Экс - Павел Ганжа

После начала масштабной проверки выяснилось, что от 'эпидемии сердечных приступов' гибнут не только в центральном офисе. Сотрудники умирали и в местных отделениях, в том числе и в иных планетных системах. Более того, до полковника доходили сведения о схожих случаях в смежных ведомствах, например, в министерстве обороны и космофлоте. Но если полной информацией о положении у 'соседей' Смит не располагал, то статистику по Бюро, понятно, знал. Десять человек - из центрального офиса, еще пятнадцать - из территориальных отделений на Земле, а всего по федерации от 'беспричинного сердечного приступа' погибло семьдесят девять сотрудников БФБ. Пять фактов остались за скобками - смерти имели объяснение, поскольку скончавшиеся страдали пороками сердца. А вот об исчезновениях сотрудников, кроме двух упомянутых случаев в центральном аппарате, информация отсутствовала. Но и этого вполне хватило для того, чтобы руководство Бюро принялось паниковать, и, что называется, 'предпринимать меры'. Ведь уже и полковники пропадают, и даже генералы. И сотрудники гибнут пачками. Так и до руководства доберутся.

Отдельные горячие головы в Директорате после случая с Тротье предложили производить аудио и видеоконтроль всех без исключения помещений Бюро. Включая кабинеты, сейфовые хранилища, сектора слежения и туалетные комнаты. К счастью, инициатива не нашла поддержки - слишком много секретной информации 'варилось' в кабинетных котлах Бюро. А устанавливать наблюдение в ватерклозетах, обойдя вниманием кабинеты, показалось руководству идеей... не слишком перспективной. Сканеры и бронированные двери, напротив, внушали Директорату определенные надежды.

Второму инквизитору же сканеры и бронированные двери ничего не внушали, а лишь затрудняли попадание в кабинет. Как самому, так и сотрудникам отдела. Поэтому Смит в ответ на вопрос капитана Радулеску недовольно скривился и отрезал:

- Обойдешься.

И нажал на пульте кнопку. К счастью, у хозяев 'бронированных' кабинетов еще имелась возможность впускать посетителей без муторной процедуры идентификации. Щелкнул электронный замок, дверь отъехала в сторону, а когда капитан вошел в кабинет, снова закрылась.

- У меня ощущение, что когда-нибудь эти ворота переклинит, и меня тут замурует, - проворчал Смит вместо приветствия и махнул рукой в сторону кресла, - чего застыл столбом - садись. Чем порадуешь?

- Да особо нечем. У нас опять ситуация 'минус один'.

- Значит, майор Лемке тоже, - протянул полковник.

- Да

Смит заковыристо выругался.

- Получается, до нашего отдела добрались.

- Получается.

- Когда?

- Скорее всего, вчера около полуночи.

- Обстоятельства?

- Вчера вечером уехал домой, отъезд зафиксирован, в электронном журнале имеется соответствующая отметка. Утром в отделе майор не появился, на вызов по коммуникатору и телефонам, не отвечал. Сотрудники службы наблюдения забеспокоились около десяти утра. Жена им сообщила, что муж с работы не возвращался, она подумала, что на дежурство в Бюро остался, поэтому никому не звонила. Но дежурство Лемке назначено на двадцать третье, то есть на завтра, жена даты перепутала. Сразу после разговора с супругой ответственный по сектору незамедлительно известил вас об инциденте.

Полковник поморщился. 'Соответствующая отметка', 'отъезд зафиксирован', 'незамедлительно известил'. Капитан Радулеску обладал прекрасным аналитическим умом, был прекрасным исполнителем, но невыразительный тон и канцелярский стиль его докладов порой раздражали второго инквизитора. Справедливости ради - лишь тогда, когда Радулеску выдавал информацию о неприятных... 'инцидентах' или отсутствии результатов.

- Во сколько они с женой Лемке общались?

Капитан взглянул на планшет:

- В десять тридцать семь.

Полковник снова неприлично выразился, на сей раз помянув тихим добрым словом ребят из сектора наблюдения.

- Эти бараны не сразу мне сообщили, а через час - в половине двенадцатого. А до этого что - в носу ковырялись? А мы время упускаем...

- Может, перепроверяли.

- Да не защищай ты их. Ничего они не проверяли, и не почесались. А ведь им сто раз говорили - докладывать незамедлительно. Нет, я сегодня же пойду к генералу - надо им шею намылить.

Радулеску пожал плечами, мол, за этих ребят я не отвечаю, мыльте - сколько душе угодно.

- Ладно, что по обстоятельствам?

- Оружие и коммуникатор обнаружены в автомобиле, нашли по сигналу комма. Идентификационный чип отсутствует. Машина стояла на пустыре неподалеку от набережной. Файл со съемкой с места происшествия я вам сбросил. - Радулеску подождал, пока полковник включит воспроизведение, и продолжил: - Жилья там поблизости нет, только ремонтные ангары и стоянка авиакатеров. Вон, за ангарами, - капитан показал на экран. - Камеры наблюдения есть на стоянке, но пустырь в их зону фиксации не попадает. Двери автомобиля были закрыты. Никаких следов крови, выстрелов, борьбы, самообороны. На машине повреждения отсутствуют. Свидетелей тоже нет.

- Интересные дела... Значит, идентификационный чип не нашли? А контрольные что?

Идентификационный чип имелся у любого гражданина или субгражданина федерации, по сути, был основным документом, удостоверяющий личность. А вот контрольные чипы - это уже уникальная разработка отдела технических разработок БФБ. После исчезновения Тротье отдельным сотрудникам Бюро в одежду и обувь стали вставлять эти самые специальные чипы. С их помощью сектор наблюдения контролировал местонахождение поднадзорных. Чипы работали только при непосредственном контакте с телом носителя по принципу последовательного включения. Например, если начинал работать модуль в ботинке, то его аналог в брюках отключался. При этом чипы регистрировали многочисленные физиологические параметры носителя: давление, температуру тела, пульс и прочее. Поэтому любое маломальское отклонение от нормы не осталось бы не замеченным сектором контроля, не то что факт ликвидации носителя, но и легкое недомогание, и насморк, и даже чих. Единственное, что затрудняло круглосуточный мониторинг - возможность носителей снимать одежду, обувь и прочие аксессуары (типа часов и украшений) с вмонтированными микропередатчиками. И этми возможностями сотрудники частенько пользовались.

Правда, начальник отдела тех.разработок генерал-майор Магнуссон предлагал не ограничиваться полумерами, а в целях обеспечения круглосуточного контроля приступить к вживлению чипов в тела. В зубы, скажем, или под кожу. Благо, наука позволяет. Вон, и в черепную коробку давно наловчились разъемы вставлять без ущерба для организма, а тут всего лишь - под кожу. Смит же считал это полной дурью. Не вживление в тела, а вообще - возню с чипами. Ведь с помощью чипа перемещения сотрудников секретной службы могут легко контролироваться. И не факт, что исключительно сектором наблюдения бюро. Кто поручится, что сигналы чипов не перехватит вероятный противник, например, разведка Халифата. Или Поднебесной. Да, в плане техники Федерация впереди остальных миров, но электроника - дело тонкое, а радиоэлектронная разведка - тем более, не дай, бог, подобное случится, что тогда? Полный караул! Всех носителей чипов начнут влегкую отслеживать. Встречи с агентами, тайные переговоры, спецоперации - да просто подарок для Мухабарата Халифата. Или второго департамента министерства общественной безопасности Поднебесной. И не важно в ботинок чип вставляют или в пломбу зуба - так можно не только сотрудников засветить, но многие секретные операции... медным тазом накрыть. Или чем похлеще.