Сквозь перекрестный огонь - Луис Ламур

Брюс Барков побледнел. Он почувствовал себя разбитым. Значит, свершилось. Он кончен. Дэн Шют прямо заявил ему об этом в присутствии Пода Гомера. Краем глаза Барков видел циничное выражение, застывшее на лице шерифа. А под пря

мым, ироничным взглядом Шюта почувствовал себя маленьким и жалким.

- Ну хорошо, Дэн, если ты так настроен... Думаю, нам лучше расстаться.

- Нет, - усмехнувшись, грубо сказал Шют. - Мы не расстанемся. Ты сиди тихо. У тебя закладная, а я хочу эту землю. Хорошая у тебя была идея, Барков, да ты сам оказался для нее слаб в коленках. Если поведешь себя тихо и станешь слушаться, я прослежу, чтобы и тебе кое-что досталось. Брюс Барков яростно взглянул на Шюта. Он впервые понял, что такое ненависть. Его только что уничтожили. Уничтожили за несколько минут. Этого не утаишь. Еще до вечера об этом узнает весь город. Раздавленный, Барков смотрел на Шюта с ненавистью в глазах.

- Не слишком ли далеко ты заходишь? - злобно спросил он.

- Ты можешь сохранить жизнь и даже выбраться из этой истории с несколькими долларами в кармане, - спокойно пожал плечами Шют. -А можешь и умереть. Убить тебя - очень просто, Барков! - Он взял шапку. - У нас было прекрасное дело. Идея зашанхаить Родни принадлежала тебе. Почему ты его попросту не пристрелил, я никогда не пойму. Пристрели ты его - и этот Карадек никогда бы с ним не встретился, не явился бы сюда мутить воду. Ты мог давно уже предъявить закладную, и мы сейчас занимались бы нефтью.

- Об этом Карадек ничего не знает, - запротестовал Барков.

- Черта с два! - глумливо усмехнулся Шют. - Мои люди следят за Карадеком уже несколько дней. Он что-то почуял и облазил все вокруг. И за холмом побывал. И долго любовался этим выходом нефти. Он не дурак, Барков.

Брюс Барков поднял глаза.

- Да, - неожиданно легко согласился он. - Карадек не дурак. И к тому же ловок с револьвером, Дэн! Он ловок с револьвером! Он управился с Бойном!

- Бойн был ничтожеством, - пожал плечами Шют. - Я мог отшлепать Война его же собственным револьвером. Когда-нибудь я убью Карадека, но сначала я хочу его избить. Избить собственными руками!

Он встал и прошествовал к выходу. Мгновение Барков смотрел ему вслед, потом перевел взгляд на Пода Гомера. Шериф рассеянно строгал палочку.

- Ну что ж, - проговорил он, - Шют тебе все сказал. Барков мрачно сжал губы; Итак, Гомер тоже участвует в игре. На стороне Шюта. Барков пожал плечами.

- Дэн повел дело неправильно, - сказал он. - У меня еще есть туз в рукаве. - Он посмотрел на Гомера. - По-моему, тебе лучше было бы играть на моей стороне.

- Я с выигрывающим, - усмехнулся Гомер. - Здоровье у меня отменное. Так что не хватает мне только денег.

- Думаешь, выиграет Шют?

- А ты думаешь иначе? - вопросом на вопрос ответил Гомер. - Он тут тебе много чего наговорил, а ты проглотил.

- Да, потому что знаю - в стрельбе "мне до него далеко. До тебя тоже. Барков глубокомысленно посмотрел на шерифа. - Это будет славное дело. Под. И хорошо поделится на двоих.

Гомер встал и со щелчком закрыл складной нож.

- Покажи мне цвет твоих денег, - сказал он, - в отсутствие Дэна Шюта. Тогда мы сможем поговорить. Кроме того, - добавил он, - если ты расскажешь об этом разговоре Дэну, я назову тебя лжецом на улице или в "Национале". Я заставлю тебя схватиться за револьвер.

- Я буду молчать, - пообещал Барков. - Я кое-что узнал. Когда мы получим ответы на некоторые твои и мои запросы, то узнаем еще больше. Добровольно Борджер ни за что не отпустил бы Карадека с корабля после знакомства с Родни. Полагаю, Карадек дезертировал. И похоже, мы сможем обвинить его в мятеже на борту. А это означает повешение.

- Может и так, - согласился Гомер, уходя - покажи, что у тебя хорошие карты, и я тебя полностью поддержу. Брюс Барков долго смотрел вслед удаляющейся спине Пода Гомера. Этого он, по крайней мере, понимал. Барков знал, что не нужен Гомеру. Но если он сможет доказать, что выйдет из игры победителем, то Гомер окажется сильным союзником. А к его голосу всегда прислушивается судья.

Карты лежали на столе. Заправлял колодой теперь Дэн Шют. Барков не был уверен в том, что именно предпримет сейчас Шют. С некоторым волнением он осознал, что несмотря на всю близость с Шютом, слишком мало знает о том, что скрывается за этим грубым и жестким лицом. Но уж склонным тянуть и медлить Шюта не назовешь. Что бы ни предпринял Дэн, это окажется жестким, неожиданным и решительным действием.

