Созданный для нее (ЛП) - Райли Алекса

Положив руки на внутреннюю сторону ее бедер, я раздвинул их как можно шире. Я склонился и поцеловал киску, но уже для собственного удовольствия. Вкус обнаженных складок вознес меня на новый уровень существования. Внезапно я превратился в животное на заре человеческой эры, ведомое желанием владеть Дженни.

Проведя двумя пальцами по ее бедру, я погрузил их во влажный вход. Пока я двигал ими вперед-назад, она вздыхала, но остановиться не просила.

— Моя, — прорычал я сквозь стиснутые зубы и провел языком от половых губ до клитора.

Стоило мне найти внутри заветную точку и потереть ее, как Дженни выкрикнула мое имя. Я растягивал ее, заставляя мучительно хотеть большего и содрогаться всем телом. Исполняя все ее желания, я вместе с тем ни в чем себе не отказывал. Я был эгоистом, что распаляло ее еще больше. Дженни хотела лишить меня самообладания, поэтому я терял над собой контроль. У меня не осталось ни капли выдержки.

— Я хочу тебя трахнуть, — прорычал я, втянув в рот сначала одну половую губу, затем другую. — Хочу нагнуть тебя и вонзить член в твою маленькую тугую дырку.

— Черт, — прошептала Дженни, покачивая бедрами в одном ритме с движениями моих пальцев.

— Хочу кончить в твою девственную киску, чтобы ты забеременела, — мне стало совершенно плевать на все. Я терял здравомыслие и свято верил, что в ее киске было мое спасение. Мысли о Дженни давно сводили меня с ума и теперь, попробовав ее, я сорвался.

— Боже, почему меня это заводит? — простонала она, истекая сильнее.

— Что я трахну тебя или что в процессе ты забеременеешь?

— Все сразу, — выдохнула Дженни, и я снова потер точку G. — И то, и другое.

— Когда у тебя начался цикл? — спросил я, облизывая киску и натираясь пульсировавшим членом о кровать.

— Две недели назад, — Дженни взбрыкнула бедрами, нуждаясь в моем рте.

— Черт, у тебя овуляция, — я задвигал пальцами быстрее. — Ты принимаешь что-нибудь?

— Нет, — простонала она, шире раздвинув ноги.

Выругавшись, я открыл рот и, припав к киске, продолжил работать языком. От разговоров о беременности Дженни промокла насквозь.

— Перевернись, — проворчал я и, потянувшись к ширинке, рывком ее расстегнул.

Когда Дженни без малейших раздумий исполнила приказ, я скинул с себя джинсы вместе с боксерами. Толстый член оказался на свободе. Благодаря Дженни головка поблескивала от предсемени. Все для того, чтобы легче войти.

— Бедра вверх, божья коровка.

Прижавшись грудью к постели, Дженни раздвинула ноги и приподняла зад. Я накрыл ее собой и провел мокрой головкой между складками.

— Держу пари, у нас получится с первой попытки, — одной рукой я обвил Дженни, придержав ее ладонью под низ живота. — Вот так, — я вставил в нее член. Она напряглась, но я крепко держал ее и входил глубже. — Тсс, я уже почти там, — подбодрил я Дженни, давая ей все больше себя.

— Боже, — она задыхалась, но не просила ни остановиться, ни замедлиться.

— Ты отлично справляешься, — заверил я, придерживая ее под живот и продвигаясь дальше.

Мои яйца прижались к влажным половым губам, и я понял, что проник максимально глубоко. Тугая киска сдавила ствол, выжав из него немного спермы.

— Я буду всегда давать тебе все, что только пожелаешь, Женевьева, — я поцеловал ее в плечо и, выйдя на пару сантиметров, вошел обратно. Мне не хотелось покидать Дженни даже для того, чтобы снова с ней слиться. Поэтому я двигался мелкими толчками. Оставаясь глубоко в ней, я потянулся вниз и пальцами поиграл с клитором.

— Дождаться не могу, чтобы ты забеременела, — прошептал я, когда Дженни напряглась. — Как только кончишь, твоя матка станет мягкой и готовой, чтобы я тебя оплодотворил.

Она ахнула, потом вскрикнула, и ее тело не смогло противостоять мощной волне. Мои пальцы на клиторе, толстый член в киске, и Дженни было не спастись.

