Кривич - Александр Забусов

— Так ведь, было чего.

— И то верно, — охотно согласился Чернояр. — Без меня, даже если б вас и не трогал никто, вы бы сё болото дни два торили. Везде полыньи бездонные раскиданы, омута. А последний участок прошли, так здесь и вовсе я не хозяин. Отвоевали у меня его византийские насельники. Целым кланом приперлись с полудня и отвоевали.

— Это ж кто посмел?

Багник невесело улыбнулся, с неохотой пояснил:

— Анцыбал — черт византийский, весь клан свой привел. Их сейчас голов под четыре сотни расплодилось. Ладно! Боярина благодари, иначе бы все потопли.

— Что так?

— Велено было препятствий не чинить.

— Кем?

— Тот, кто велел, имеет привычку на такие вопросы отвечать: «Меньше знаешь, крепче спишь!». За вами три дни уж как погоня спешит. Нурманы. Сейчас передохнете, и скатертью дорога. В восьми верстах отсель деревенька есть, спокойно отоспитесь, а поутру в дорогу, путь вам не близкий.

— Благодарствую, хозяин болота. Коли смогу помочь чем, помогу, не забуду.

— Чем? — скривил в ухмылке рот собеседник. — Прощай. В другой раз через топь так просто пройти не дам.

Женская половина общества приходила в себя с трудом. Во взглядах, бросаемых в сторону бескрайнего болота, присутствовал страх. Болото манит к себе. Болото несет в себе тайну.

— А где Чернояр? Что-то я не заметил, как он уходил. — Спросил Веретеня подошедший Андрей.

— Велел тебе кланяться, предупредил, что по нашему следу нурманы идут. Ты, что, так и не понял, что через трясину нас сам Болотняник вел. Оттого все и живы.

— Вот так компот! Раньше предупредить не мог?

— Чего уж теперь! Поднимай девок, в восьми верстах деревня. Хозяин сказал, что ночевать там будет лепо.

— Добро!

Присел у ног Яромилы, взял руку, усталой, почерневшей от горя и переживаний женщины, заглянул в потухшие глаза.

— Как ты, боярыня? Идти сможешь?

До сего времени, ему некогда было перемолвиться с молодой хозяйкой Луканино. Женская половина боярской челяди, вышедшая из передряги почти вся в целости, на привалах и ночевках выступала над ней как квочка над цыпленком. Только там, неподалеку от Луканино, в первый же день, когда он их разыскал в лесу, когда стало ясно, что Военег, как и Снежана, погибли. Вот тогда и встал вопрос, куда направить свои стопы. Ростов отпал сразу. С его непонятной дележкой на две «партии», когда не знаешь, кто и как тебя может разменять в свою пользу? А еще шайка скандинав могла потянуться по следу в такой близкий Ростов. Кстати родня в стольном городе, Военегова, Яромиловой кровной родни там нет. Вопрос, «что делать?», встал перед Ищенко, как говорится, раком! Веретень в таком вопросе ему не помощник. Молод! Решение принимать ему самому.

Тем утром кривич цыкнул на женщин, заставил их притихнуть, отойти на дистанцию от лиц начальствующих. Встряхнул, аморфную, потемневшую ликом, после свалившихся на голову бед, Яромилу.

— Встрепенись! Погибнуть я тебе не дам! Но, помочь всем нам можешь только ты.

— Что нужно делать?

— Решить, куда идти. Твой батюшка жив?

— Да.

— А, примет он тебя? Возьмет ли обратно в свой дом?

— Его честь я ни чем не опозорила. Муж мой, боярин Военег, погиб вотчину защищая. Почему мои родные должны от меня отвернуться? Батюшка и матушка примут.

— Уже лучше! Теперь рассказывай, где родители живут, а то я как-то упустил из виду эту информацию.

— Так, три села и усадьба у них верстах в тридцати от Менеска стоят. Батюшка не последний боярин у князя полоцкого. Ежели сможем туда добраться, защиту и кров получим.

Ищенко призадумался да пригорюнился, и стоило от чего. Далеко, и не по асфальтированной магистрали, и не за рулем иномарки, а пехом, автостопом, в смысле может, удастся некоторую часть пути пройти на купеческих лодьях по рекам. Скоро зима. Монзырев будет ждать его месяца через полтора, а тут…. Больше чем уверен, придется топать по лесам и болотам. Да-а!

Так родился план перехода в княжество Полоцкое. Вот и торил он путь по лесам, летникам, болотам, таща за собой бабское подразделение, со всеми его проблемами и неустроенностью.

Сумерки застали варягов на прежнем месте, до края трясины шагов сто. Пылающие костры лишь слегка отогнали комарье и мошкару. Душно не по-осеннему, но от открытого пламени далеко не отойдешь. Заедят! На хищные языки пламени бросали сосновые и березовые ветки. Колдуну, одному ему удобно. Ни один комар не вьется над головой. Толи кровь ядовита, толи сокровенное слово знает!

Посланные разведчики дорогу через топь так и не сыскали. Орм рвал и метал. Прозвище, полученное ним в походах никак не соответствовало ему нынешнему. Ведь русы как-то же прошли? Они тоже пройдут! Обходить далеко, можно на дни отстать от преследуемых. Колдун молчит, словно воды в рот набрал. Мог бы и советом помочь! Стоит в стороне на топь любуется.

Спокойный Орм прошел по округе, проверил, как несет охрану выставленная сторожа. На потемневшем небе появились первые, пока еще призрачные звезды. Серп месяца указывал на убывающую стадию луны. Тишина полнейшая. Безветрие. Лишь с болота сквознячком натягивает вонь. Почти у самой кромки топи послышался звук вздоха, похожего на вздох гигантского существа, вынырнувшего из глубин мутной бездны на поверхность. Дракон! Как он тут оказался? Ночь в одно мгновение накрыла все пространство вокруг, добавила яркости кострам. Люди, все разом издали непроизвольный вскрик, отодвинулись за кострища, будто те способны спасти. Все заметили едва различимые огоньки на болоте.

Это в двадцатом веке подо все, головастые ученые подвели научную основу, и все знают, что огни на болотах — это не фантазии и не выдумки заблудившихся путников. В теплые темные ночи на болотах или свежих могилах можно увидеть бледно-голубоватые, слабо мерцающие огоньки. Они словно пляшут в воздухе, выписывая сложную траекторию. Это «горит» фосфористый водород. Фосфорные соединения, входящие в состав трупов животных и человека, под действием грунтовых вод разлагаются с образованием фосфористого водорода. При рыхлой насыпи над могилой или небольшом слое воды в болоте газ, выйдя на поверхность, воспламеняется от паров жидкого фосфористого водорода.

На земли родной Дании и на норвежские фиорды дикая Русь похожа мало. Вон, хоть это болото чего стоит. Скандинавы смелый народ их видениями и звуками не проймешь, но суеверия сыграли шутку с мужественными викингами. Из-за характерного расположения огоньков — на высоте человеческой руки, и славяне, и германцы их называли «свечами покойника», ведь все знают, что тот, кто увидит их, получает предупреждение о скорой смерти. Их носят по болоту пришельцы с того света.