Я - обычный - Владислав Жеребьёв

— Нормально, — кивнул охранник. — Дальше пошли?

— Сейчас, — поморщившись, я сплюнул на пол тягучую вязкую слюну и присосался к бутылке с водой, поглощая вожделенную влагу большими глотками. С момента нашего вынужденного затворничества вентиляция проработала ровно три дня, после чего приказала долго жить, так что палящее солнце изрядно нагревало здание из стекла и бетона, делая нахождение в нем настоящей пыткой, больше похожей на пребывание в парнике. — Ничего не слышно?

Марк перевесился через перила и прислушался к происходящему внизу.

— Не, тишина. Может, ушли все, а мы тут крадемся?

— Хорошо бы. — Хмыкнул я. — Думаю, бродят там пониже, пожрать что ищут. Интересно кстати, чем бешеные питаются?

— А ты еще не понял? — Перекинув автомат через плечо, Марк начал спускаться вниз по лестнице до следующей площадки. — Нами они питаются. Будто не вместе телевизор смотрели. Догоняют, глотку грызут и жрут свежатину.

— Брррр, — меня аж передернуло после этих слов.

— Каннибалы выходит?

— Выходит так. — Пожал плечами охранник. — Мне так кажется, что им вообще наплевать что есть. Пусть то хоть человек, хоть собака, хоть корова. Главное, чтобы пища двигалась.

— А если замереть? — Предложил я. — Застыть как вкопанный и дождаться пока уйдут.

— Хочешь проверить? — поинтересовался мой собеседник.

Я отрицательно замотал головой.

— Увольте, сударь, я пас.

— Вот и я пас. — Достигнув следующей двери, Марк аккуратно взглянул через стекло, а потом подергал ручку и, убедившись, что дверь заперта, махнул мне рукой. — Давай теперь эту, тут чисто.

Спустившись вслед за товарищем, я вновь принялся замалевывать стекло и вбивать колышек. За последние полтора часа мы перекрыли уже семь этажей, аккуратно, ступенька, за ступенькой приближаясь к желанному третьему, из-за которого и затеяли всю эту экспедицию.

Вдруг я замер, насторожившись, аккуратно поставил на пол банку с краской и потянул из-за спины автомат.

— Идут, — подтвердил Марк, передергивая затвор. — Двое, одна женщина, средних лет, похоже, из офисных работников, второй парень, молодой еще, кажется, пиццу разносил или еще еду какую. На куртке дурацкий логотип. Накаркали, похоже.

Подойдя на цыпочках к перилам, я осторожно перегнулся и посмотрел вниз. По лестнице, не спеша, раскачиваясь на ходу, будто пьяные, поднимались двое. Впереди действительно женщина в брючном костюме. Белая рубашка под пиджаком побурела от крови, руки и рот были также испачканы, а одна из рук торчала под неестественным углом, так что, похоже, была сломана. Второй, раскачивающейся на ходу фигурой, был молодой человек, но не форма, порванная во многих местах, или отсутствующий взгляд больше всего поразили меня. У парня отсутствовало пол черепа.

— Посмотри, — шепнул я Марку, — посмотри на его башку. Такого не бывает. Даже самая сильная человеческая особь не способна разгуливать по этому миру, имея такие черепно-мозговые травмы.

— Вижу, — шепнул мне охранник. — Что будем делать?

Я пожал плечами.

— Отходить смысла не вижу, все равно нам придется затыкать ту дырку, откуда вылезла эта веселая парочка. Чувствуешь запах.

— Чувствую, — кивнул Марк. — Гнилостные газы это называется. Вот только у таких как мы такое не раньше, чем после суток после смерти приключается.

— Ходячие трупы? — Выпучив глаза, я еще раз боязливо глянул вниз. — А эти, как их…

— Трупные пятна.

Парочка уже существенно продвинулась вперед, и до момента прямого визуального контакта оставалось не меньше пяти минут. Вдруг они синхронно остановились и подняли головы, выпучив на нас свои стеклянные ничего не выражающие глаза.

— Как?! — ахнул я. На этот раз уже в голос. Таиться дальше особого смысла не было.

— Тень, они засекли нас по тени, — рука охранника указала на две темные полоски на площадке перед ходячими мертвецами. — Держись, Константин, сейчас постреляем.

Секунду помедлив, будто собираясь с силами, смердящая парочка внизу еще немного пораскачивалась на месте и вдруг, в одну секунду они ринулись вверх.

— Вот это скорость, — ахнул я, наблюдая, как мертвецы, перескакивая со ступеньки на ступеньку, стремительно приближаются к нашей лестничной площадке.

— Огонь. — Вскинув к плечу автомат, Марк принялся поливать бегущие фигуры свинцовым дождем, за одно выбивая крошку из стен и ступенек, а я поспешил присоединиться к товарищу и, отойдя на пару шагов, выбрав более удобную позицию, нажал на спусковой крючок. Мой АКА гавкнул, врезавшись деревянным прикладом в плечо и задергался в руках, посылая в несущихся на нас одну пулю за другой.

Мы попадали, по крайней мере, я выпустил в надвигающуюся на нас угрозу не меньше двадцати патронов. Я даже видел, как они, врезаясь в плоть, рвали оставшуюся на нападавших одежду, откидывая их в сторону и заставляя замедляться, но, сколько мы не стреляли, а парочка продолжала упорно карабкаться наверх. Наконец тот, что с разожженной головой, получив в нее еще три шальных попадания, остановился и принялся медленно заваливаться на бок.

— В голову стреляй, — взвизгнул я, — но Марк и так все понял и, перебросив предохранитель на одиночные, начал тщательно выцеливать скачущую по ступенькам даму. Раз, два, три, четыре… пятого выстрела не понадобилось. Стрелял охранник отменно, я бы так точно не смог. Все четыре пули легли ровно в лоб, расколов черепную коробку и вынося оставшийся там мозг.

В образовавшейся от выстрелов и рыка нападавших тишине, вдруг голосом юриста заголосила болтавшаяся на ремне рация.

— Марк, Костя, что у вас творится, черт возьми? Почему стрельба?

Сняв с пояса рацию, я поднес её ко рту и нажал кнопку передачи.

— Леха, они мертвые.

— Ясно дело, — хмыкнул динамик, — коли так палить, так и слон мертвый будет.

— Ты не понял, — я откашлялся, — они и раньше были мертвые. Парень, что поднимался, имел дырку в черепе. Я сам лично попал в него несколько раз, но он остановился только после того, как без башки почти остался.

— То есть как — мертвые? — Ахнул юрист. — Мертвые не ходят и уж тем более не бегают.

— Они воняют, Леха, как трупы воняют, — продолжил я. — Марк говорит, что так только трупы могут и пятна, пятна на них трупные.

— Надо отходить, — кивнул Марк на лежащих. — Ситуация изменилась и еще черт знает как они нас засекли. Может они не только видеть могут, но и биополе чувствовать или еще хрень какую, так что предлагаю временно сделать ноги в укрытие и пошерстить Интернет. Сеть еще работает?

— Как ни удивительно, но да. — Подтвердил я. — Почти все телеканалы отсохли, кроме центральных, нет большинства радиостанций, но мобильная связь и глобальная сеть пока в порядке.