«На суше и на море» - 75. Фантастика - Александр Казанцев

— Как же объясняли это?

— По-разному. Меня, однако, мало убеждают рассуждения о внезапных титанических турбулентных вихрях в атмосфере или водоворотах в океане. Почему вдруг возникают эти мгновенные циклоны или водовороты? Почему так внезапно выходят из строя все приборы?…

— Но все-таки были же какие-то разумные предположения?

— Интересное соображение высказывалось о таинственных взрывоподобных инфразвуковых пиках в океане. Некоторые ученые выдвинули гипотезу о существовании некоей «дыры» в небе в районе Бермудских островов. Но их и слушать не стали. Однако вот что любопытно! Когда на карту нанесли координаты катастроф за многие годы, выявилась поразительная закономерность. Получились, правда, не «треугольники», а, скорее, «ромбы смерти». В 250 милях к югу от острова Хонсю обнаружился район, по частоте катастроф сходный с Бермудами. Самолеты исчезали на линии, проходящей южнее острова Гуам. И эти «ромбы» расположились точно один против другого по обе стороны северного полушария — возле тридцатого градуса северной широты, вытянуты градусов на тридцать с востока на запад. Такая же аномалия и в Средиземном море. Возникло предположение, что должны быть аналогичные зоны и в южном полушарии. И в самом деле, у восточных берегов Южной Америки, Южной Африки и Австралии те же роковые координаты.

— А сопоставляли, — нетерпеливо перебил я, — температурные инверсии воздуха и воды? колебания атмосферного давления? характер поверхностных и глубинных океанских течений? геомагнитные аномалии? К каким же выводам пришли кроме самых общих?

— Не так уж все было безнадежно. Высказывалась довольно убедительная гипотеза, Алеша. Электромагнитологи объясняли все эти странности существованием пяти пар диполей. И действительно, когда через глобус проткнули спицы, соединявшие попарно противоположные «ромбы смерти», то они прошли точно через самый центр Земли. Но опять-таки никто не взял на себя смелость предположить, что или кто «включает» эти диполи, — почему их действие непостоянно.

— М-да, наверное, имеет смысл выяснить в конце концов природу этих аномалий, попытаться нащупать их ритм.

— Вот-вот, Алеша, — с готовностью подхватил Майкл, покосившись на меня. — Ты уж, пожалуйста, постарайся это сделать. На то ты и командир Экологического патруля.

— Ладно, ладно, воодушевился, — проворчал я, вставая, — не перекладывай своих забот на меня. Если что-то произойдет, немедленно сообщи. Мы будем в Новой Зеландии.

— Опять Мадлен тебя эксплуатирует ради спасения очередной живности, попавшей в беду?

— Что делать! — примирительно улыбнулся я. — Дельфины, конечно, не вулканы или циклоны, но все-таки…

Когда мы вошли в сектор охраны животных, помощники оператора, взволнованно переговариваясь, столпились у пульта. Клочья грозовых облаков неслись на экране над скалистым берегом. Несколько дельфинов, задыхаясь, бились на песке, и их прерывистый отчаянный свист заполнял комнату.

— Мадлен! — коснулся я плеча оператора. — Координатор направил меня в твое распоряжение.

— Алеша! Ты снова наш спаситель! — обрадовалась она. — Вот программа для автопилота: я сама приготовилась к вылету. Пусть Джоанна возьмет мой высотный костюм.

…Подняв гравиплан, я повел его по кругу. Машина Джоанны подстроилась к моей, и через несколько минут мы уже приземлились на пустынном морском берегу, около старой бревенчатой фермы. Еще издалека мы разглядели детей, растерянно сбившихся возле дельфинов. Когда волны набегали на песок, дельфины, взмахивая хвостовыми плавниками, окатывали друг друга. Дети обрадованно подбежали к нам. Насквозь мокрые, окоченевшие от холода, они заговорили одновременно, но мальчик постарше остановил товарищей.

— Мы им не можем помочь: они такие тяжелые! Одного мы спихнули в воду, но он опять с разгона выбросился на берег.

— Наверное, не хотел расставаться с друзьями, — тараща на нас глаза, перебила его крохотная девчушка.

Джоанна наклонилась над маленьким дельфином.

— Да, ведь это новорожденный! Вероятно, он первым оказался на берегу и начал звать на помощь. Тут уж, конечно, все стадо устремилось на выручку… Дельфиненка в первую очередь и надо спасать, тогда успокоятся и все остальные. Ах ты, дуралей! Да какой же ты гладкий, теплый, — приговаривала Джоанна. — А ну-ка, ребята, помогите!

Очутившись в воде, дельфиненок то ли от ласкового голоса, то ли от прикосновения заботливых рук стал посвистывать уже не так жалобно, а скорее вопросительно: «Где же вы, родители?» Поодиночке мы перенесли дельфинов в родную стихию. Поддерживая за грудные плавники, водили их вдоль берега, стараясь, чтобы их дыхала оставались над волнами. Постепенно они оправились от шока, стали плавать вдоль берега, нырять, и наконец, окружив дельфиненка, устремились в открытое море.

Мы стояли на берегу и, не замечая шквалистого ветра, бросавшего клочья пены в лицо, провожали глазами дельфинов, пока те не исчезли среди волн. Потом направились к дому, но Джоанна, вдруг обернувшись, помахала кому-то рукой и послала воздушный поцелуй в сумрачное небо. Я удивленно взглянул на нее и, сообразив в чем дело, тоже поднял голову, представив радостное оживление в секторе Мадлен. Обходя острые камни, мы шли к ферме, и как же странно выглядели рядом с нею наши гравипланы!

— Хорошо, что вы подоспели, — встретил нас на полпути хозяин фермы, задыхаясь от бега. — С городом невозможно связаться. Тераи! — представился он.

— Все в порядке! — весело бросила Джоанна. — Дельфины в безопасности. Вот только на нас сухой нитки не осталось, да и ваши дети изрядно промокли, как бы не заболели.

— Просушите здесь ваши доспехи, обогрейтесь, — говорил старик, распахивая дверь дома. — Уложу внуков спать, и тогда все будет действительно в порядке.

Переодевшись, мы расположились у жарко полыхавшего камина. После сочного бифштекса пили крепчайший индийский чай и благодушествовали. Разрумянившиеся ребята сидели рядом и, несмотря на уговоры деда, никак не хотели идти спать.

— Когда я вырасту, — с важностью изрек мальчик, поглядывая на Джоанну, — то буду гравилетчиком.

Джоанна улыбнулась:

— Ну тогда дельфины под надежной охраной. А знаете, ребята, как писали о них в глубокой древности: «Еще ничего не было создано на свете прекраснее, чем дельфин! Хотя ему ничего не нужно от людей, он их великий друг и многим оказывал помощь».

— Мои предки, полинезийцы, в давние времена умели разговаривать с дельфинами, — сказал Тераи. — Вот вы что-нибудь слышали о «вызывателях дельфинов»?