Больше всего потрясли Баркова намерения Шюта в отношении Эин Родни. Почему-то Барков всегда был уверен в Энн. Он, действительно, хотел на ней жениться. Правда, ему нужна была и ее земля, поскольку Барков дальновидно предвидел, какое значение приобретет нефть в будущем. Но Энн Родни сама по себе была ему мила и интересна. Существовал лишь один способ разрушить планы Шюта, нанести ему поражение - немедленно жениться на Энн. Рейф Карадек тревожил его теперь куда меньше, чем Дэн Шют. В его представлении ран-черо вырос в большую и грозную фигуру: Барков видел, как Шют с одинаковым равнодушием убивает и людей, и скот.

Брюс Барков решился. Будь что будет - он женится на Энн Родни и навсегда увезет ее из этих мест. Бежать на северо-запад, в лагеря золотоискателей, глупо, в земли индейцев юта - ничуть не лучше. Оставался единственный путь форт Фил-Кирни, и это не слишком далеко. А оттуда - с эскортом или без него они смогут добраться до Йеллоустона.

В этом году первый пароход уже поднялся по Йеллоустон-ривер, и все шансы были за то, что за ним последует другой. А если нет - они смогут спуститься по реке на каноэ или барже, пока не повстречают пароход и купят билет до Сент-Луиса. Тогда в его руках окажутся и Энн, и все права на землю.

Пусть Гомер думает, что хочет. Пусть Дэн Шют считает, что он удовлетворен второстепенной ролью. Он начнет действовать, а потом ударит - неожиданно и быстро; и окажется далеко отсюда, прежде чем Шют поймет, что же произошло.

Барков тщательно обдумывал план, до малейших деталей.

Лошадей на его ранчо достаточно. Он одолжит у Бейкера повозку, чтобы взять Энн на прогулку, а на ранчо они пересядут на лошадей и уедут. Ее ли повезет, то прежде чем кто-нибудь здесь сообразит, что же случилось, они окажутся далеко-далеко.

Зайдя в магазин, Барков купил у Бейкера патроны. Торговец разглядывал его с выражением, очень не понравившимся Баркову.

- Энн дома? - спросил он.

Бейкер кивнул и указал на занавеску. Энн поднялась при его появлении. Он сразу же ощутил холод - так его никогда не встречали.

- Полагаю, вы думаете обо мне довольно, плохо, - горестно начал Брюс. Теперь я сам понимаю, что не должен был слушать Дэна Шюта и Гомера. Под клялся, что располагает доказательствами, а Шют считает Карадека мошенником и скотокрадом. Знай я правду - ни за что бы не принял в этом участии.

- Было очень плохо, - согласилась Энн, вновь усаживаясь за вязание. - А дальше что?

- Не знаю, - признался Барков. - Но я хотел бы избавить вас от всего этого. Боюсь, впереди еще будут убийства и беспорядки, Дэн Шют слишком возбужден. Он убьет Карадека.

Энн посмотрела на Баркова.

- Думаете, это так просто?

- Да, - кивнул он. - Дэн опасный человек. Грубый, жестокий и ловкий с револьвером.

- А я думала, вы с ним друзья, -заметила она, глядя Баркову прямо в глаза. - Что изменило вас, Брюс?

- Так, мелочи, - он пожал плечами. - Шют показал себя сегодня жестоким и бесчувственным. Ради достижения своей цели он не остановится ни перед чем,

- Думаю, все-таки остановится, - не согласилась Энн. - Думаю, он остановится перед Рейфом Карадеком. Барков в изумлении уставился на девушку.

- Похоже, Карадек произвел на вас впечатление. Что заставило вас так думать?

- Брюс, до сегодняшнего дня я его по-настоящему не видела, - призналась она. - Какими бы ни были его мотивы, и поступки, он проницателен. Думаю, он намного опаснее Дэна Шюта. И что-то в нем есть. Да-да, воспитание. Оно проступает в манерах больше, чем в словах. Хотела бы я знать о нем больше...

Раздраженный ее словами, в которых звучало столь откровенное уважение к Рейфу Карадеку, Брюс гневно передернул плечами.

- Не забывайте, что он, может быть, убил вашего отца. Энн вскинула глаза.

- Он ли, Брюс? Ее вопрос испугал Баркова. Прикрыв глаза, он пожал плечами: "Можно ли знать наверняка?". Потом встал

- Я беспокоюсь о вас, Энн. Очень скоро здесь все вспыхнет. Не пальба в городе - так индейцы. Я хотел бы увезти вас отсюда.

- Но это мой дом! - запротестовала она. - Это все, что у меня есть!

- Не совсем так, - потупил глаза Барков. - Хотели бы вы уехать в Сент-Луис, Энн? Она удивленно посмотрела на неге.

- Сент-Луис! Но как...

- Не так громко, - он тревожно оглянулся на дверь. Неизвестно, кто мог подслушать. - Я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал об этом до вашего решения. Я всегда мечтал жениться на вас. И теперь для этого самое подходящее время,

Энн встала и подошла к окну. Сент-Луис, это другой мир: Шесть лет она не видела настоящего, большого города. И в конце концов, они уже полгода, как помолвлены.