17 - Prelude - Люси Сорью

Я не был противником наркотиков, но гадость, — стимуляторы, то есть, — от этого не становилась менее гадостью.

Но сейчас без них никак.

"Нейроинтерф. вкл". Слабость потихоньку растворялась — действовал стимулятор, действовал.

— Внимание: нейроинтерфейс оператора подключен. Передать управление на оператора?

— Нет. Какое у нас оружие?

— Пулеметы Rheinmetall-Mauser MG88, калибр 12.7мм на предплечьях, пулемет Heckler & Koch MG80, калибр 5.56мм в паху, боевой нож Victorinox Monocutter, в креплении на поясе и гироджет-карабин Heckler & Koch RG20 в креплении на плече.

— Подготовить гироджет-карабин к стрельбе. — распорядился я. — Балансировку на автомат, управление на пилота.

— Принято.

Рука "Кросс Трайфорса" вытащила из-за спины гироджет-карабин — оружие, больше смахивавшее на пистолет-пулемет, чем на винтовку. Барабан с патронами располагался по компоновке "буллпап", на коротком прикладе. Ствол тоже был предельно укороченным — реактивным патронам длинный ствол не нужен.

Эш-ка, повинуясь мне, развернулся. На спине и талии отскочили хвостики стабилизаторов, тут же удлиненные заботливым ИИ до нужной длины.

На панорамном мониторе я ясно видел своего врага. Вдали от меня по набережной шел, задевая здания широким шипастым наплечником, штурмовой комплекс с неизвестными опознавательными знаками. Голова с высоким шлемом, широкие наплечники с шипами, такие же широкие предплечья и голени. В одной руке эш-ка, тотчас подсвеченный на экране и опознанный как шведский ассассин-эш-ка класса "Вотан", сжимал широкий мономолекулярный палаш, а в другой — эсток, меч для пробивания брони. На талии машины, над закрывавшей уязвимые бедренные узлы машины юбкой из брони, были укреплены еще два запасных меча.

Мой первый настоящий противник.

Глава ІІІ

о. Подножие, район Зодиак-Дистрикт

"Вотан", исподлобья уставившись на меня поблескивающими зелеными глазами-камерами, несколько замедлил шаг, а потом и остановился совсем. Он стоял посередине Т-образного перекрестка, в паре сотен метров от меня. Верхушка шлема доставала до верхней панели одиноко повисшего на одном из зданий голощита. Поблескивало поднятое лезвие палаша в правой руке. На округлую, матово-черного цвета, грудь была нанесена единственная сухая надпись, сделанная люминисцентной белой краской.

— "Нордлюфтцуг"[15]. - с трудом прочитал я. — Что-то с севером связанное, нет?

— Не могу знать.

— Не можешь, так зачем реагировать? Отыщи лучше его частоту и вызови оператора.

— Безопастность оператора и самого комплекса может быть скомпроментирована.

— К черту.

— Принято.

Я вскинул руку "Кросс Трайфорса", сжимавшую гироджет-карабин, вверх. "Нордлюфтцуг" даже не шелохнулся.

— Канал открыт.

— Ага, спасибо. — я вдавил кнопку связи на панели над левой рукоятью: — Оператор штурмового комплекса "Нордлюфтцуг", класс "Вотан", говорит оператор штурмового комплекса "Кросс Трайфорс", прием.

— Я слушаю. — прошелестел искаженный статикой голос.

— Я требую, чтобы вы отступили и покинули остров Подножие. Немедленно.

— Это никак невозможно, Вольфр-Икаруга. Вы удивительно живучи. Это мне нравится.

— И что из этого следует?

— Ничего. Защищайтесь.

Шипение статики. "Нордлюфтцуг" вытянул руку с палашом так, чтобы острием он смотрел прямо на меня. Руку с эстоком он отвел чуть назад.

— А, черти бы тебя драли! — выкрикнул я, резко опуская ствол карабина. Рот опять растянулся в бешеной ухмылке, а внутри все просто-напросто танцевало и вопило тысячью голосов. — Мы вступаем в бой с вражеским штурмовым комплексом!

Бой! Бой!! Бой, и ничего кроме боя!!!

— Балансировку на оператора! — скомандовал я, одним движением пальца снимая гироджет-карабин с предохранителя.

— Выполнено.

Вражеский эш-ка, похоже, потерял терпение и пошел вперед, все еще держа палаш перед собой лезвием вперед.

— "Кросс Трайфорс"! — выкрикнул я что есть мочи. — Вступаю! В! Бой!

Повинуясь резко упавшему на гашетку пальцу, карабин заговорил. Короткое дуло изрыгнуло пламя. Целый рой снарядов, надсадно ревя, понесся вперед, подстегиваемый миниатюрными реактивными двигателями. Грохот орудия эхом отдался по всему корпусу эш-ка; протестующе завизжали сервоприводы руки, которую дернуло назад отдачей огромного ракетомета.

