахмурилась.

– Кстати, я видел вашу невесту, и она мне очень понравилась! – просто заметил он.

Я сделала большие глаза. Это он кому говорит? Джекки?! Или моему кимоно?! Неужели они никогда не видели кимоно? И как он может говорить такие вещи жениху, если у него есть совесть, она, наверное, совсем маленькая и умерла в детстве от коклюша. Лежит себе в гробике...

- Можете поздравить меня, я тоже решил жениться, – сказал Вооргот.

Надо сказать, я сволочь редкая, но такого даже я не видала. Я потрясенно молчала.

- Почему вы не спрашиваете, на ком? – подозрительно осведомился Вооргот.

Я мрачно посмотрела на него. Я знала на ком!!!!

- Неужели вы не понимаете, принц, – начал раздражаться Вооргот, – что против такого негодяя, как я, вы не имеете никаких шансов... Вы не продержитесь против меня и минуты...

Я начала оживать. Убить его во имя своей чести от имени Джекки своими руками почему-то показалось воспаленному мозгу решением всех проблем...

- Я могу быть вашим секундантом, принц, – сказал за спиной граф Джордж Вернуэльский.

У Вооргота был ошеломленный вид, точно он не ожидал, что ему все-таки придется драться с мальчишкой.

- Я не нуждаюсь в секундантах, дядя Джордж, – хмыкнула я, шагнув к Воорготу и, резко ударив его в пах, вырвала у него его собственную шпагу прямо из ножен. Поскольку своей у меня, право, в наряде китайской принцессы, не было.

Реакция у него хорошая – подумала я, уперев кончик шпаги ему снизу вверх в подбородок в горло почти вертикально, так что он вынужден был изо всех сил тянуться на цыпочках и запрокидывать голову вверх, не видя меня, чтобы не умереть... От своего собственного веса. Шпага так элементарно входила отсюда в мозг, мне даже и двинуть рукой собственно не надо было – хватило бы и его собственной разорванной кожи и его веса, если он хоть чуть-чуть пошатнется или ослабит свое стояния на цыпочках. А если учитывать, что руками он еще держался за отбитые... и ему было больно – в общем, ему не позавидуешь.

Он стоял так, что не мог пошевелиться вообще – крайне неудобное положение. Но он очень опасен, и иначе ему нельзя.

Видимо, мое мучительное раздумье – убить его или нет – отразилось на моем лице, обремененном работой мозга.

- Ты не можешь убить его здесь, – быстро сказал дядя Джордж.

- Вывести его в коридор? – губами спросила я, чтоб никто не слышал.

- Приканчивай его здесь, – махнул рукой дядя Джордж. – Только учти, что это не дуэль, а пьяная драка, и тебя даже твой отец посадит в тюрьму...

- Делать мне больше нечего, – сказали одновременно подошедшие с разных сторон Логан и Король...

От неожиданности я хихикнула.

- Ага, Вооргот... – сказал Логан мне. – Ты им занимаешься?

- Логан, мы же с вами договорились, как мужчина с мужчиной... Я все исправлю... А сейчас тактично внушаю принцу, что Лу моя невеста... – зло сказал Вооргот. – И все договорено с родителями... Я трижды ей делал предложение и в платье сейчас три минуты назад и без платья тогда... Но принц...

- Странный принц какой-то, – хихикнул Логан, обходя меня вокруг. – И косы с жемчугом, и губы накрашены, и сережки...

Он потрогал рукой мою косу...

- Джекки, зачем ты прицепил косу? – сказал король удивленно. – И вплел в нее жемчуг?

- Наверно потому что он моя дочь... – хихикнул Логан. Он силой дернул меня за косу, и я ойкнула. – Настоящая! Что ты делаешь с Воорготом? – строго спросил он. – Он уже объяснился?

- Я тут брожу уже два часа среди людей, – ответила я, – скуучно... А тут подходит этот наглый молодой человек, я его даже не знаю, и никто мне его не представил, и говорит нечто странное, – пожаловалась я. – В конце концов, он даже вызвал меня на дуэль! И это порядочную английскую скромную леди!!!

