Непослушание (ЛП) - Линч Карен

Дверь кабинета Рауля открылась, и я услышала громыхание низкого голоса.

— Пока мы не узнаем с чем имеем дело, думаю, так будет к лучшему, — сказал Хамид, широким шагом выходя из кабинета.

Следом за ним вышел Рауль.

— Может это несколько радикально, да и у нас нет особой потребности в дневном патрулировании.

Дневное патрулирование? Я так быстро вскочила со стула, что едва не опрокинула его.

— О чём вы говорите? — потребовала я, хотя я догадывалась, что предложил Хамид.

— Пустяки, — спокойно ответил Рауль.

— Я слышала, ты упомянул дневное патрулирование. Ты же не серьёзно.

Патрулирование в дневное время подобно походу в парк развлечений, когда все аттракционы закрыты. Чертовски скучно и ужасная трата времени.

Хамид повернулся ко мне.

— Насколько мне известно, демонической активности здесь не наблюдается в последнее время, и я считаю, будет безопасней отстранить молодых воинов от ночных патрулей на время.

— А я так не считаю, — сказала я, меня буквально переполняло от гневного возмущения.

Он продолжил говорить, словно я и словом не обмолвилась.

— Я планирую сегодня внести эти рекомендации Совету.

Я так сильно стиснула челюсть, что она разболелась.

— Можешь послать им свои рекомендации, повязав бантиком и с запиской, что мне глубоко плевать. Единственный способ для тебя удержать меня тут ночью, это приковать наручниками к кровати.

Его ноздри расширились, но я негодовала по полной, чтобы беспокоиться о том, что могла вывести его из себя.

Из двери, ведущей в гараж, послышался смех Мейсона.

— Нас не было всего несколько дней, а вы уже прибегли к наручникам.

Я встретила его с Броком свирепым взглядом.

— Рано радуешься, сомневаюсь, что тебе будет также весело, когда проведёшь здесь ночь, играя в пасьянсы.

Его ухмылка померкла, и он внимательно посмотрел на наши серьёзные лица.

— Что ты хочешь сказать?

Я обвинительно указала пальцем на Хамида.

— Он хочет посадить нас с тобой на дневной патруль.

Мейсон растерянно разинул рот.

— Что?

Брок покачал головой.

— В этом нет никакого смысла. Это пустая трата времени.

Я сложила руки на груди.

— Именно. И я не для этого тренировалась годами, чтобы просто сидеть и ничего не делать, когда необходимо выполнять работу.

Хамид сохранил своё гневно-непроницаемое выражение лица.

— Большинство воинов-новобранцев проводит свои первые несколько лет в бастионах, или же им дают менее опасные боевые поручения. Они редко работают в таких городах, как Лос-Анджелес.

— Редко, но не всегда, — парировала я. — Большинство молодых воинов не имеют такого опыта, какой был у меня ко времени окончания подготовки. К тому же у Тристана не возникло проблем с моим пребыванием в Лос-Анджелесе.

— Как и у главы Лонгстона, который отправил меня сюда, — добавил Мейсон.

— Сейчас особая ситуация, — сказал Хамид. — Мы понятия не имеем чему противостоим, и какая новая опасность может подстерегать нас. Вы не готовы к этому.

Я протяжно втянула воздух через нос, пытаясь сдержать свой нрав в узде.

— Изо дня в день ни один воин не знает, с чем он столкнётся. Когда Николас Даньшов был схвачен Магистром, его возраст и опыт не помогли ему. Как и Десмунду Эшворту, когда его атаковал Хель-колдун. И Крис Кент тоже стал жертвой Хель-колдуна... и кто бы мог подумать, прямо в Весторне. В прошлом году у нас тут по всей Калифорнии Лилин бегал, и знаешь, кто убил его? Воин, два года как вышедший с подготовки.

Хамид не ответил, и это было прекрасно, потому что я ещё не закончила.

— Я понимаю, что у тебя колоссальный опыт и вероятно ты такой же крутой как Николас. Я даже уважаю это. Но ты не знаешь ни меня, ни на что я способна, и чего не могу. Ты уже решил, что я не столь быстра как ты, но ты вообще хоть раз видел меня в сражении? Нет. Я тебе не нравлюсь, отлично. Я не пытаюсь выиграть приз в категории Мисс Популярность. Но не сбрасывай меня со счетов только потому, что я не подхожу под твои немыслимые стандарты.