"Нордлюфтцуг" даже бровью, образно выражаясь, не повел. Он просто отступил в сторону.

— Снаряды не попали в цель.

Кажется, у меня нервно задергалось веко.

— Ч-ч-что?!

Ствол карабина резко развернулся в сторону "Вотан"-класса; я даже не стал утруждать себя прицеливанием. И на этот раз я был вознагражден. Снаряды врезались в броню на груди "Нордлюфтцуга" и разорвались: матово-черный нагрудник расцвел огненными бутонами взрывов.

— Цель поражена. Нанесен урон фронтальному бронированию. Эффективность составила 11.2 %.

Нагрудник врага теперь обзавелся кучкой выбоин, часть которых пришлась как раз на люминисцентную надпись.

Я ликовал. Недолго.

"Нордлюфтцуг" шагнул вперед, набирая скорость с каждым шагом: третья очередь гироджет-карабина пришлась ему в наплечник, и эш-ка даже не споткнулся. Я попятился назад и снова вскинул карабин.

— Внимание: боезапас гироджет-карабина Heckler & Koch RG20 на исходе.

— Молчать!

Снова загудели сервомоторы — рука, сжимавшая карабин, резко дернулась в сторону стремительно наступающего "Нордлюфтцуга".

Прежде чем я успел сопроводить нажатие гашетки каким-то шаблонным анимешным воплем, "Вотан"-класс резко остановился, — тормозные шпоры на ногах этому изрядно помогли, — и взмахнул палашом по диагонали. Траектория удара отобразилась на экране и начала медленно тухнуть, и на ДР-очках шлема тут же отобразилось схематическое изображение карабина, полыхавшее красным.

Ну, карабин сейчас разрезали надвое мономолекулярным лезвием. Чего бы тут не полыхать-то?

— Разорвать соединение с карабином. — приказал я, утрачивая разом весь задор.

— Выполнено. — пальцы правой руки разжались, отпуская уже непригодный к использованию карабин. Я тут же отдернул руку назад и открыл огонь из пулемета на предплечье. Безгильзовые пули заколотили по броне на предплечье "Нордлюфтцуга".

Ассассин-эш-ка повел палаш в другую сторону, ребром клинка отводя руку "Кросс Трайфорса". Град пуль обрушился на нагрудник, но нагрудник эш-ка может выдержать прямое попадание из пехотного рельсотрона или несколько противотанковых ракет и даже не треснуть. Пули ему были точно непочем.

Запищало упереждение: я скосил глаза машины и вовремя загородил свою грудь от острия эстока. Левое предплечье запылало пока что желтым. Если бы я был чуть помедленнее, мономолекулярное лезвие вошло бы в грудь "Кросс Трайфорса" по диагонали и прямо в кабину.

— Внимание: пробоина в левом предплечье, секция 2. Под угрозой целостность мышц левого предплечья.

Я скрипнул зубами и отступил назад, отдергивая поврежденную руку. Эсток медленно, как показалось мне, пошел вперед, но я отступил дальше, отходя в сторону. "Нордлюфтцуг", выдирая куски дорожного покрытия, по инерции последовал дальше: оператор, или же ИИ, не справился с балансировкой.

Моя правая рука рванулась чуть ниже и перехватила запястье врага: я дернул его на себя, отчего механизмы руки натужно загудели. Ассассин-эш-ка, окончательно утративший равновесие(он и так стоял в раскоряченной позе), перекрутился вокруг своей оси и начал медленно падать.

— Нож к бою.

— Принято.

Правая рука скользнула за спину, смыкаясь на рукояти мономолекулярного ножа. Губы расплылись в безобразной, бешеной ухмылке. В ушах гулко стучало. Поверженный "Нордлюфтцуг", упершись в землю ногами, поднимался вверх; противовесы, отклонившиеся и сложившиеся перед контактом с поверхностью(машина упала на спину), снова раскрывались.

Эш-ка выпустил свое оружие из рук, но это ему ничуть не помешало. В конце концов, у него их было еще два.

Ножны на левой стороне талии раскрылись, а пальцы правой руки "Вотан"-класса сомкнулись на рукояти и вытащили на свет божий широкий меч с одной режущей кромкой — фальчион.

Я не стал долго ждать и сделал резкий выпад, метя в лицо вражеской машины. Метнувшаяся навстречу клинку левая рука медленно, как мне казалось(хотя на самом деле это движение было достаточно быстрым, и экран это честно отображал), закрыла лицо "Нордлюфтцуга", принимая на себя удар, который я сознательно довел до конца. Мономолекулярный нож с легкостью прорезал броню, пробивая искусственные мышцы; враг отдернул все еще подчинявшееся ему предплечье, хотя пальцами он двигать уже не смог бы, и выстрелил.