Мне нужен только ты - Саманта Такер

— Не понимаю, как ты ходишь на таких высоких шпильках…

Фелисити пожала плечами. Она привыкла к подобной обуви.

— Я прекрасно чувствую себя в туфлях на высоких каблуках, — сказала она. — Мне кажется, что они придают моей фигуре стройность.

Хорошая обувь была ее слабостью. Ей казалось, что женщина выглядит необыкновенно привлекательной на каблуках высотой в два-три дюйма.

— Тебе не нужны каблуки, чтобы выглядеть стройной и привлекательной, — как будто прочитав ее мысли, заметил Себастиан.

Открыв одну из коробок, Себастиан достал из нее две отбивных и положил их на тарелки.

Фелисити усмехнулась. Себастиан не переставал удивлять ее.

— Я и не знала, что ты умеешь говорить комплименты, — сказала она, доставая из шкафа два бокала.

— Это не комплимент, — возразил Себастиан, не понимая, почему Фелисити превратно истолковывает его слова, — это правда.

И он поспешно отвернулся, чтобы скрыть смущение. Надо держать язык за зубами, сказал себе Себастиан и, подойдя к кухонному шкафу, достал салфетки.

На что, черт возьми, он рассчитывал, когда ехал сюда?! После того, как машина Фелисити тронулась с автостоянки, он собирался отправиться домой. Он сел за руль, но тут у него в желудке заурчало от голода, и Себастиан вспомнил, что еще не обедал. Остановившись у кафе, где продавали еду на вынос, он вдруг вспомнил о Фелисити.

Сегодня ему почему-то не хотелось есть в одиночестве, хотя обычно он предпочитал сидеть за столом один. Это избавляло его от необходимости вести праздные разговоры. Единственным человеком, с которым ему никогда не было скучно, являлась Фелисити. Себастиану было интересно все, о чем бы она ни завела речь. Фелисити никогда не сплетничала и не любила пустой болтовни.

— Никто не смотрит на твои босые ноги, поэтому можешь ходить без туфель, — сказал он, продолжая начатую тему.

— Я знаю, — рассеянно промолвила Фелисити и погладила себя по животу.

Ей показалось, что он стал значительно больше за последние сутки. Может быть, это всего лишь игра ее воображения? Собственные размеры теперь пугали ее, Фелисити казалась самой себе неуклюжей слонихой.

— Все с изумлением смотрят на мой живот, — пожаловалась она, положив руку туда, где когда-то была талия. — Почему люди с такой бесцеремонностью глазеют на беременных женщин? Неужели они не понимают, что нам это неприятно?

Себастиан окинул ее взглядом с ног до головы.

— Ты несправедлива к своей внешности, — только и сказал он.

Однако Фелисити решила, что он говорит так из жалости к ней.

— Но я не виновата, что смущаюсь, когда на меня смотрят посторонние люди. Мне кажется, они ждут, что со мной сейчас прямо на их глазах что-то произойдет.

Фелисити достала столовые приборы. А Себастиан тем временем открыл вторую коробку, в которой лежал жареный картофель.

— Во всем виновата твоя мнительность, — заявил он.

— Значит, теперь ты взял на себя роль психоаналитика, — с улыбкой заметила Фелисити. Выложив картофель на блюдо, она поставила его на стол.

Себастиан выбросил пустые коробки в мусорное ведро.

— Я адвокат, а не психоаналитик, — напомнил он. — Но адвокаты тоже должны разбираться в человеческой психологии.

Фелисити села за стол. Себастиан занял место напротив нее.

— Вы правы, адвокат, — шутливо сказала она.

Фелисити вспомнила, что сегодня вечером Себастиан показался ей очень усталым. Но сейчас он выглядел бодрым и энергичным, правда, несколько смущенным.

— Ты сожалеешь о том, что ушел из юридической фирмы?

Себастиан покачал головой. Став адвокатом, он думал, что всю свою жизнь посвятит этой профессии. Но выступления в суде, необходимость защищать человека вне зависимости от того, виновен он или нет, скоро опостылели ему. Он понял, что это не то, к чему он всей душой стремился.

И тогда Себастиан круто изменил свою жизнь. Он занялся тем, что, по его мнению, приносило людям несомненную пользу.

— Нет, — ответил он, — я никогда не сожалел о том, что перешел на работу в центр молодежного досуга. Возможно, потому, что у меня нет времени задуматься и оглядываться назад. Я постоянно занят делами. — Себастиан рассмеялся. — А вот Дебора так и не смогла смириться с тем, что я оставил адвокатскую практику.

Правда, ссоры в семье начались задолго до того, как Себастиан ушел из юридической фирмы. И он увидел истинное лицо женщины, которую когда-то любил. Тогда в жизни Себастиана наступил момент прозрения.

— Дебора не желала, чтобы ее муж работал в таком непрестижном месте, как муниципальный центр молодежного досуга, да еще на городской окраине. Это не соответствовало ее представлениям о достойной жизни. — Себастиан ухмыльнулся. Воспоминания о Деборе больше не причиняли ему боли. Он не испытывал к бывшей жене никаких чувств. Порой ему казалось, что все это произошло не с ним, а с кем-то другим. — Надеюсь, она довольна своей нынешней жизнью.

Фелисити бросила на него удивленный взгляд. Слова Себастиана возбудили в ней любопытство.

— Нынешней жизнью? — переспросила она.

Себастиан заметил выражение живого интереса на лице Фелисити.

— А разве я не рассказывал тебе об изменениях в ее жизни? — спросил он, накладывая себе на тарелку картофель.

— Да из тебя слова клещами не вытянешь! — воскликнула Фелисити. Себастиана всегда отличала сдержанность. Он не был болтлив. — Немедленно выкладывай все новости о Деборе!

— Вряд ли это можно назвать новостями. Полгода назад Дебора вышла замуж за богача из Нового Орлеана и переехала к нему. У них роскошный дом. Одним словом, она добилась того, о чем всегда мечтала. Сытая благополучная жизнь — это все, что ей нужно.

Лицо Себастиана внезапно помрачнело. Фелисити почувствовала, как между ними вновь выросла глухая стена. Себастиан ушел в себя. Не сводя с него глаз, Фелисити положила ладонь на его руку.

— У нее есть все, кроме заботливого любящего мужа, — тихо промолвила она.

Себастиан пожал плечами и убрал свою руку со стола.

— Я наводил справки и выяснил, что новый муж Деборы — вполне добропорядочный человек.

— Но зачем ты наводил справки о нем? — спросила Фелисити. Она решила, что Себастиан все еще любит свою бывшую жену, хотя не признается себе в этом.

Себастиан бросил на Фелисити удивленный взгляд. Ему казалось, что ответ на этот вопрос очевиден.

— Мне ведь не безразлично, в какой семье будет жить моя дочь, — объяснил он.

Фелисити видела по выражению его лица, что он не лукавит. Такой чуткий заботливый человек, как Себастиан Филберт, не мог позволить, чтобы его маленькая дочь попала в руки какого-нибудь чудовища. Фелисити наблюдала, как внимательно Себастиан опекает подростков, приходящих на занятия в его центр. И, конечно, за судьбу собственного ребенка он чувствовал не меньшую ответственность, чем за жизнь чужих детей.