Там за облаками (СИ) - Елена Квашнина

   Она гладила, продолжая мысленно анализировать разговор с мамой. А по радио, словно по заказу, звучала старая-старая песня, бывшая хитом миллион лет назад. Славка утверждал, - это песня про комсомольского работника, выбравшегося на крепкую карьерную лестницу. Небрежно и красиво обосновывал своё мнение отдельными строчками текста, проводя забавные аналогии и уморительно комментируя. С ним почти не спорили, похохатывали дружно. Ему виднее, он же предпочёл по комсомольской линии карьеру строить.

   Отдельные фразы заставляли Машу прислушиваться.

   Шёл я к высокому небу не зря

   Спал, укрываясь, большими снегами,

   Но зато я узнал, что такое заря...

   Точно привет с того света. Точно Славка сам прошептал ей забытые строчки на ухо. Она взглянула в темноту за окном. Никакой тебе зари, никаких облаков. Ночь беспросветная.

   Я узнаю любовь, повстречаю тебя

   Там, за поворотом, там, за поворотом...

   Вот он и стремился за неведомые повороты, шёл по разным дорогам. Искал. Маша выключила утюг. Радио последний раз промурлыкало "там, за облаками, там за облаками, там-там-тарам-там-тарам...", и Маша выключила его. Ночь беспросветная и беспросветная тоска.

   Она села к компьютеру, отстучала очередное послание Шурику:

   "Спасибо, Шур. Поеду или в этот вторник, или в четверг. Сначала надо узнать, как до этого кладбища добираться. Я про него только слышала. Буду благодарна за уточнения".

   Ночью она внезапно проснулась от странного звука. Кто-то уронил на пол чашку или стакан? Звук померещился громким и немного стеклянным. Она встала, завернулась в халат и на цыпочках, стараясь не разбудить семью, с фонариком обследовала квартиру. Всё на местах, всё в порядке. Может, этот стеклянный звук ей приснился?

   Она забралась обратно в постель, укуталась в одеяло, готовясь погрузиться в тёплые глубины сна. Сон не шёл. Вместо него вокруг толпились воспоминания, оттесняя друг друга, назойливо гомоня, теребя память и душу.

   * * *

   Маша и Стас всячески изводили друг друга. Постоянно ссорились, обижались, молча, не высказывая вслух претензий. А зачем? Они отлично умели общаться без слов, глазами, читая мысли, понимая один другого, как никто. У обоих вечно возникали влюблённости на стороне. У Стаса, потому что он оказался бабником от природы, истовым ценителем женского пола. У Маши - как альтернатива постоянному ожиданию Стаса. Она хотела быть единственной для него. Раз её, такое вполне естественное, желание неосуществимо, нечего зря просиживать в заколдованной башне, надо искать свою судьбу. Но Закревский, поблуждав на стороне, поискав в очередной раз свой идеал, непременно возвращался к Маше. Появлялся не виноватым, а напротив, с сияющими глазами и откровенной радостью от встречи. При этом с упоением описывал новую возлюбленную: и красивая, и умная, и талантливая, и вот настолько лучше тебя, Машка, ты тоже ничего, конечно, но до Лилечки, Маечки, Светочки, Олечки не дотягиваешь. Маша тихо бесилась.

   - Он итальянец, - утверждала Татьяна. - Так и хочется крикнуть в форточку: Кобеллино, домой!

   Парни неопределённо хмыкали. Им не нравилась манера Закревского волочиться за "юбками". Тем более что любую "юбку" он охмурял за десять минут, не прилагая никаких усилий. Да, им не нравилась эта его манера, они к тому же и завидовали ей. У самих с девушками выходило туго. Хоть проституток ищи. Стас иногда приволакивал в компанию несколько девушек сразу. Или Таня с Машей приводили подруг. Бесполезно. Кто же отправится с Лёлеком или Казимирычем в тёмный уголок, когда есть надежда заполучить Стаса? Парни, разумеется, про себя негодовали, но, повязанные по рукам и ногам необъяснимой любовью к игнорирующему их нормы морали другу, стоически терпели. Как терпела и Маша. Частенько она забывала, в кого теперь влюблена, стоило Закревскому возникнуть на пороге. Одному или со всей честной компанией, которую волочил за собой подобно прицепному вагону. Забывать-то Маша забывала, но делала вид, будто нет ей дела до Стаса с его любовями, у самой очередной роман в разгаре. Стас в таких случаях насмешливо её разглядывал, и весь вечер изводил достигавшим цели ехидством. Бывало, он уводил с вечеринки одну из её подружек. Маша скрежетала им вслед зубами. А через некоторое время подруга пробалтывалась, что её только до метро проводили и замучили дорогой рассказами о смертельной и неразделённой любви к одной холодной девушке, самой красивой, самой умной, самой талантливой и вот настолько лучше всех девушек на свете. Причём имя любимой Стас не называл. То ли цену себе набивал, то ли дразнил её подружек, свин эдакий. Маша подозревала, что это всё о ней, но точно знать не могла, попасть впросак не хотела и баррикадировала сердце с переменным успехом.

   Иногда оба ненадолго сбрасывали свои доспехи. Тогда им было удивительно хорошо вдвоём, легко и просто, счастливо. Они прятались от посторонних глаз. Но, странное дело, выбираясь куда-нибудь одни, близко друг к другу не подходили, довольствовались всего лишь комфортным обществом. Ни одной попытки обняться. Вероятно, боялись полностью раскрыться и натолкнуться на эгоистично-жестокий приём, на подавляющую неординарность поведения, боялись боли, которую причиняли сами себе и без того сверхдостаточно. Мучительное и блаженное общение. В такие прекрасные периоды Стас любил делать ей подарки. Самые неожиданные.

   Первый подарок случился на первом курсе, в конце необыкновенно тёплого сентября. Маша выскочила в холл, посмотреть номер аудитории на третью "пару", и обнаружила возле расписания Закревского. Как будто он её специально вызвал.

   - Что ты тут делаешь? - растерянно спросила она вместо приветствия. Внутри постепенно разгорался огонёк радости.

   - Тебя жду, - ослепил он её улыбкой.

   - А почему ты не в институте?

   - Шлангирую, - беспечно пояснил он. - День сегодня исключительный. Жаль на учёбу тратить.

   - А меня зачем ждёшь? - Маша вовремя вспомнила его любимую игру "притяну-оттолкну", насторожилась.

   - Хочу взять тебя с собой, поделиться хорошим днём.

   - Куда взять? Ты что? Я не собираюсь прогуливать. Мне учиться надо.

   - Успеешь учиться. Расслабься, Маня, и получи удовольствие. Без тебя всё равно отсюда не уйду. Так что собирайся, едем, такси ждёт.

   - Такси? Какое такси? - возмущалась она, пока Стас забирал из раздевалки её плащ, напяливал его на девушку. - Куда едем? Отстань, а?