Роковой миг наслаждения - Шантель Шоу

– Какое предложение ты собирался со мной обсудить?

– Всему свое время, – учтиво ответил Круз, направляясь к бару. – Не хочешь выпить шампанского?

Алкоголь может успокоить нервы, решила Сабрина, принимая бокал, который подал ей Круз. Это было очень дорогое шампанское. И снова ее охватило чувство нереальности, так как Круз, которого она знала десять лет назад, пил пиво из бутылки.

Сабрина села, Круз опустился на диван напротив нее и закинул руку на спинку. Его рубашка натянулась на груди, и Сабрина увидела проступивший сквозь ткань рисунок мышц. Хотя он, похоже, давно не работал в шахте, его тело стало сильнее, а мышцы – рельефнее. На нее нахлынули воспоминания об обнаженном бронзовом теле Круза. Женщина облизнула пересохшие губы и сделала глоток шампанского.

– Я показал несколько фотографий «Эстрела вермелья» признанному эксперту драгоценных камней, работающему в моей компании «Бриллианты Дельгадо», – сказал Круз. – Он определил его стоимость примерно в полтора миллиона фунтов, но, разумеется, для более точной оценки необходимо его увидеть. Я предлагаю тебе сделать экспертизу у независимого специалиста.

Сабрина не понимала, к чему он ведет.

– Бриллиант был оценен в один миллион четыреста фунтов для страховых целей. Но почему это тебя интересует?

– Я готов купить его. – Черты его лица стали жестче. – Я хочу подарить «Эстрела вермелья» матери в память о моем отце. Витор хотел, чтобы его семья покинула трущобы, но, преследуя эту цель, он погиб.

Его охрипший голос вызвал у Сабрины сочувствие. Она наклонилась вперед и, желая утешить Круза, положила руку ему на колено. Только потом ей пришло в голову, что она – дочь человека, которого Круз винит в смерти своего отца. Возможно, он ненавидит ее так же сильно, как и графа Бэнкрофта. Залившись румянцем, Сабрина убрала руку и в напряженной тишине задумалась над предложением Круза. Разочарование было велико.

– Я не могу продать тебе бриллиант, – безжизненным голосом проговорила она. – Отец является его единоличным владельцем.

Вот и все. Сабрина поставила бокал на кофейный столик, взяла сумочку и встала.

– Мне правда очень жаль, что твой отец погиб, – вырвалось у нее. – Я с радостью продала бы тебе бриллиант, но не могу. А больше мне нечего предложить.

– Это не совсем так. – Странная нотка в голосе Круза заставила Сабрину помедлить у двери. – Есть кое-что еще, и я готов заплатить за это ту же сумму, что и за «Эстрела вермелья».

– Я же сказала, что у меня нет ничего, кроме Эверслей-Холл.

Круз встал, возвышаясь над ней. Он выглядел расслабленным, но блеск в глазах выдавал его напряжение. Сердце Сабрины екнуло, а затем забилось в два раза быстрее.

– Мне не нужна куча древних кирпичей. Мне нужна ты.

От шока Сабрина лишилась дара речи. Увидев, как он окидывает ее оценивающим взглядом, словно раздевая, она вспыхнула от ярости. Но ярость была вызвана не только словами Круза. Сабрину возмутила предательская реакция ее тела. Груди налились и сладко заныли, а нервные окончания зазвенели, словно натянутые струны.

«Мне нужна ты».

Без сомнения, Круз говорил то же самое бессчетному числу привлекательных блондинок. Таблоиды были полны историй о разнузданном образе жизни, который вел бразильский красавец магнат, владелец алмазного рудника. Она просто станет очередной женщиной в его списке похождений. Она опустится до уровня уличной проститутки, вынужденной зарабатывать на жизнь своим телом, и то, что Круз отвалит ей за это уйму денег, ничего не меняет.

Сердце Сабрины закололо от боли, когда она вспомнила молодого Круза с улыбающимися глазами, который так нежно лишил ее девственности, что-то ласково шепча на португальском. Сабрина любила его очень сильно, но сейчас, предложив ей плату за сексуальные услуги, Круз доказал, что она никогда ничего для него не значила.

Научившись за долгие годы скрывать свои чувства, Сабрина знала, что на ее лице не отразилась даже тень этих мыслей.

– Ты предлагаешь мне миллион фунтов за то, чтобы я занялась с тобой сексом? – холодно поинтересовалась она. – Ты в самом деле думаешь, что я согласна торговать своим телом? Позволь мне кое-что прояснить. Я никогда не унижусь до того, чтобы разделить с тобой постель, сколько бы денег ты ни предложил. Ты стал богатым, но, по-видимому, не понял одну вещь. Кое-что невозможно купить за деньги.

Кровь Круза, жидкой лавой бурлившая в жилах, превратилась в лед, когда он встретил презрительный взгляд серых глаз Сабрины и с трудом обуздал гнев. В памяти всплыли слова лорда Порчестера: «Конечно, этих нуворишей выдает простецкое происхождение».

Проклятье, почему он должен стыдиться того, что не родился с серебряной ложкой во рту? В этом нет его вины. Пусть ему повезло и он стал состоятельным человеком. Но до этого он надрывался, пытаясь обеспечить свою мать и сестер. Так что он имеет право считать, что судьба воздала ему должное за труд и веру в себя.

Как Сабрина, которая всю жизнь пользовалась всеми благами мира – в чем, кстати, не было ее заслуги, – смеет высокомерно заявлять, что она не унизится до секса с ним? Вообще-то она сделала неверный вывод, обвинив его в том, что он хочет заплатить ей за секс. Круз имел в виду, что готов оплатить расходы по восстановлению флигеля и содержанию поместья, если она позволит ему пожить в доме и поискать карту алмазного рудника.

Правда, он надеялся, что, живя с ним под одной крышей, она захочет вступить с ним в связь. Он до сих пор желает ее больше, чем любую другую женщину, да и она по-прежнему находит его сексуально привлекательным. Круз был уверен в этом, имея за плечами богатый опыт. Он сразу замечал знаки, свидетельствующие о женском интересе. Он даже был готов поухаживать за Сабриной. Более того, ему доставило бы удовольствие добиваться ее.

Но она задела его гордость, и все изменилось. Теперь он заставит Сабрину умолять его овладеть ею и доставить ей удовольствие, какого она еще не знала. Это дело принципа.

Нужно немедленно уйти, решила Сабрина, чтобы не совершить какую-нибудь непростительную глупость, например, согласиться с условием Круза и снова оказаться в его объятиях.

– Всего хорошего, – пробормотала она и торопливо зашагала к двери. Однако чувство облегчения, что все обошлось, быстро сменилось паникой – Круз схватил ее за руку.

Сабрина смерила его холодным взглядом. В ответ на его губах заиграла ленивая улыбка.

– Твой противоречивый характер меня завораживает, – протянул он. – Ты выглядишь сдержанной и хорошо владеющей собой леди, но подо льдом бушует пламя и скрывается такая чувственность, какой я не встречал еще ни в одной женщине.