Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Вы знаете, что с ним произошло?

— Нет. Но главная целительница утверждает, что в его мозг каким — то способом проникла некая пагубная энергия. Вывести её оттуда стоило огромных усилий. Теперь целительница будет вынуждена целый день провести в своей келье. Ваш друг, видимо, очень важная персона, раз князь настоял, чтобы его лечила она.

— Я уверен, что он сделает весьма весомое пожертвование богине, — кислым тоном произнёс Феликс.

Похоже, политическое влияние распространяется даже на предположительно независимых и альтруистических сестёр Шаллии, заботящихся о бедных и слабых. Он не знал, почему осознание сего вызвало у него чувство удивления и разочарования, но так уж случилось. Женщина почувствовала изменение в его тоне, и её лицо слегка утратило приветливость.

— Могу я на него взглянуть? — выдавив улыбку, спросил Феликс.

Лучше не раздражать жриц. Может так случиться, что твоя собственная жизнь будет зависеть от их помощи. Похоже, их травы и молитвы помогли и от его собственной болезни. Даже если он и не выздоровел окончательно, то чувствовал себя намного лучше.

— Если пожелаете, но тихонько. Он спит, и для выздоровления ему необходим покой. И прикрывайте рот платком. Будет ужасно, если мы его потеряем из — за вашей простуды, когда он только оправился от собственного недуга.

Феликс кивнул и настолько тихо, насколько смог, прошёл в больничную палату. Тут пахло мятой, камфарой и другими травами, которые он помнил по своему детству, когда навещал мать во время её длительной болезни.

Феликс был потрясён. Макс всегда был сильным, энергичным мужчиной. Сейчас он выглядел бледным и истощённым, словно перенёс чахотку. За столь короткое время изменения были ужасными. Хоть дыхание у него глубокое и стабильное. Поглядев на настенное изображение голубя, Феликс вознёс молитву Шаллии за её милосердие и спасение волшебника. Не было никакого знака, что молитва услышана богиней.

Феликс повернулся, чтобы уйти, и услышал, как изменилось дыхание мага. Обернувшись, он увидел, что глаза Макса широко раскрыты, вид у них дикий и испуганный. Вытянув слабую руку, маг прошептал единственное слово, от которого холодок побежал по спине Феликса.

— Нагаш, — произнёс Макс и снова потерял сознание.

— Нагаш, — мрачно повторил Готрек.

Одного слова было достаточно, чтобы бросить Феликса в озноб, как от лихорадки, хотя он и находился в тепле таверны, среди сотен выпивающих воинов, окружённый пивным запахом и звуками танцев и пения. Он пытался убедить себя, что это следствие продолжающейся простуды, но на сей раз знал, что лукавит. Имя вызывало образы отдалённых времён, когда тёмные боги бродили по миру и уничтожали целые царства. Даже самая жестокая мать не стала бы этим именем стращать своё крайне непослушное дитя.

— Имя, явно сулящее несчастья, — произнёс Иван Петрович, залпом опрокидывая очередной стакан водки. Его рука дрожала.

— Снорри оно не нравится, — заявил Снорри, и на сей раз Феликс был с ним полностью согласен.

— Итак, человечий отпрыск, наш волшебник полагает, что талисман как — то связан с Великим некромантом?

— Мы как бы это не обсуждали. Макс произнёс единственное слово, прежде чем снова впасть в забытье. Хотя, сие объясняет, почему Кригер так старался заполучить талисман.

Феликс подумал над этим, сделав очередной глоток водки. Огненная жидкость согрела его желудок, но не смогла выгнать холод из сердца. «Великий некромант, — подумал он. — Существо, с которым ещё до основания Империи сражался человек — бог Сигмар, которое, если верить мрачным легендам, несло ответственность за истребление целой нации на заре мира. По общему мнению, Нагаш был величайшим волшебником, которого только знал мир, некромантом, которому были подвластны тёмные тайны жизни и смерти. Кто знает, что за инструмент абсолютного зла он был способен изготовить? Что бы это ни было, сейчас оно в руках Адольфуса Кригера, если это его настоящее имя. Как и Ульрика».

Феликсу не хотелось думать об этом. Он и так долгое время гнал из своей больной головы мысль о том, что Кригер кровосос, убивший тех женщин.

Ягер вздрогнул. Только этого им не хватало. Ульрика похищена, Макс в коме, орды Хаоса на марше, а теперь ещё и древний артефакт попал в руки сумасшедшего чародея. Куда уж хуже?

Адольфус чувствовал себя лучше. Была ночь и его кожа начала излечиваться. Зловещий лунный свет придал покрытому снегом ландшафту призрачную красоту, и вызвал у Кригера потребность поохотиться. Из окна охотничьего домика он наблюдал, как приближается толстяк Осрик со своими людьми. Там было множество саней с телохранителями. Острые глаза Кригера различили закутанных в тяжёлые шкуры мужчин и женщин. Вне всякого сомнения, они не встретили препятствий при выезде за городские ворота. В конце концов, они группа известных местных аристократов, и если уж им взбрело в голову отправиться на охоту, то ни один стражник возражать не собирался.

Адольфус видел с ними Ульрику, склонившую голову на жирное плечо Осрика. Она ещё не пришла в себя после поцелуя, который он даровал ей прошлой ночью. Кригеру не терпелось отведать очередной глоток её крови. Похоже, план сработал. Теперь все они за городом, и приготовления для путешествия в Сильванию сделаны. Его свита позаботилась о том, чтобы снабдить его, Роча и девушку всем необходимым для путешествия. Скоро все они будут готовы отправиться.

Кригер сжал талисман. Теперь тот висел на его шее. Адольфус что — то чувствовал в нём, что — то, откликавшееся на его присутствие. Он сжал его в руке лишь для того, чтобы ощутить пальцами холодную поверхность камня. Это была гипнотизирующая вещь, по крайней мере, для его сородичей, что и делало её столь опасной.

Как только он вернётся на свою вторую родину, талисман даст ему немыслимую власть над аристократами ночи. Он станет истинным повелителем вампиров, чьё правление будет длиться вечно.

Время пойти и встретить девушку. Возможно, она докажет, что является той единственной.

Книга вторая. Сильвания

«Зима — не время для путешествий по Кислеву. Снег, волки, бесконечная скукота передвижения на санях сделали это путешествие гораздо худшим, чем мои прежние совместные походы с Истребителем. Прибавьте сюда ещё и болезнь, продолжавшую донимать меня, и постоянную мрачность моих спутников. Тем не менее, испытав то, что случилось по достижению нами места назначения, я бы лучше проделал сотню поездок по ледяным пустошам Кислева, чем то единственное путешествие через суровые сосновые леса Сильвании»