Органы госбезопасности в партизанском движении на территории БССР в годы Великой Отечественной войны - Наталья Анатольевна Шиманская

по развертыванию партизанской войны в тылу врага» предписывалось: «Все местности Белоруссии, занятые врагом, должны немедленно покрыться густой сетью партизанских отрядов, ведущих непрерывную, ожесточенную борьбу на уничтожение врага. В районах и селах создаются подпольные партийные и комсомольские ячейки, главная задача которых – мобилизация народа на беспощадную расправу с врагом»[124]. Эти же требования выдвигались в выступлении И. В. Сталина 3 июля 1941 г.[125], ряде руководящих документов.

В Директиве НКГБ СССР № 168 «О задачах органов госбезопасности в условиях военного времени» от 1 июля 1941 г. одной из основной задач сотрудников НКГБ, переводимых на нелегальное положение, указывалась необходимость «организации совместно с органами НКВД партизанских отрядов, боевых групп для активной борьбы с врагом на занятой им территории СССР»[126].

Уже 2 июля 1941 г. первый секретарь ЦК КП(б)Б П. К. Пономаренко, докладывая И. В. Сталину о том, что «в Белоруссии развернулось партизанское движение», указывал на необходимость «поддерживать, подогревать, руководить им…». В этом же документе П. К. Пономаренко предлагал создать при штабе фронта управление по руководству партизанской борьбой, которое он был готов возглавить, так как фактически уже этим занимался. Заместителем планировал назначить наркома НКГБ БССР Л. Ф. Цанаву[127].

Данное обстоятельство указывает на то, что в организации и управлении партизанским движением особое место отводилось Наркомату госбезопасности.

Необходимость создания партизанских отрядов и диверсионных групп, принятия мер по пресечению шпионажа декларировалась в выступлении по радио Председателя ГКО И. В. Сталина 3 июля 1941 г.[128]

В Постановлении ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 г. «Об организации борьбы в тылу германо-фашистских войск» отмечалась важность задействования органов государственной безопасности в организации партизанских формирований, диверсионных и боевых отрядов[129].

Для расширения разведывательной, контрразведывательной и диверсионной работы, приказом № 00148 наркома внутренних дел СССР Л. П. Берия от 20 января 1942 г. организована Центральная оперативно-чекистская группа (ОЧГ) НКВД по БССР[130].

Со временем задачи органов госбезопасности по организации партизанской борьбы перешли к созданному 30 мая 1942 г. Центральному штабу партизанского движения при Ставке Верховного Главнокомандования (ЦШПД). Действующие на оккупированной белорусской территории партизанские формирования были переданы в ведение созданного 9 сентября 1942 г. Белорусского штаба партизанского движения (БШПД). Тем не менее, руководящее звено во многих партизанских отрядах по-прежнему составляли оперативные сотрудники НКГБ – НКВД.

Чекисты направлялись в распоряжение Белорусского штаба партизанского движения для оказания практической помощи партизанам. При этом, по свидетельству П. А. Судоплатова, «…как следовало из директивы НКВД СССР от 13 июля 1942 г., штабам партизанского движения не подлежали передаче разведывательно-диверсионные группы специального назначения, действовавшие в тылу противника, разведывательная агентура, курьеры и связники, резиденты в немецком тылу, а также переписка по партизанским формированиям (сводки, донесения, доклады, радиограммы и др.). Таким образом, сложившиеся и развертываемые агентурные сети, контрразведка и отряды специального назначения, реализовывавшие особые задания, по-прежнему направлялись и контролировались органами госбезопасности СССР и БССР»[131].

В указании НКВД и НКГБ СССР наркоматам союзных республик от 21 июня 1943 г. разъяснялось, что «органы НКВД и НКГБ не ведут работы по организации партизанских отрядов и их баз. Этими вопросами занимаются партийные организации и штабы партизанского движения». Наркоматам предписывалось оказывать помощь этим структурам в организации конспиративной работы в отрядах и подпольных организациях, создания явочных квартир и других специфических мероприятий[132].

