Крутой секс - Дмитрий Стрешнев

Пока все это происходило, Костик протиснулся к Моде Семеновне Цыкиной и прошептал ей на ухо:

— Простите, мадам, где у вас здесь телефон? У меня срочное дело.

Лицо мадам доложило Костику, что просьба о телефоне — это не самые прекрасные слова, которые от него ожидали услышать. Однако в конце концов она все же сказала:

— Возьми у Гоши ключ от комнаты Анатолия. Скажи, что я разрешила. Только аккуратней там. Анатолий уже ушел, не хочу, чтобы завтра у меня были претензии.

— Что вы, мадам! — заверил Костик. — Все будет шоколадно!

В отличие от Кати, он беспрепятственно проскользнул между черными уркаганскими фигурами и уплыл в коридор.

18

Сирота и Крюк подъехали к адресу, нацарапанному на салфетке Потерянным. Перед ними было обычное невзрачное строение в пять этажей без лифта. Крюк посмотрел на циферки над подъездом и наугад набрал на домофоне одну из квартир.

— Кто там? — квакнул в динамике настороженный женский голос.

— Здрасьте, это новый почтальон, — голосом воспитанного людоеда прохрипел Крюк. — Мне в подъезд войти. А код на почте не сказали.

Домофон подумал.

— Что-то поздновато.

— «Вечерку» поздно привезли, — объяснил Крюк.

— Ну, тогда входите.

Щелкнул замок. Сирота и Крюк вошли в пахучую атмосферу небогатого быта. Возле лестницы Крюк на секунду задержался, чтобы предупредить:

— Если козла нет, а его баба дома, устроим крутой секс!

Они поднялись на третий этаж и Крюк пухлым пальцем придавил на полминуты кнопку звонка.

Услышав электронную трель, Маша, жена Костика, вздрогнула. Когда «тирли-тирли» снова повторилось, она на цыпочках подошла к двери, заглянула в глазок и увидела двух мужиков с мордами то ли бандитов, то ли ДЭЗовцев.

— Кто там?

— Откройте, слесарь, — сказал один грубым голосом пролетария.

Другой таким же голосом добавил:

— Под вами у соседей все протекло.

— А откуда я знаю, что вы слесарь? — резонно спросила Маша. — У нас ничего не течет. Да и соседи мне не звонили. Документы у вас есть?

— Обижаешь, хозяйка, — сказал грубый голос, и перед глазком появилось что-то похожее на документ.

Впрочем, Маша не имела никакого представления о том, как выглядит удостоверение слесаря.

— Придет муж, тогда открою, — заявила она.

— Ну, ладно, — сказал голос. — Тогда сама будешь с соседями базар разводить. Пошли, Серега.

Попутно заметим, что Сироту действительно звали Серегой.

Маша засомневалась. Она помнила странное сообщение мужа о том, что ее придут убивать. Но еще лучше она помнила, что ее Костик — врун, сволочь и бабник. Однажды он наплел ей по телефону, что его украли инопланетяне, объявился через три дня с женской шпилькой в кармане, которую попытался выдать за обломок инопланетной антенны.

— Постойте! Покажите документ еще раз! — потребовала она.

И, чтобы лучше рассмотреть, накинула цепочку и приоткрыла дверь. Ах, лучше бы она этого не делала! Выяснилось, что эта сволочь и врун, ее муж, снова провел ее: оказалось, он сказал правду, и теперь надо было спасать свою жизнь. В дверь с наружной стороны сильно уперлись, а в щель влезла рука и хищно ощупала цепочку.

Хотя Костик иногда называл свою жену ведьмой, это была всего лишь метафора, и Маша не могла, подобно героине известного романа, улететь на швабре в окно. Поэтому единственным убежищем, которое у нее оставалось, был балкон. Схватив по дороге паспорт и деньги из шкатулки, Маша бросилась к балкону, холодея от мысли, что, возможно, придется прыгать с четвертого этажа. Воздух снаружи был пропитан холодом и ветром, но бедная Маша этого почти не почувствовала. Она принялась заваливать балконную дверь покрышками для «Жигулей». Покрышек было очень много, из-за них Маша два раза чуть не развелась. Соорудив гору из грязной черной резины, Маша перегнулась через перила, ища помощи неизвестно у кого. Пора было кричать что-нибудь вроде «Помогите!». Но много ли от этого проку в сырую ветреную ночь в нашем освиняющем людские души мегаполисе?..