- Что?!? – лицо у Вооргота вытянулось. Он все делал попытку взглянуть на меня, но ему не дала моя шпага...

- И сейчас я решаю, убить его или нет... Никак голова не работает! – пожаловалась я.

- Но он сказал хоть тебе, что вы жених и невеста?

- Что?!? – спросила я. Лицо у меня вытянулось. – Вы что, чокнулись, что ли все! Это же на всю жизнь!

Я испугалась.

- Я его сейчас убью, – вдруг дошло до меня, – и все кончится... Кто будет вспоминать невесту покойного?

Вооргот дернулся и попытался сойти с лезвия.

Я надменно скривила губы. Став гордой принцессой.

- И вообще, я отказываюсь... – я гордо подняла голову. – К тому же он только что признался, что уже дважды сделал предложение вон той женщине в платье с алмазом...

- Господи, сколько же тут их?! – отчаянно воскликнул Вооргот.

- Красавчик! – презрительно ткнула его я острием, не глядя на пришедшую в ужас от моего поведения мамы. – Я тебя разрисую...

- Немедленно освободи мальчика! – потребовал подошедший папá. – Я его еле уговорил жениться, а он сейчас испугается и убежит... Потерпи до свадьбы, поизображай пай-девочку, – уговаривал он, – потом отыграешься... Я вмешиваться не буду, сделаешь из него что хочешь... Можешь мальчика, можешь девочку...

Вооргот подозрительно заворочался.

- Хочешь – кролика...

- Но он мне не нравится! Даже в виде одеяла...

- Он не девочка, чтобы нравиться! – отрезал папá.- Он видный мужчина, я все проверил! И то, что я узнал, очень даже мне понравилось...

От неожиданности Мари хихикнула.

- Ну так и женись на нем! – мрачно буркнула я отцу.

- Лу!!! – строго сказали родители.

- А захочет ли он жениться на служанке, горничной, нищей, незаконнорожденной и невоспитанной иностранке? – издевательски осведомилась я. Так сладко и ласково, что можно эти самые делать. – Ему кто-то об этом сказал, что меня не принимают ни в одном порядочном доме? Или, конечно, забыли... – протянула я.

Стоявший в неудобной запрокинутой позе “жених” дернулся, потому что у меня дрогнула рука.

- Сказали ли ему, что одной тысячной моих выходок хватило бы, чтобы навсегда опозорить и скандализировать девушку в Англии? – я широко раскрыла глаза. – Нет?!? – я убрала резко шпагу, чтоб ему не было больно, но с силой ударила его в пах, чтоб ему не было вольно напасть на меня, так что его подбросило в воздух.

- О Господи, – прошептал граф. – Теперь уже точно незачем тебе выходить за него... Да и кто согласится?!?

Но я его уже не слышала, ибо ушла...

Но почему-то на сердце было так тяжело и горько, что и не говори...

Сзади скандал... Впереди тьма и скука... Естественно, меня больше в знатное общество не пустят.

- Уеду, – решила я. – Уеду одна...

Слезы наворачивались мне на глаза – я разорвала своим поступком бесповоротно все прежние свои связи... Почему я его ударила? Теперь мама отвернется от меня... Мари тоже, ведь меня нигде не будут принимать, а она вылитая англичанка... Терпение папá, наверное, тоже лопнуло... Было так тоскливо на сердце... Я осталась одна...

Я умирала...

Никто этого не видел, но черное отчаяние захлестнуло меня до невозможности...

Я выпила рюмку водки первый раз в жизни...

Я стояла на балконе, уставившись в пространство глухой ночи, отвернув лицо от людей, и слезы катились у меня по щекам...

Я заглядывала в бездну внизу. И она меня притягивала. Я плохо соображала, что делала... И хоть я стояла, я в нее падала, падала, падала, наклоняясь все сильней и сильней...

Очнулась я в чьих-то объятиях, кто-то держал меня крепко, прижимал изо всех сил, ругал, успокаивал, обнимал, судорожно периодически прижимая меня к себе, будто все еще не мог избавиться от пережитого ужаса и испуга за меня...