То свидание в Кембридже… - Розали Эш

Глава шестая

— Неужели ты не понимаешь, что наш брак был бы притворством, которое повредило бы Бену больше, чем теперешнее положение? — Полли внезапно замерла: что она делает? Отвергая предложение Марко, она вовсе не защищает интересы Бена, а пытается защититься сама.

Ясно ведь, что Марко будет прекрасным отцом для Бена. С детьми он умеет обращаться замечательно.

А Бен как раз в том возрасте, когда дети начинают задавать вопросы: есть ли у него папа и где он сейчас. Теперь, когда Бен обрел отца, он никогда не простит ее, если она вторично оторвет их друг от друга…

Это эгоистично с ее стороны. Ею движет страх, что ей снова сделают больно, призналась она себе.

— Успокойся. Тебе делают не самое худшее предложение. — Налив себе и Полли в бокалы бренди, он остановился у открытого окна. — Ты права в одном. Сердце мое несвободно, как ты выразилась. Возможно, как и твое. Но многие женщины сразу бы увидели преимущества для себя в создавшейся ситуации и воспользовались бы ими. Ты не будешь голодать или как каторжная трудиться, чтобы воспитать Бена. У тебя всегда будут деньги, еда, одежда — все, что потребуется. Что касается секса… — Глаза его прищурились, насмешливо блеснув. — В этом вопросе мы, без сомнения, придем к соглашению.

Она стояла потрясенная. Он сам признался, что несвободен. Что любит Софи, но считает себя обязанным поступить правильно ради Бена.

— Вот о сексе можешь позабыть, — горько сказала она. — Сегодняшний вечер был последним.

— Дань прошлому?

— Думай как хочешь.

Марко красноречиво пожал плечами.

— Не представляю, чтобы мы поженились и вели после этого монашеское существование. Но возможно, ты предпочитаешь представлять себя в роли жертвенной овечки? Яростно ненавидеть каждое мгновение секса, но мужественно ложиться под меня и думать об Англии?

Она до того разозлилась, что потеряла дар речи. В молчании они пожирали друг друга глазами, когда зазвонил телефон. Марко снял трубку. Он поговорил по-итальянски, потом по-английски, затем протянул трубку ей.

— Это тебя. Джейн Чарчвелл.

Подскочив, Полли схватила трубку.

— Полли, дорогая! Все в порядке? Бен прибыл благополучно?

— Все прекрасно… — Полли взглянула на Марко, он вышел, громко захлопнув за собой дверь.

— Полл? Ты здесь?

— Да, я здесь. Извини, просто ожидала, пока меня оставят одну. О, Джени, как я рада слышать твой голос!

— Я решила, что позвоню тебе узнать, как обстоят дела. У тебя голос какой-то грустный. Ты уверена, что все в порядке, дорогая?

— Нет, не совсем.

— Ты хочешь поговорить об этом? Полли тяжело вздохнула.

— Марко настаивает, чтобы я вышла за него замуж.

Повисло молчание.

— И?.. Он ведь отец Бена, так? Ты ведь собираешься принять предложение?

— Нет… Не знаю… Я не могу выйти за него, Джени! Он… — Полли осеклась. — О боже, извини. Я не могу говорить об этом…

— Он что? Садист? Кровавый убийца? Гангстер? — воскликнула Джени в притворном ужасе.

— Прекрати. — Полли чуть не расхохоталась, несмотря на стоящие у горла слезы. — Я просто не могу выйти за него, только и всего…

— Я не положу трубку, пока ты не расскажешь мне, в чем дело!

Полли долго-долго смотрела в потолок.

— У него уже много лет связь с Софи. Вот почему я не сказала ему о Бене. А теперь он настаивает, чтобы мы поженились для создания Бену стабильной семьи. Но между ним и Софи до сих пор что-то происходит…

— Полли, дорогая… — голос Джени звучал напряженно. — Мне жаль…

— Если бы Бен не радовался так обретению отца, а Марко не упорствовал бы в своем стремлении познакомиться с ним поближе…

— Ну и что ты собираешься делать?

— Не знаю! — Полли сжала трубку. — Все эти годы я убеждала себя, что поступаю абсолютно правильно, оберегая Бена от Марко, храня все в секрете, а теперь…

— Теперь ты увидела, что Бену нужен отец?

— Да… и Марко с ним просто бесподобен.

— Дорогая, хочешь, я приеду к тебе?

— Господи, нет! Здесь и так полно народа! Родители Марко, и Софи, конечно…

— Лезет во все щели?

— Конечно… хотя ей приходится нелегко…

— У Марко есть свои права, Полл. Он отец Бена. Не забывай этого.

Лицо Полли запылало.

— Я знаю… Просто не могу смириться с нелепым положением, в которое меня ставят, только и всего…

— Не принимай поспешных решений, — посоветовала Джени. — Дорогая, мне надо идти. Позвони мне попозже, ладно?

