Вспомнить всё (сборник) - Филип Дик

– Я тебе отдам пожарную сигнализацию. Буквально недавно смастерил, – сказал Норм. – В моей модели она установлена на углу квартала, где живут Перки Пэт с бойфрендом.

– Договорились, – согласился Хукер, мгновенно смягчаясь.

Враждебность тут же сменилась жадностью:

– Покажи-ка мне эту штуку, Норм. Мне такая не помешает, мне как раз сигнализации не хватает для постройки квартала, а так – у меня там даже почтовый ящик уже стоит. Спасибо тебе.

– Да пожалуйста, – стоически кивнул Норм.

А когда он спустя два дня вернулся из долгого похода в убежище Беркли с мрачным-премрачным лицом, жена сразу поняла, что переговоры с оклендскими прошли не слишком удачно.

В то утро доставщик скинул пару коробок с каким-то химическим напитком, по вкусу похожим на чай. Она налила чашку Норману и приготовилась ждать рассказа о том, что же произошло в восьми милях к югу от Пиноли.

– Мы долго торговались, – устало проговорил Норм. Сидел он на их общей с женой и ребенком кровати. – Но деньги им и вправду не нужны. И наши товары им тоже не к спеху – потому что чертовы доставщики заваливают их такой же ерундой.

– Так на что же они хотят играть?

И Норм мрачно уронил:

– На Перки Пэт.

И замолчал.

– Господи, какой ужас… – проговорила она, бледнея от ужаса.

– Но если выиграем, – заметил Норм, – нам достанется Подружка Конни.

– А макеты? Насчет них договорились?

– На макеты не играем. Им нужна именно Перки Пэт. Не модели, не Леонард – только она.

– Но, – рассердилась она, – а если мы ее проиграем? Что тогда?

– Я новую сделаю, – заверил ее Норм. – Не сразу, конечно. У нас большие запасы пластика. Ну и искусственных волос. И краски у меня полно, разных цветов. Работы на месяц будет, но я справлюсь. Понятное дело, не очень-то хочется завязываться со всем этим. Но…

Тут глаза его вспыхнули.

– Но давай не будем думать о плохом! А представь себе, что мы возьмем и выиграем Подружку Конни! Выиграем новую куклу! А что, вполне возможно, так и будет! Я говорил с их эмиссаром. Он парень хитрый, умный и, как Хукер верно сказал, суровый, но… я говорил с оклендцем и понял, что он… ну, скажем, не слишком везучий. Удача не на его стороне. Так мне показалось. А ведь, как известно, без удачи в игре никуда: какую цифру покажет стрелка вертушки, только судьбе известно…

– Что-то мне не нравится их условие, – пробормотала Фрэн. – Играть на саму Перки Пэт… Но если ты готов… – Она вымученно улыбнулась. – Тогда я согласна. А если выиграешь Подружку Конни – кто знает, что будет дальше? Может, тебя мэром выберут. Ну, после того, как Хукер умрет. Представь себе, каково это: выиграть не деньги, не игру – а саму куклу! Такого еще никто не делал!

– Я смогу выиграть, – серьезно сказал Норм. – Потому что я – везунчик. Настоящий.

Он чувствовал в себе это – удачу, фарт. Кривую, которая вывезла – и во время войны, и сейчас, когда война кончилась. Удача – дело такое, либо она есть у тебя, либо нет. Он только сейчас это осознал в полной мере. А у него удача – была.

Жена сказала:

– Может, попросим Хукера созвать всех на собрание? Выберем лучшего игрока. Ну, чтобы шансов на победу стало больше…

– Фрэн, – твердо сказал Норм Шейн. – Я – лучший игрок в Убежище. И играть с оклендцами – мне. И ты тоже пойдешь со мной, потому что мы с тобой отлично работаем в команде. Мне другого напарника не надо. И потом, нам все равно нужно вдвоем идти – один человек макет не утащит.

А макет, похоже, весил не меньше шестидесяти фунтов.

Ему самому казалось, что он все продумал. Но когда пришлось раскрыть план остальным обитателям убежища Пиноли, оказалось, что с Нормом далеко не все готовы согласиться. Поэтому весь следующий день прошел в жарких спорах.

– Вы не сможете унести на себе весь макет! – уверенно сказал Сэм Риган. – Или возьмите кого-то в помощники, или погрузите модель на какую-нибудь тележку.

И он смерил Норма весьма хмурым взглядом.

– Где ж я тележку тебе возьму? – рассердился тот.

– А давайте ее сделаем. Из чего-нибудь, – предложил Сэм. – Я готов всячески помогать. Если честно, я бы с вами пошел, но… в общем, я даже жене сказал: не нравится мне эта затея.

И он похлопал Норма по спине:

– Однако я восхищаюсь вашим мужеством. Твоим и Фрэн. Вот так вот взяли и решились куда-то пойти… Да уж, мне такое не по плечу, а вы молодцы.

И он жалостно вздохнул.

В конце концов Норм получил в свое распоряжение тачку. Они с Фрэн решили толкать ее по очереди во время пути. Таким образом, на себе им предстояло нести лишь пищу и воду. Ну и ножи, конечно, чтобы от псевдокотов отбиваться.

Они аккуратно и бережно складывали разобранный макет в тачку, и тут к ним подкрался Тимоти.

– Пап, возьмите меня с собой, – заканючил он. – За пятьдесят центов я вам и проводником буду, и разведчиком, и даже охотником – наловлю дичи по дороге.

– Мы сами обойдемся, – сказал Норм. – А ты оставайся в Убежище. Здесь безопаснее.

Его возмутила сама идея, что сын может увязаться следом. Это же такое важное предприятие! А тут мальчишка под ногами путается… Это неприлично и… святотатственно, вот.

– Поцелуй нас на прощание, – сказала Фрэн сыну, улыбнулась и тут же отвернулась к сложенному в тачку макету. – Надеюсь, она не перевернется, – боязливо оглядывая груз, сказала она Норму.

– Да с чего бы ей переворачиваться, – рассудительно заметил Норм. – Мы же аккуратно.

Он верил в себя. Верил в успех дела.

А потом они налегли на ручки и покатили тачку наверх, к люку. К поверхности. Путешествие в Беркли началось.

Где-то за милю до убежища Беркли им стали попадаться пустые и полупустые контейнеры из-под гуманитарной помощи – такие же в изобилии валялись вокруг Пиноли. Норм Шейн испустил вздох облегчения. Впрочем, не то чтобы путь оказался очень тяжелым. Потом он стер руки о металлические рукояти, а Фрэн подвернула лодыжку и сейчас шла, болезненно припадая на одну ногу. Зато дошли они быстрее, чем предполагалось, и потому Норм пребывал в замечательном расположении духа.

Впереди возникла чья-то фигура – кто-то выжидательно глядел в их сторону, присев среди пепельной равнины. Мальчик. Норм помахал рукой и позвал:

– Эй, сынок! Мы из убежища Пиноли! Мы тут у вас с оклендцами должны встретиться – помнишь меня?

Мальчик ничего не ответил, развернулся и убежал.

– Ты, главное, ничего не бойся, – сказал Норм жене. – Он просто их мэру доложится, вот и все. А мэр у них очень приятный. Старенький такой, зовут Бен Феннимор.

Вскоре к ним осторожно приблизились несколько взрослых.

Норм радостно опустил ручки тачки в пыль и принялся протирать лицо платком.