Она практически упала от силы оргазма, но я схватил ее за бедра и, протолкнувшись глубже, разрядился. Сперма струями извергалась из головки, и я освобождался, пока не излил все до последней капли. Я взревел как лев, заявляя о своих правах и отмечая Дженни каждым возможным способом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хватая ртом воздух, я завалился набок и утянул ее за собой. Я остался в ней и попытался заново научиться дышать. Обвив Дженни руками и ногами, я не дал ей ни единого шанса отстраниться, отчаянно желая быть к ней как можно ближе.

— Вот что случается, — прошептал я, поцеловав ее в плечо.

— Ты о чем?

— Вот что случается, когда я теряю контроль.

— Мне понравилось, — обернувшись, Дженни закусила губу.

— Осторожнее, божья коровка. Ты подкармливаешь дикое животное, — снова вонзившись в нее, я понял, что ночь будет долгой.

Глава 15

Женевьева

Проснувшись от громкого стука, я приподнялась в постели и посмотрела на пустое место рядом со мной.

— Оставь внизу, — раздался за дверью окрик Барретта.

Рухнув обратно, я перевернулась и, уткнувшись лицом в подушку, вдохнула его аромат. Мне не хотелось вставать, и я сожалела, что Барретт не остался со мной в постели.

Прошлая ночь была идеальной. При воспоминании о его словах мое сердце затрепетало. Он в мгновение ока превратился из нежного милого мужчины в варвара. Я не знала, какой из вариантов лучше. К счастью, мне не нужно было выбирать.

Каким бы распутным ни было заявление Барретта о детях, оно завело меня. Положив руку на живот, я оставила ее там. Возможно, мы просто вели грязные разговоры, но беременность предотвратить не пытались, значит, дело было серьезно. Спросить совета у сестры я не решилась. Она вошла бы в раж и начала составлять списки детских вещей.

Барретт недвусмысленно намекнул о своем целомудрии, так что о венерических заболеваниях я не волновалась. Однако беременеть от мужчины, с которым мы даже не встречались, было безумием. Хотя если подумать, что ужасного могло произойти? Я бы забеременела, и мы бы не ужились? Можно было совместно воспитывать ребенка. Из Барретта наверняка вышел бы неплохой отец, к тому же все мои знакомые считали его порядочным до мозга костей.

Однако мысль о расставании причиняла боль. Пускай мы почти не побыли вместе, но наши отношения казались правильными.

В спальне было темно, и я посмотрела в потолок, но окно исчезло. Найдя на прикроватной тумбочке часы, я поняла, что перевалило за десять. Меня поразило, как долго я спала. Прошлая ночь со звездами над головой была прекрасна. Секс с Барреттом превзошел мои самые смелые ожидания и был так хорош, что вполне мог мне присниться.

После очередного громкого стука я села и попыталась вычислить его источник. Барретт что-то прокричал и секунду спустя появился на пороге. Пока я судорожно заворачивалась в одеяло, он зашел в спальню и прикрыл за собой дверь.

Глядя на него, я могла поклясться, что он с каждой встречей становился горячее. Барретт никак не мог быть девственником. Картина не складывалась.

— О чем задумалась? — улыбнулся он, подойдя к кровати.

— Куда делось окно в потолке? — спросила я, постеснявшись озвучить свои мысли.

— Алекса, открыть окно в крыше.

Ставень буквально сливался с потолком и не был заметен, пока не отъехал вбок. В комнату пролился солнечный свет, и я насладилась его лучами.

— Ничего себе, — неудивительно, что я проспала так долго.

— О чем на самом деле ты думала? — Барретт погладил меня по щеке. — Расскажи мне.

— Ты действительно был девственником? — я облизнулась, стесняясь обсуждать то, чем мы занимались накануне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Наклонившись ко мне, Барретт улыбнулся.

— Да, — ответил он, прежде чем поцеловал меня. — В это так сложно поверить? — откинув одеяло, Барретт повалил меня на постель. — Ты тоже до меня ни с кем не была.

— Я моложе тебя, — сказала я между поцелуями и обняла его за шею. — Почему на тебе столько одежды? — я потянула его футболку, спеша от нее избавиться.