Цена обмана - Марина Серова

весов – крайне неблагоприятные прогнозы. Сюда можно отнести и сами улики, включая орудие убийства и запись с видеокамеры. И убежденность следователя Кирсаненко в виновности задержанного. Ну, и рассказ Анастасии о бурном выяснении отношений между Евстафьевым и Златогорским свидетельствует отнюдь не в пользу последнего.

Так, ну а что же на другой чаше? А здесь у нас оптимизм, пусть и осторожный, адвоката задержанного и вдобавок моя внутренняя убежденность, что не может быть преступник таким простофилей, чтобы не позаботиться о сокрытии улик, а заодно и о собственном алиби.

И каждый раз, когда меня одолевали сомнения подобного рода, я пользовалась своим старым проверенным способом их разрешения.

Подойдя к письменному столу, я извлекла из верхнего ящика бархатный мешочек с заветными двенадцатигранниками. Подбросив три гадальные кости на ладони, я высыпала их на поверхность стола и принялась рассматривать выпавшую комбинацию.

Вот что у меня получилось: 30+15+4.

Толковать эту комбинацию чисел следовало так: «Ждите скорого обмана. Верьте не тому, что вам говорят, а тому, что видите».

Я некоторое время раздумывала, что может означать это предостережение. Казалось бы, ответ лежит на поверхности, ведь мне предстоит опросить оставшихся сотрудников «Комодо-Презент». Да еще я собиралась встретиться с младшей сестрой моей клиентки, Вероникой Варфоломеевой. Да и с самим господином Варфоломеевым. Б-р-р!..

Кто-то из них мне непременно солжет, и мне следует смотреть в оба. Интересно, кто же это?

Комбинации чисел, которая могла бы ответить именно на этот вопрос, в вариантах гадания не было. Вот парадокс, предсказания двенадцатигранников обычно носили довольно абстрактный характер, но при этом поразительным образом неизменно сбывались. Однако часто я понимала это лишь постфактум.

Для себя я решила, что двенадцатигранники намекают, что любой из моих собеседников может оказаться не заслуживающим доверия.

Кстати, как насчет тех, с кем мне уже довелось пообщаться? Настя, например? Могла нервозная девушка намеренно солгать мне, выдумав всю эту историю о конфликте между Евстафьевым и Златогорским? Но если так, то зачем это могло понадобиться секретарше? Подставить Златогорского? Опять-таки, с какой целью?

Допустим, месть отвергнутой влюбленной девушки. Предположим, Настя положила глаз на Кирилла Златогорского, а тот не захотел ради нее расставаться с Вероникой. Так не доставайся же ты никому… Или же это был сговор с настоящим убийцей?

Впрочем, если Настя действительно мне солгала, то с ее стороны это была бы глупейшая выходка. Ведь разоблачить ее легче легкого, мне стоит лишь побеседовать с самой Вероникой.

Итак, значит, следующая на очереди Вероника Варфоломеева. Хотя нет. Прогуляюсь-ка я еще раз в офис «Комодо-Презент», чтобы встретиться с Элиной, той самой уборщицей помещений, первой обнаружившей труп заместителя директора.

Время перевалило далеко за полдень, по-этому я решила наведаться в «Комодо-Презент» завтра с утра, чтобы застать Элину за работой. А пока, чтобы с толком провести остаток дня, я решила уточнить некоторые детали у своей клиентки, Марианны Варфоломеевой.

Набрав нужный номер, я услышала спокойную плавную мелодию, после чего приятный женский голос сообщил, что Марианна Анатольевна в данный момент не может ответить на мой звонок, и предложил переадресовать мой вызов секретарю, но для этого мне придется немного подождать. После секундной паузы сообщение было продублировано на английском языке, и лишь после этого раздались стандартные гудки.

Я ожидала, что мне ответит секретарь Варфоломеевой Анастасия, однако в трубке раздался незнакомый мелодичный женский голос:

– Приемная «Комодо-Брайт», добрый день. Чем я могу помочь?

Я моментально сообразила, что Варфоломеева в данный момент находится на совещании в офисе «Комодо-Брайт», совещается же моя клиентка, по всей вероятности, с собственным отцом. Не исключено, что главный вопрос на повестке дня – недавнее происшествие на территории дочерней фирмы, которое Анатолий Варфоломеев вряд ли склонен считать трагедией.

Я, не вдаваясь в подробности, объяснила, что госпожа Варфоломеева крайне заинтересована в беседе со мной, на что девушка попросила меня оставить мои координаты, а заодно заверила, что Марианна Анатольевна свяжется со мной в ближайшие несколько минут.

Поблагодарив свою невидимую собеседницу, я стала ждать. Сотрудница «Комодо-Брайт» не обманула – не прошло и десяти минут, как мой телефон зазвонил, и на экране высветился номер Варфоломеевой.

– Вы хотели со мной встретиться? – взволнованно осведомилась Марианна. – Вам удалось что-нибудь выяснить?

– Пока не слишком много, – обтекаемо ответила я. – Но в связи с полученной информацией мне необходимо уточнить некоторые детали. Мы можем сегодня встретиться?

– Да-да, конечно, – торопливо отозвалась Марианна. – Я сейчас в офисе в головной фирме, мы можем поговорить в кабинете, который раньше занимала я. Он пока свободен, и нашей беседе никто не помешает. Или вы хотите, чтобы я подъехала в ваш офис?

– Нет, меня вполне устраивает первый вариант.

Я согласилась приехать в «Комодо-Брайт» лишь потому, что мне действительно было проще и быстрее добраться до него, чем до собственного офиса.

Здание «Комодо-Брайт» располагалось в самом центре, доехать до него я могу по основной магистрали, и мне не придется кружить по узким односторонним улочкам. Так что моя сговорчивость объяснялась вовсе не тем, что я стремилась выглядеть этакой покладистой лапушкой в глазах своей клиентки.

Через полчаса я уже в сопровождении услужливого секьюрити шагала по просторному коридору «Комодо-Брайт».

– Спасибо, что так быстро приехали, – едва я вошла в просторный светлый кабинет, обставленный в классическом стиле, как Марианна поднялась из кожаного кресла и сделала несколько торопливых шагов мне навстречу.

Я с удивлением заметила, что женщина что-то уж чересчур взволнована.

– Повезло не застрять в пробке, – отозвалась я, внимательно присматривалась к своей клиентке.

Чем же объяснялось ее взвинченное состояние? Наверняка за этим кроется нечто большее, чем вполне естественная скорбь по погибшему жениху.

Впрочем, долго гадать мне не пришлось. Марианна, усадив меня в кресло и между делом успев распорядиться насчет кофе, принялась торопливо выкладывать новости.

– Я боюсь, что отцу уже все известно, – огорошила она меня для начала.

– Что – все? – уточнила я.

– Я имею в виду наш заговор, помните, я вам рассказывала, – пояснила Марианна.

– О том, что вы создали подставную фирму?

Варфоломеева кивнула.

– Он сам вам об этом сказал?

Марианна