И впервые с момента нашего знакомства, лицо Хамида смягчилось до чего-то, что не совсем походило на хмурость. Это что, восхищение?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Верно. А потом он опуститься на одно колено и признается мне в своей вечной любви.

Я плотно сжала губы, мне надоело спорить с ним об этом. Слишком взвинченная, чтобы сидеть и работать над отчётом, я повернулась к Броку и Мейсону.

— Не хотите устроить спарринг?

Мейсон обеспокоенно разглядывал меня.

— Даже не знаю. Насколько больно будет?

— Неженка, — разразился смехом Брок.

— Серьёзно? — Мейсон пихнул его. — Я что-то не слышал, чтобы ты первым вызвался.

Брок усмехнулся.

— Всё потому, что я старше и умнее тебя. И я был её игольницей в прошлый раз, когда она была в дурном настроении.

— Да, но ты и быстрее исцеляешься, — возразил Мейсон.

Я нетерпеливо затопала ногой.

— Так вы идёте или нет?

В зал управления вошла Вивиан.

— Я потренируюсь с тобой.

— Ладно, — рьяно согласилась я, чувствуя, как во мне закипает поток адреналина.

Вивиан рассказывала мне, как они соревновались с Николасом во времена их подготовки, так что она явно прекрасно владеет мечом. Мне просто нужен конкурент, чтобы сжечь всю негативную энергию, бурлящую во мне.

Она улыбнулась.

— Дай мне минутку, я переоденусь в тренировочную одежду.

— А я пока разогреюсь, — выкрикнула я ей вдогонку, когда она вышла из зала.

— Должно быть, будет весело, — сказал Мейсон Броку. — Не хочешь занять лучшие места?

Я сердито глянула на них и направилась в спортзал. Когда я проходила мимо Руля, он одними губами пробормотал "я разберусь".

Натянутая улыбка подёрнула мои губы. Я должна была знать, что он всегда будет на моей стороне.

Я проигнорировала Хамида, который словом не обмолвился после моей небольшой речи. Хорошо. Мне больше нечего было ему сказать. Он был слишком заморочен на своих методах, чтобы изменить решение, а я не собиралась отступать. Этому не бывать.

И я была более чем серьёзна, когда сказала, что им потребуется приковать меня, чтобы удержать от выполнения моей работы. С первого же дня, как я узнала кем была, единственным моим желанием было быть воином. Никто и ничто не лишит меня этого.

* * *

— Богом клянусь, я придушу его, если он пробудет здесь хоть ещё немного, — я разразилась тирадами в трубку телефона, вышагивая по краю бассейна. — Это будет убийство при смягчающих обстоятельствах. Никто, кто знает его, не сможет обвинить меня.

На другом конце линии раздался смех и, резко остановившись, я свирепо посмотрела на телефон.

— Это не смешно.

— Очень смешно, — произнесла Бет, а потом вновь разразилась хихиканьем.

Сара то ли смеялась, то ли плакала.

— О, Боже. Думаю, я только что описалась.

От этого они обе снова разразились смехом, и мне пришлось ждать целую минуту, пока они успокоятся.

— Бет, ты теперь в моём чёрном списке, — проворчала я.

— Я? — с трудом выдавила Бет. — А что насчёт Сары?

Я села на шезлонг и, нахмурившись, подняла глаза на вечернее небо.

— На этот раз ей прощается, и то только потому, что она беременна и она подвержена приступам безумия.

Сара шмыгнула носом.

— Беременность не делает безумной.

— Ну, не знаю, — произнесла Бет. — Только безумец будет есть эти отвратительные мули.

— Мули? — переспросила я.

— Это фейская водоросль, — объяснила Сара. — Эльдеорин дал мне немного, чтобы избавить от утренней тошноты.

Я закинула руку за голову.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И что с этим не так?

— А не так то, что она выглядит как слизистый шпинат, да и пахнет как грязные носки, — Бет издала рвотный звук.

— Вот когда будешь носить ребёнка-фейри, мы и поговорим о предпочтениях в еде, — нежно простонала Сара. — Не могу поверить, что беременность фейри длиться целый год. Я уже как футбольный мячик в одежде.