Секрет успеха - Ребекка Форстер

И началось. Улыбаясь, Чар ретировалась во внутреннее помещение, оставив подруге ее место под солнцем. Там она принялась проверять, все ли в порядке с закусками, вином, льющимся непрерывным потоком.

Изредка Чар появлялась среди гостей и представлялась, очаровывая репортеров своей элегантной внешностью и американской простотой в общении. Встретившись взглядом с Пилар перед тем, как очередной раз скрыться в соседней комнате, она кивнула подруге. Все распоряжения хозяйки выполнялись, все шло по плану.

Наконец Чар устало опустилась на изящное кресло в стиле Людовика Четырнадцатого, придвинув его к низкой перегородке, отделявшей главное помещение от небольшой ниши, в которой Пилар разместила самые изысканные вечерние туалеты. Чар сидела, прислонившись к резной спинке, вслушиваясь в возбужденный гул голосов большого приема.

Но через несколько минут ее задумчивое уединение было нарушено вспышкой фотокамеры. В глазах заплясали радужные пятна. Она рассердилась на бесцеремонного фотографа и зажмурилась, но, когда пятна наконец пропали и зрение восстановилось, очаровательно улыбнулась. Слава Богу, что ей хватило выдержки не оттолкнуть представителя прессы.

— Простите, — произнесла она приветливо. — Я вам мешаю? Вы фотографируете эти платья?

Чар еще на мгновенье закрыла глаза, чтобы окончательно избавиться от последствий внезапной вспышки, и вдруг почувствовала удивительно знакомый запах. Кто-то взял ее за руку. Его слова прозвучали так близко, что он едва не коснулся губами ее уха. Чар не сразу могла вспомнить, почему ей так знаком этот голос. Теперь, не открывая глаз, она пыталась вызвать в памяти тот момент, когда слышала его.

— Разве мне в голову может прийти мысль фотографировать здесь что-нибудь, кроме вас?

Теперь сомнения Чар рассеялись. Воспоминания о странном волнении, пережитом ею на свадебном приеме Дженифер, когда она встретила этого человека, вспыхнули неожиданно ярко. Непроизвольно, помимо желания Чар взволнованная улыбка озарила ее лицо. Она знала, чьи пальцы нажали на затвор фотокамеры и кто произнес эти слова, одновременно насмешливые и полные восхищения.

— Флетчер Хокинс, — сказала Чар, открыв глаза, и увидела перед собой его улыбающееся лицо.

Она еще раз внимательно оглядела его, словно проверяя впечатление после их первой встречи. Иссиня-черные волосы были немного длиннее, чем того требовала мода, глубоко посаженные глаза горели под темными ресницами. Смуглое лицо поражало такой экзотической и яркой красотой, что у Чар перехватило дыхание. Единственной уступкой протоколу званого вечера с его стороны был свитер от Миссони. Выдержанный в золотисто-коричневых тонах, он прекрасно оттенял цвет его глаз, подчеркивал матовую гладкость кожи. На Флетчере были старые джинсы и шарф из тонкого кашемира, надетый скорее для тепла, чем в качестве модного дополнения. У него, безусловно, был свой собственный стиль. Это сразу бросалось в глаза, и Париж никак не повлиял на его манеру одеваться.

— Вы вспомнили, — засмеялся Флетчер, — я тронут.

Он все еще не отпустил руку Чар и с легким усилием поднял девушку с кресла. К своему удивлению, она беспрекословно подчинилась. Ниша была очень маленькой, а платья — такими дорогими. Было бы ужасно, если бы какая-нибудь блестящая пуговка на ее платье зацепилась за один из этих шикарных нарядов, или Флетчер неловким движением сбросил бы на пол роскошный туалет. В этих обстоятельствах было так естественно стоять совсем близко, другого выхода просто не было.

— В этом нет ничего необычного, — усмехнулась Чар, — невозможно забыть человека, обладающего вашим неотразимым обаянием.

— Вы уже не сердитесь на меня из-за того недоразумения на берегу?

— Я ни из-за чего не сержусь. Если бы я сердилась, это означало бы, что я думала о вас все эти последние дни, что, уверяю вас, совсем не соответствует истине.

С этими словами Чар высвободила руку. Ее внимание привлекло платье, которое, как ей показалось, висело не совсем удачно. Флетчер зашел сбоку и, привычно посмотрев на нее через объектив, произнес:

— Интересно, как это человек может говорить одно, а в его глазах светится совсем другое? Наверно, поэтому индусы считают, что глаза — зеркало души. Если хочешь узнать правду, нужно только внимательно посмотреть в глаза.

Подавив улыбку, Чар поправила тяжелую атласную юбку вечернего туалета со шнуровкой на лифе и, медленно обернувшись, с вызовом посмотрела на Флетчера.

— О'кей, мистер Хокинс, почему бы вам не сказать мне прямо, что именно вы прочли в моих глазах, — спросила она, вздернув подбородок и уперев руку в бок.

Чар была взволнована его появлением. Ей понадобилось собрать всю свою волю, чтобы отвести взгляд от его горящих глаз, одновременно смущавших и завораживавших. И не успел он открыть рот, Чар поняла, что ей придется внимательно слушать, иначе она потеряет нить в сложном узоре его речи.

— Я вижу женщину, настолько поглощенную своим искусством, что она подавляет все остальные стремления и мысли. И приятные, и не очень веселые. Но это не означает, что такие мысли не приходят ей в голову, она просто старается отогнать их. И я знаю, что вы думали обо мне. Согласитесь, думали все это время, — Флетчер провел пальцами по ее виску, по едва заметной впадинке рядом с бровью, — с того момента, как мы встретились на берегу.

Флетчер неожиданно улыбнулся, сверкнув ровными белыми зубами, свидетельствующими о крупных счетах от дантиста. На мгновение Чар показалось, что сейчас вновь раздастся мелодия вальса и он закрутит ее в своих объятиях.

С трудом подавив в себе порыв ответить на его ослепительную улыбку, Чар молчала, находясь целиком во власти его обаяния. Она подняла глаза на Флетчера, но взгляд не выдавал охвативших ее чувств. Медленно подняв сжатую в кулак руку, Чар разжала пальцы и легонько похлопала ладонью по его груди.

— Если бы я и думала о вас, то не стала бы этого скрывать. Не могу ничего возразить на ваши слова о моей преданности работе. И вы не ошиблись, я люблю приятные воспоминания, но только те, которые не становятся слишком навязчивыми. А сейчас, раз вы горите желанием фотографировать, я предлагаю вам сделать несколько стоящих кадров. Звезда сегодняшнего вечера — Пилар, а не я. Или вы не знакомы и проникли на этот прием без приглашения?

Чар попыталась обойти Флетчера, но он мягко преградил ей дорогу. Она попробовала выйти с другой стороны, но он опять встал на ее пути. Чар удивленно подняла бровь, выражая недоумение его поведением и словно давая понять, что дальнейший разговор не представляет интереса, и она просит ее извинить. Ожидая, когда он наконец даст ей возможность пройти, она отчаянно старалась не думать о том, как хорошо они подходят друг другу по росту. На мгновение Чар вновь пронзило приятное ощущение, охватившее ее, когда они танцевали на свадебном вечере Дженифер. Это воспоминание быстро прошло, но у нее уже не было сил сопротивляться его обаятельной улыбке.