СЕТ ИЗ ХАДА - Генрих Мамоев

- Любовное? - Сет с удивлением посмотрел на нее, - Почему вы так решили?

- От конверта пахло ароматическим маслом.

- Мне тоже так показалось! - Признался Сет, - А вы можете сказать, каким именно?

- Да, - Гибеллина сделала еще один глоток вина, и сказала, - это масло Офана, которое можно приобрести только у госпожи Хат.

Сет знал госпожу Хат - он и сам не раз покупал масла и благовония у известной всему городу парфюмерши, которая единственная, кто знала рецепт популярного масла.

- Я смотрю, вы неплохо разбираетесь в этом, - заметил он, видя, как при этом дернулись уголки ее тонких губ.

- Я была ее ученицей, - ответила Гибеллина, - пока она не заявила, что я хочу украсть ее секреты.

- Что послужило поводом для подозрений?

- Поводом? - Гибеллина откинулась на спинку кресла, сделала небольшой глоток, - Не было никакого повода. Ей не понравилось, как я разговаривала с ее любовником Малаком. А точнее, как он разговаривал со мной.

- Она приревновала вас к нему и..., - Сет не хотел говорить "выгнала", но пока он подыскивал замену, Гибеллина сама произнесла это слово.

- Она выгнала меня, и даже грозила подать в суд.

- Но своей угрозы не выполнила?

- Конечно, нет, - Гибеллина пожала плечами, - мы обе знали, в чем причина, а на суде это могло открыться, и тогда от нее ушла бы одна из самых постоянных и щедрых покупательниц - жена этого кобеля.

- Ясно, - Сет сделал вид, что не расслышал, как она отозвалась об одном из самых богатых демонов Хада, - давайте вернемся к письму. Почувствовав запах масла, вы решили, что письмо любовное, так?

- Да. Всем известно, что герцог не так давно развелся со своей женой.

- Вы кому-нибудь говорили об этом?

- Зачем? - Гибеллина с удивлением посмотрела на него, - Какое мне до этого дело?

- Но письмо вы все же решили вручить лично в руки герцога?

- Так было написано в заказе.

- Хорошо, - Сет кивнул, ее ответы казались логичными и обоснованными, - вы помните, у кого получали заказ?

- Конечно, - Гибеллина едва заметно улыбнулась, и Сет удивился, как при этом изменилось ее лицо, - это письмо вместе с другими лежало у меня на столе. А сверху лист заказа, на котором были написаны адреса и особые пожелания.

- То есть, кому лично в руки, а кому просто доставить?

- Да, - коротко ответила она.

- Вы знаете, кто собирал для вас заказ?

- Заказ формируется на приемке, и мой собирала Эста. С ней удобно работать, потому что она всегда подбирает адреса так, чтобы не приходилось мотаться из одного конца в другой.

- Ее вызывали в суд?

- Нет, - после короткой паузы ответила Гибеллина, - Эста умерла в ночь, когда меня арестовали. Мне сообщил об этом адвокат.

Дело разворачивалось неожиданным образом. Сет почувствовал, как похолодели кончики пальцев рук, что происходило всякий раз, когда он нащупывал конец ведущей к клубку нити.

- Отчего она умерла?

- Адвокат сказал, что по дороге домой на нее было совершено нападение. Вроде бы ограбление, но убийца и сам был кем-то убит.

- И кто это был?

- Какой-то "обращенный", - Гибеллина посмотрела на него с легким недоумением, словно не понимая, как следователь по особо тяжким может не знать таких подробностей.

- "Обращенный"?!

Сет даже не пытался скрыть своего удивления. Что-то неладное творилось в Хаде - не далее, как пару часов назад он узнал о поножовщине, которую затеяли трое "обращенных", сейчас о нападении другого "обращенного" на демоницу.

- Да. Мой адвокат рассказал, что его обнаружили недалеко от ее тела - у него был клинок из черного железа, - Гибеллина помолчала и, вздохнув, добавила, - весь в крови.

Становилось все интереснее. Откуда у "обращенного" мог взяться такой клинок, если им вообще запрещено пользоваться каким бы то ни было оружием, не говоря уже о клинках, которые имели право носить лишь представители высшего общества? И было ли это ограблением, а не попыткой замаскировать под него убийство нежелательного свидетеля? Все эти вопросы молнией пронеслись в голове Сета.

- Вы не знаете, кто в ту ночь собирал почту? Ведь кто-то же ее собирает по домам, чтобы потом привезти в Департамент, откуда она будет доставляться по адресам?

- Обычно это делают прикрепленные к району "обращенные", но...

Она умолкла, словно не решаясь продолжить. Сет молчал, ожидая, пока она сама не скажет, что это за "но". И она сказала:

- Уходя, я случайно встретилась с Эстой, и она сказала, что за это письмо ей даже заплатили, чтобы заказ был выполнен в точности. Не думаю, что "обращенный" стал бы это делать - они сами вечно выпрашивают мелочь, когда доставляют мешки с почтой.

- Кто заплатил, она, конечно же, не сказала? - Спросил Сет в слабой надежде услышать имя.

- Нет, - Гибеллина протянула руку за бокалом и, взяв его, добавила, - она лишь сказала, что и мне заплатят, если я передам письмо лично в руки герцога.

- Когда это было?

- Пять ночей назад.

- Вы видели, как умер слуга?

- Нет. Я видела герцога, который вышел из кабинета, и приказал слуге заплатить мне. А когда выходила, слышала, как он велел вскрыть конверт, - она замолчала, уставившись в одну точку.

- Когда вас арестовали?

- Да почти сразу же - я даже не успела выйти из замка. Налетели, свалили, заломили руки, - Гибеллина покачала головой, - слуги герцога вели себя так, словно я сама убила этого несчастного.

- И в ту же ночь была убита Эста?

- Насколько мне известно.

Сет замолчал, глядя на бледное и усталое лицо демоницы. Он был уверен, что она не лжет. Больше того, в его голове уже складывалась картинка случившегося, в которой недоставало некоторых важных фрагментов, но Сет надеялся, что конец нити у него в руках. Оставалось лишь осторожно потянуть ее, чтобы раскрутить клубок, и добраться до того, кто заварил всю эту кашу. Спрашивать больше было не о чем - все, что Гибеллина знала, уже рассказала, но Сет поймал себя на мысли, что ему не хочется уходить. Он продолжал разглядывать ее лицо, думая о том, что пребывание в тюрьме не повлияло на необычную для демоницы красоту. Словно почувствовав его взгляд, она подняла голову и их взгляды встретились. В ее черных, глубоких глазах что-то мелькнуло, и Сет подумал, что это, скорее всего, отблеск внезапно вспыхнувшей в ней надежды.

- Не хочу ничего обещать но, думаю, что в вашем деле столько неясностей, что я смогу добиться пересмотра. Но для этого мне нужно сейчас покинуть вас.

Гибеллина вновь опустила голову, и негромко спросила:

- Вы думаете, что сможете переубедить судей?

- Нет, - в том, что переубедить упрямых судейских не получится, у Сета не было ни грамма сомнений, - но я знаю, кто может это сделать. Да, чуть не забыл, - Сет с трудом заставил себя не смотреть ей в глаза, - как зовут вашего адвоката?