Роковой миг наслаждения - Шантель Шоу

Круз – последний человек, к которому она обратилась бы за помощью в отчаянном положении. Но ведь ее ситуация – отчаяннее не бывает, уныло призналась Сабрина. Какое предложение он хочет сделать в обмен на помощь?

Тристан обнял сестру за талию и развернул лицом к себе.

– Каждый раз, возвращаясь домой, я все сильнее люблю Эверслей, – с нежностью сказал он. – Я хочу сделать карьеру пилота, но однажды, став графом Бэнкрофтом, я поселюсь здесь и обеспечу поместью хороший уход. Как-никак, это наше наследие, и мой долг – сохранить его для будущих поколений.

Сердце Сабрины словно сжало тисками. Она не могла заставить себя признаться брату, что им, скорее всего, придется продать его. Если бы вернулся отец! Тогда Эверслей-Холл удалось бы сохранить, а у нее появилась бы возможность зажить своей жизнью, без груза ответственности и нескончаемых проблем.

Тристан хотел вернуться в университет после ланча.

– Ты хотела поговорить со мной насчет поместья, – вспомнил он перед отъездом.

– Это не важно. Сосредоточься на экзаменах, – посоветовала Сабрина.

Она подняла голову, и брат поцеловал ее в щеку. Сабрина всем сердцем любила Тристана и была готова сделать для него все что угодно, даже умолять о помощи Круза Дельгадо – человека, который разбил ей сердце.

Круз отхлебнул мартини с водкой, наслаждаясь тем, как крепкий алкоголь жжет горло. Он взглянул на часы – что делал неоднократно за последние полчаса – и скривился. Обычно он не пил так рано, но целый день был как натянутая струна, гадая, приедет Сабрина или нет.

Круз выглянул в окно своего пентхауса напротив Кенсингтонского дворца. Это был один из самых роскошных районов Лондона, здесь располагались пятизвездочные отели и шикарные бутики – такие же элегантные, как и их клиенты из высшего общества.

Мысли Круза вернулись к Сабрине. Приедет ли она сегодня, не устояв перед его предложением помочь? Его подбородок затвердел. Круз был игроком и не сомневался, что она приедет, потому что готова на все, лишь бы сохранить свой дорогой Эверслей-Холл.

Но согласится ли она принять условия сделки? Его губы изогнулись в циничной улыбке. Сабрина будет дурочкой, если откажется. Сегодня ему стало известно, как близок Эверслей к банкротству. Генри Бэнкрофт обескровил поместье, вкладывая деньги в бесчисленные сомнительные предприятия. Круз испытал холодное удовлетворение при мысли о том, что наконец настал день, когда Бэнкрофту не избежать платы по счетам. Но по странной прихоти судьбы именно Сабрине придется приехать к нему в надежде спасти фамильное достояние.

Круз сделал еще один глоток и напряг слух, услышав приглушенный звон дверного звонка, за которым последовал негромкий диалог, после чего дворецкий пригласил посетительницу в квартиру. По его телу пробежала дрожь предвкушения. Он отвернулся от окна в тот момент, когда дверь в гостиную открылась и вошла Сабрина.

Женщины, которым что-то требовалось от него – а таких было большинство, – надели бы соблазнительную сексуальную одежду, обнажающую тело. На Сабрине же было простое черное платье со скромным вырезом. Однако, изучив его, Круз понял, что внешняя простота достигнута отличным покроем, выгодно подчеркивающим ее стройную фигуру. Шелковая ткань словно струилась по телу женщины, обрисовывая округлые бедра, твердые груди, тонкую талию.

Круз посмотрел на ее ноги в прозрачных чулках и черных туфлях на высоких каблуках, а затем взглянул на тонкое лицо с прекрасным макияжем. На кремовой шее Сабрины поблескивала двойная нитка жемчуга, ее светло-русые волосы были собраны в строгий пучок. В общем, Сабрина выглядела так, как должна выглядеть английская аристократка с безупречной родословной, – элегантной, утонченной. Недосягаемой.

На мгновение Круз снова стал молодым горняком из фавелы, покоренным этой английской розой, но понимающим, что она не для него. Впрочем, когда-то она принадлежала ему.

Десять лет назад он не мог забыть о пропасти, их разделяющей. Сейчас Круз решил снова сделать ее своей, но в этот раз все должно быть по-другому. Сейчас они равны. Впрочем, ситуация даже более выгодна для него. Он сколотил состояние, тогда как Сабрина лишилась своего. Когда они снова станут любовниками, играть первую скрипку будет он, а ей придется подчиниться его правилам.

Негромкий щелчок за ее спиной означал, что дворецкий вышел и она осталась наедине с Крузом. Женщину захлестнула паника. Ей хотелось убежать. Сабрина напомнила себе, что она не пленница Круза, а его гостья и сможет уехать в любое время.

Она хорошо знала Кенсингтон и раньше часто совершала покупки в его дорогих бутиках, но после исчезновения отца ее жизнь кардинально изменилась. Год назад Сабрина разъезжала бы в «бентли» с личным шофером. Теперь «бентли» стоял в гараже и ждал, когда его выставят на аукцион. Потратиться на такси она не решилась, поэтому до роскошной квартиры Круза Сабрина добиралась на метро. Впрочем, ее не слишком печалила потеря прежних удобств. Все ее мысли занимало одно: как сохранить Эверслей и помочь брату стать пилотом.

Сабрина смотрела, как Круз приближается к ней. Она была потрясена, словно увидела его в первый раз. Он был ошеломляюще красив. На нем были прекрасно сшитые черные брюки, в вырезе бледно-голубой шелковой рубашки виднелась бронзовая кожа. Сабрина заметила блеск золотых часов на запястье Круза. Это был эксклюзивный и исключительно дорогой бренд.

Происходящее казалось ей нереальным. Невозможно поверить, что этот изысканно одетый, холеный мужчина десять лет назад был бедным горняком и ее первым любовником. Единственной его одеждой были рваные джинсы и простенькие рубашки, но Сабрину нисколько не волновало, что у него нет денег. Ей казалось, что она ни дня не сможет прожить без его оливково-зеленых глаз, широкой улыбки, шелковистых волос, колечками падающих на лоб, без его мускулистого тела, которое доставляло ей величайшее наслаждение.

Воспоминания о занятиях любовью с ним замелькали в ее голове, и Сабрина опустила ресницы, чтобы скрыть от Круза свои глаза, которые могли ее выдать. Но она не смогла ничего поделать с предательски участившимся пульсом у основания шеи, когда он поднял руку и вытащил зажим из пучка, так что ее волосы заструились по спине.

Круз встретил ее сверкающий взгляд уверенной улыбкой.

– Тебе нужна помощь. Я предлагаю тебе забыть чувство превосходства, – протянул он и вдруг резко сменил тему: – Твои волосы как шелк. – Он накрутил несколько прядей на палец. – Я хочу, чтобы они всегда были распущенными.

Сабрина жаждала послать его к черту, но счастье брата было важнее. Она сделала глубокий вдох и постаралась придать лицу спокойное выражение.