Ученик некроманта. Мир без боли - Александр Гуров

– Я люблю тебя, Энин, – как завороженный твердил некромант, а имитаторша подошла к нему вплотную и, не прекращая танца, стала медленно раздевать. А, когда вся одежда юноши оказалась на полу, она стала перед ним на колени и начала одаривать его чресла возбуждающими поцелуями. Перед глазами Сандро все поплыло, он попал в столь блаженную страну, что готов был жить в ней вечно, ни на секунду не покидая. А Дайра в образе Энин с каждым мигом становилась все более страстной, ее нежные поцелуи и движения вызывали в юноше все большие бури эмоций и желаний. Все его тело напряглось. Его руки задрожали и с ласковой силой схватили ее за волосы, заставляя двигаться все быстрее. А позже, когда экстаз захлестнул волной, более похожей на цунами, его ноги не выдержали и он рухнул на пол. Дайра ловко запрыгнула сверху и, почувствовав Сандро внутри себя, тихо простонала. Окунувшись с головой в страстное наслаждение, она впилась длинными ногтями в его грудь: где лишь скрежеща о кости скелета, а где – расцарапывая плоть до крови. Сандро не чувствовал боли, только мечтал о том, чтобы дикие танцы, которые танцевала на нем Энин, никогда не заканчивались.

И они не заканчивались. Долго, очень долго, но все хорошее, к вящему сожалению, всегда подходит к своему завершению. И спустя время, отведенное богами, бушующее пламя утихло, а Дайра, которая бережно сохранила на себе образ Энин, спокойно отошла ко сну, зная, что в ее чреве – ребенок Пророка.

Сандро лежал на полу, гладил огненные волосы возлюбленной, которая прильнула к его груди, и с невыносимым сожалением думал о том, что все случившееся – лишь иллюзия, имитации. А настоящая Энин, ту, ради которой он готов пожертвовать собой, спит в цилиндре Двубога и из последних сил борется за жизнь, а Сандро ничем не может ей помочь.

– Я люблю тебя, Энин, – сказал некромант своим мыслям, а не той, что лежала у него на груди и была лишь имитацией правды, но не правдой.

Будто в ответ на признания некроманта, тяжелый засов с шумом отошел и двери открылись. Сандро повернулся на шум и заметил на себе печальный и отстраненный взгляд молодого Ди-Дио, который по непонятным причинам вновь принял людской облик и стоял на пороге, не шевелясь.

– Отец сказал, что тебе необходимо отужинать, – голосом, лишенным эмоций, сказал он и скользнул взглядом по своей матери, которая делила отцовское ложе с другим. Диорес понимал, что так требуют обычаи и чужак здесь абсолютно не при чем, но не мог совладать с собой и чувствовал неведомую доселе горечь. Причем винил во всем скорее не пришельца, а отца, который так просто позволил традициям надругаться над собственной женой.

– Прости, – догадавшись, что к чему, Сандро спрыгнул с кровати, пытаясь не растревожить спящую Энин, то есть не Энин, а Дайру, и поспешно принялся одеваться. – Ты, наверное, не так понял… – попытался объясниться некромант, но отчаянно не мог подобрать слов.

– Все в порядке, – отворачиваясь, сказал Диорес. – Тебя ждут, Двуликий.

– Кто? – удивился Сандро.

– Твой друг, – отозвался имитатор. – Отец сказал, что тебе предстоит с ним нелегкая беседа.

Сандро молча выругался. Все эти метания и нелепые любовные игрища выбили его из колеи. Он совсем позабыл, что планировал поговорить с Батури и сказать ему о том, что дальше их пути расходятся.

– Да, – кивнул некромант, накидывая на себя черный плащ. – Веди.

По традиции имитаторов серьезные беседы обязательно проходили за едой, именно поэтому Диомед, пока супруга была занята, сам позаботился о приготовлении пищи. Но ужин, тем не менее, накрывал Диорес, а главы семейства и вовсе не было нигде видно.

Молодой Ди-Дио в привычном для себя людском облике ловко сновал вокруг столом, за которым сидел Сандро и вампир, и быстро заставляя его снедью. Некромант даже удивился, откуда в пещере взялось столько разных яств: были тут и жареная рыба, и солонина, и вареное, и валяное мясо, и фрукты, и овощи, и даже походившая чем-то на мох зелень. В общем Двуликий, как теперь называл чародея мальчик-Ди-Дио, никак не ожидал такого ужина. Не выдержав, он поинтересовался, откуда здесь всё это, на что получил быстрый ответ:

– В пещерах есть внутренние реки, где водиться рыба; пастбища мха, которым питаются не только слепуны, но и Ди-Дио; черноземы, где выращиваются фрукты и овощи. Горы лишь с виду ничего не родят, на самом деле здесь не так плохо жить, – с некоторой тоской в голосе, будто жизнь здесь не так весела, как он хотел показать, сказал Диорес.

– Это все, конечно, хорошо, – одобрительно кивнул вампир, будто нуждаясь в подобной пище, – но нет ли чего-нибудь более свеженького? Мой род, видишь ли, не сильно жалует готовую пищу, предпочитая сырую, а еще лучше – живую, – вампир широко улыбнулся, намеренно демонстрируя нечеловеческий прикус и два длинных, будто у огромной кошки, клыка.

– Нет ничего проще, – ничуть не смутился Ди-Дио. – У нас есть стадо слепунов. Не люди, конечно, но строение желудка, как утверждает отец, у них очень схожи с людскими…

– Проверим, – отмахнулся вампир. – Веди своих слепунов.

Безразлично кивнув, Диорес удалился. И не возвращался довольно долго, чем и воспользовался Сандро, развязав волновавший его разговор:

– Не хочу ходить вокруг да около. В самое ближайшее время я покину пещеры Ди-Дио и пойду навстречу войскам Фомора, чтобы с его помощью помешать Арганусу захватить власть, а при возможности, и убить лича.

– Чем-чем ты хочешь заняться? – брови вампира удивленно изогнулись. – Объявить Арганусу войну и в одиночку пойти против его армий? Да ты смешон, полумертвый. Или тебя утомила жизнь в таком нелицеприятном образе? Так давай я тебе помогу и лишу бренного существования за сущие мгновения.

– Спасибо за предложение, – Сандро закатил глаза, устав от постоянных колкостей вампира, – но у меня несколько иные планы. Не стану тебя посвящать в них, они тебя не касаются, но, можешь мне поверить, я не самоубийца и не сомневаюсь в том, что добьюсь желаемого результата.

– Я очень рад твоей уверенности, полумертвый, но, как бы тебе сказать, ты все равно пойдешь со мной. Дело в том, что я не собираюсь в одиночку тащиться с двумя живыми через весь Хельхейм и защищать их, рискуя собственной жизнью. Хочешь, чтобы с ними все было в порядке, тебе придется помочь мне в этом пути, а потом можешь идти туда, куда тебе заблагорассудится.

– Нет, с тобой я никуда не пойду. Я уже решил, и не изменю своему решению.

– Ха! Он, видите ли, решил! – скривил комическую рожицу вампир, но быстро принял серьезный вид, сложил руки в замок и испытывающим взглядом уставился на собеседника. – Ты изменишь свое решение.