— Да, обязательно. Спасибо, Джени. От звука твоего голоса мне стало куда легче…

— Береги себя, милая…

Полли положила трубку и долго стояла задумавшись. Когда позади нее открылась дверь, она вздрогнула.

— Закончила? — проговорил Марко.

— Как видишь. А ты подслушивал под дверью?

— Естественно. — Он посмотрел на нее ледяным взглядом. — Это так похоже на меня, верно?

— От тебя всего можно ожидать!

Марко тихо выругался и, резко схватив ее за плечи, прижал к себе.

— Пойдем, тебе надо лечь в постель. — Затем с натянутой улыбкой отстранился.

Когда она резко дернулась, он ответил ей сердитой гримасой и вяло успокоил:

— Не со мной. Ты вся дрожишь. Теплая ванна и хороший ночной отдых — это то, что тебе требуется.

Она подчинилась.

— Тебе ничего не нужно? — тихо спросил он, проводив ее к спальне. — Может, горячего шоколада?

— У меня все есть. Спасибо. Спокойной ночи.

Она несколько секунд смотрела на него, затем закрыла дверь у него перед носом.

— Погоди… — Он придержал дверь.

— Марко, ради Бога!.. — прошептала она яростно.

— Я просто хочу поглядеть на Бена.

Она отступила назад, Марко наклонился над спящим сыном. Он так загляделся на него, что ей казалось, будто она слышит его мысли. Его сын. Его родная кровь. Зеркальное отражение.

— Он удивительный, — прошептал Марко нежно.

— Да, я знаю.

Марко поднял на нее растроганный взгляд.

— Мне надо наверстать упущенное время, — сказал он тихо. — Не отталкивай меня, Полли…

Когда Марко шагнул ближе и обнял ее, Полли непроизвольно скрестила руки у него на шее, и он тут же откликнулся на ее движение. Ее глаза закрылись, когда он слегка коснулся ртом ее губ.

Его руки хозяйски поглаживали ее по спине, прижимая все крепче. Все ее тело впитывало ощущения от прикосновений к его груди, животу, затвердевшей плоти. Она часто дышала, пульс бился как сумасшедший. Ей хотелось оставаться в его объятиях вечно.

— Мы можем справиться с этой задачей, — сказал он. — Я хочу жениться на тебе, Полли. Я ничем не связан с Софи. Можешь ты просто поверить? Я никогда не любил Софи…

— Но ты сказал… — ее шепот прервался, сердце внезапно наполнилось радостью. Сердце его занято. Может, это значит… Она едва осмеливалась поверить этому, но в душе пробудилась слабая надежда; на мгновение ей показалось, что сердце его принадлежит ей, что все можно исправить и они могут быть счастливы…

— Лучше я позволю тебе лечь в постель. — Он тихо застонал. — Если я останусь чуть дольше, то за себя не ручаюсь…

Она чуть не взмолилась, чтобы он остался, просто прилег с ней рядом, удерживая в своих объятиях. Но Марко медленно отпустил ее.

— Мы можем разбудить Бена, — прошептала она, убеждая себя вместе с Марко.

— Тебе надо поспать, — сказал он, целуя ее в припухшие губы. — Увидимся утром. Тогда и поговорим…

Посмотрев на спящего сына, он повернулся и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Полли спала очень плохо. Ей было жарко и беспокойно. Может быть, каким-то чудом Марко любит ее? Или, что более вероятно, не любит ее по-настоящему, но желает ее и надеется, что появится и любовь. Если это даже только ради Бена, то уже хорошо.

Потому что она любит его. Она призналась в этом наконец самой себе. Она заметила его тогда, в тринадцать лет, а окончательно влюбилась в Сицилии. После же, в Кембридже, разрешила ему овладеть собой не потому, что находилась под влиянием наркотика, а просто любила его и никогда не переставала любить…

И этой любви должно хватить на двоих… разве не так? Она поразилась этому откровению. Марко любит Бена, а она любит Марко так сильно, что у нее все внутри болит…

Некоторые браки строятся на более шаткой основе, чем эта…

Минуты складывались в часы, и ее мысли становились все более лихорадочными и запутанными. Несколько раз ей удавалось задремать, чтобы тут же проснуться, услышав бормотание Бена.

В третий раз ее разбудил едва различимый стук на площадке. В изнеможении она попыталась забыться сном, как вдруг стук раздался снова. Она села, подумав было, что кто-то стучится к ней в комнату. Потом поняла, что стучат в одну из дверей, выходящих на площадку. Потом раздался голос Софи, произносящий имя Марко. Дверь отворилась, послышался неразборчивый разговор. На трясущихся ногах, с бешено бьющимся сердцем, Полли подошла к своей двери и приоткрыла ее.