Трапеция - Мэрион Зиммер Брэдли

Вечернее представление было худшим на его памяти. В акробатическом номере Марио выступил из рук вон плохо — к тому времени, как они покидали манеж, Джонни был белый от ярости. В раздевалке, меняя черные трико на зеленый костюм, он через плечо прошипел:

— Лучше бы тебе взять себя в руки, Мэтт, пока никто не пострадал.

— Я буду в норме, Джок, отвали.

— Нас из-за тебя уволят!

— Я сам уволюсь, и черт с ним.

— Послушай, — с лица Джонни исчезла злость. — Мэтт… парень… не знаю, что тебя гложет, братец, но прошу, подожди с этим до конца представления. А то ведь кто-нибудь и правда убьется.

Он помолчал, затем продолжил с неприкрытой тревогой:

— Мэтт, хочешь отгул на вечер? Мы тебя прикроем, скажем боссу, что ты заболел.

Марио сделал долгий дрожащий вдох.

— Я буду в порядке. Просто… дай мне пару минут.

— Как хочешь! — Джонни рывком набросил накидку. — Чертов упрямец…

Когда Джонни отошел, к Марио приблизился Томми. Что бы тот ни натворил, видеть такие мучения было невыносимо.

Зачем он так с собой поступает?

— Марио…

Парень отбросил его руку и, не оглядываясь, покинул шатер.

Томми нерешительно остановился в проходе между сундуками. Коу Вэйленд поспешно захлопнул крышку своего и резко сказал:

— Проходи, парень, не задерживайся. Я позже приду. Ступай у других над душой виси.

Томми вышел наружу, но тут же прижался к стене, выжидая. Как только Вэйленд ушел, он проскользнул обратно. Марио, закусив губу, разминался снаружи, одетая в зеленое Стелла приблизилась к мужчинам.

— Стел, я же сказал, что ты отстранена на три дня. Сегодня ты с нами не выступаешь.

— Нет, выступает, — возразил Джонни. — Или не выйду я.

— Дело говоришь, — Вэйленд положил Джонни на плечо мясистую ладонь. — Так ему и скажи… Пускай не распоряжается чужими женами. Какое ему дело? Красивые девчонки — вот что нужно толпе. Да я бы сам куда охотнее ловил симпатичную девочку, чем нашего Модника.

Оскорбительный выпад Марио проигнорировал.

— Джок, если Стел выйдет на манеж, я останусь здесь.

— И вылетишь с работы, Мэтт. Пусть ты и звезда, но не ты распоряжаешься проклятым номером, так что не дури!

— Я старший в номере, — сказал Марио ледяным тоном. — Старший артист всегда имеет право…

— Чушь! — оборвал его Джонни. — Кто сказал? Со всей этой фигней покончено с того дня, когда ушел Анжело, так что можешь не командовать.

— Ладно вам, — добродушно протянул Вэйленд. — Полегче, парни, у нас выступление. После шоу пойдем к боссу и выясним, кто тут главный. Конечно, если наш красавчик взревновал, решив, что публика считает Стеллу симпатичнее него…

— Закнись, — бросил Марио таким тоном, что даже Вэйленду стало понятно, что он зашел слишком далеко. — Чертов алкоголик!

Томми, слушавший все это поодаль, решил вмешаться.

— На этот раз у меня есть доказательства, — сказал он, ступив вперед. — Это было на его туалетном столике. Понюхай.

Он протянул Марио стаканчик с несколькими янтарными каплями на дне. Марио потянул носом и потрясенно уставился на Вэйленда.

— Ах ты гад…

Джонни с отвращением взял стакан.

— Вот как ты разогреваешься перед шоу! А я не поверил, когда они мне рассказали!

— Парни, не порите горячку…

Коу Вэйленд улыбался, покачиваясь на каблуках. Даже в гневе и смятении Томми был поражен тем, насколько он привлекателен, стоя вот так — сильный, в облегающих трико, с любезной улыбкой на лице. В движениях его сквозила та же своеобразная грация, что и у Марио с Джонни. И в этот самый неподходящий на свете миг в голове Томми мелькнуло воспоминание. В воздушных номерах полно эротики… а в воздушных полетах особенно… это во многом сублимированная гомосексуальность.

Он с ужасом оборвал эту мысль.

— Послушай, Мэтт, — сказал Вэйленд, — я в этом деле долго и знаю свою норму. Мне так лучше работается. Я расслабляюсь. Правда. Черт побери, я весь сезон так делаю, пора вам уже понять, что работе это не вредит.

Джонни и Марио переглянулись. Семейные раздоры были забыты.

— Так, — сказал Джонни, — трепаться здесь не о чем. Иди в шатер, Вэйленд. Мы прикроем тебя сегодня перед боссом, но на этом все. Пьющие с нами не выступают, верно, Мэтт?

— Верно, — ответил Марио.

— Двойную трапецию уберем, — продолжал Джонни. — Стелла, скажи кому-нибудь из девочек, пусть передадут капельмейстеру.

Нельзя было не восхищаться его способностью быстро принимать решения в экстренных ситуациях.

— Мэтт, вы с Томми пойдете первыми… Скажем, он сделает бланш и полувинт, а ты — перелет, обратный пируэт и двойное заднее. Потом пусть Стелла побалансирует, как вчера, и ты с Томми закончите пассажем… Для тройного мы явно не в форме. Поняли?

— Конечно, — быстро ответил Марио. — Понял, Том?

Он быстро перечислил список заново. Оркестр заиграл вступительную мелодию, и братья поспешно пожали друг другу руки.

— Все, братец, забудь, — сказал Джонни.

Коу Вэйленд стоял подбоченясь и глядя на них. Потом криво усмехнулся.

— Ребятки, а вы ничего не забыли? Думаете, сможете меня не выпустить? Вам после сегодняшней газетенки только еще одного скандала не хватает. Вас смешают с грязью.

— Подумай головой, Коу, — бросил Джонни. — Иди проспись. Завтра поговорим. У нас представление.

Вэйленд повернулся к ним.

— Вы, всезнайки, решили от меня отделаться?

Он втиснулся между Марио и Джонни.

— Я иду с вами. Хотите — затевайте драку на центральном манеже! Что, остановишь меня, Модник?

Марио побледнел. А потом вдруг коротко размахнулся и рубанул ладонью Вэйленда по шее. Тот, успев лишь удивленно охнуть, упал. Восхищенно присвистнув, Джонни подхватил