Задачи по оказанию помощи «партийным органам и штабам партизанского движения в организации конспиративной работы и в борьбе с агентурой противника, засылаемой им в партизанские отряды» перед чекистами ставились на протяжении всей оккупации территории Белоруссии[133].

Таким образом, несмотря на имевшую место некоторую дезорганизацию в первые месяцы войны, основные направления деятельности, определенные приоритетными в тот период, оставались неизменными на протяжении всей оккупации, что говорит о четкой и продуманной организации работы органов государственной безопасности и использовании их в соответствии с предназначением.

Деятельность органов государственной безопасности опиралась на нормативные правовые акты и строилась в строгом соответствии с действующим в тот период законодательством.

Основными направлениями работы ОГБ с первых дней оккупации были определены: организация партизанского движения, разведывательная и контрразведывательная работа, подготовка и осуществление диверсий на стратегически важных объектах противника, а также операций по ликвидации представителей германских властей.

Организация партизанского движения

С первых дней войны чекисты занимались подбором кадров для партизанских отрядов, инструктировали бойцов по проблемам организации разведывательной и контрразведывательной работы, осуществлению диверсий, применению конспиративных мер, командовали отрядами, занимались обучением тактике ведения партизанской войны.

Для подготовки квалифицированных кадров подрывников и разведчиков для работы в тылу противника НКВД БССР в июле 1941 г. была школа диверсантов-разведчиков, выпускники которой в дальнейшем успешно действовали в тылу противника. За время работы курсов было произведено два выпуска – в августе и сентябре 1941 г. с общим количеством 378 человек[134].

Заметное место в подготовке партизан и подпольщиков занял Оперативно-учебный центр (ОУЦ) в д. Ченки Гомельского района, созданный при штабе Западного фронта на основании приказа Наркома обороны и Главкома войсками Западного направления маршала С. К. Тимошенко от 13 июля 1941 г. На ОУЦ были возложены задачи по формированию, подготовке, снабжению и заброске в тыл противника отрядов и диверсионно-разведывательных групп. В центре изучались азы подрывного дела, владение оружием, топография, методы осуществления диверсий, основы конспирации и способы ведения разведки. Фактически центр являлся не только учебным заведением, но и мастерской-лабораторией по разработке диверсионной минно-подрывной техники, по опытным образцам которой на местных предприятиях организовывалось производство мин, гранат и приспособлений для осуществления диверсий. В докладе о работе центра за период с 13 июля по 5 сентября 1941 г. указывалось: «Всего в центре было подготовлено и выброшено на территорию, временно оккупированную врагом, 184 группы общим количеством 1424 человека…». С 5 по 20 сентября Центральной (Белорусской) школой центра было подготовлено 22 оперативных группы из 111 человек[135]. В основном группы забрасывались в тыл противника, а также в прифронтовые районы и пункты (Орша, Витебск, Бобруйск, Осиповичи, Минск, Слуцк, Гомель) вблизи железных и автомобильных дорог, имеющих стратегически важное значение[136].

Помимо обучения партизан органами государственной безопасности велась работа по организации партизанских формирований для осуществления разведывательно-диверсионной и боевой деятельности.

НКГБ БССР докладывал в НКГБ СССР о том, что по состоянию на 18 июля 1941 г. во всех районах Гомельской и Полесской областей «с участием наших органов созданы партизанские отряды для борьбы с наступающим врагом». В этом же спецсообщении излагались мероприятия по организации взаимодействия с партизанскими отрядами, оказанию им помощи. В частности, для приобретения конспиративных квартир и налаживания связи между ними и партизанами в Могилев, Гомель, Мозырь, Климовичи и в ряд других населенных пунктов были направлены оперативные сотрудники Наркомата. Создавались разведывательные, диверсионные