В этот момент что-то просвистело над самым ухом у Маши, пролетев снизу вверх. Где-то над головой звякнуло, и во мгле протянулся тонкий стальной трос, устремившийся к верхнему балкону. Некогда было думать, откуда и зачем здесь эта струна. Маша подергала рукой: крепкая ли? — и приноровилась было перемахнуть через железные балконные перила, как вдруг увидела, что снизу к ней по струне ползет темная фигура. Она стала судорожно искать, чем прибить этого третьего по счету бандита, но кроме покрышек на балконе ничего дельного не было. Пока несчастная поднимала покрышку, собираясь обрушить ее на врага, тот уже успел добраться до балкона, но почему-то полез дальше, не удостоив женщину с покрышкой особого внимания. Теперь Костикова жена разглядела, что это мужик в камуфляже и небритый — короче, настоящий мачо. Маша отчаянно вцепилась в его пузырящиеся штаны.

— Гражданин, подождите!

— В чем дело? — сердито сказал тот. — Сейчас же отстаньте! Не мешайте работать!

— Это у вас работа такая — по чужим балконам лазить? — не отставала Маша. — А в милицию не хотите? Милиция!.. Эй, милиция!..

Мачо понял, что придется объясниться.

— У меня заказ! — сказал он, дергая ногой и пытаясь освободить штанину от цепкого маникюра.

— Какой еще заказ? Ври больше!

— Фирма «Крутой секс». Заказ на дом. Вариант «Ромео из спецназа».

— Я вас перезаказываю! — торопливо сказала Маша.

— Это невозможно. Звоните на фирму, вам пришлют.

— Сколько вам платит фирма? — спросила Маша. Ей показалось, что она уже слышит голоса ложных слесарей внутри квартиры.

— Это коммерческая тайна, — гордо сказал мачо.

— Все равно, я даю вдвое больше, — объявила Маша, вытащила из кармана халата зажатые в кулаке деньги и замахала ими в воздухе.

Ромео перестал дергать ногой и задумался, вися между двумя балконами.

— Ладно, — решил он наконец. — Спускаюсь к вам.

— Э, нет! — бурно возразила Маша, вцепляясь в камуфляжные штаны еще сильнее. — Я заказываю похищение. Сейчас же уносите меня отсюда!

— Куда? — растерялся мачо.

— Вон туда! — Маша указала вверх.

— Но там моя клиентка!

— Плевать! — категорически сказала Маша.

— Ладно, — согласился мачо. — Была не была! Что-нибудь придумаем.

Он спустился ниже и крепкой рукой обнял Машу за талию. Она обхватила его, словно шимпанзе, и они оба стали подниматься наверх, к заказанному адресу.

И вовремя, скажу я вам, потому что Крюк и Сирота уже вломились в квартиру. Им потребовалось немного времени, чтобы убедиться, что все комнаты абсолютно пусты. Растолкав покрышки, оба громилы выскочили на балкон и перегнулись через перила, чтобы увидеть внизу на газоне распростертое тело в халатике. Но тела не было. В конце концов они увидели струну. Сирота подергал ее рукой и озадаченно сказал:

– *! Не баба, а спецназ!

Они снова принялись рыскать по квартире, разыскивая что-нибудь, похожее на чемоданчик из серебристого металла, о котором им втолковывал Потерянный. Обнаруженные при этом некоторые другие вещи они распихивали по карманам или складывали в любимую хозяйственную сумку жены Костика.

В это время сам Костик добрался до комнаты Анатолия, нашел телефон и набрал свой домашний номер. После долгих гудков ему ответил автоответчик. На предложение электронного голоса оставить сообщение Костик приглушенно сказал в трубку:

— Маша, это я! Ты меня слышишь? Ты еще там? Бандюганы не появлялись?

Сирота выслушал эти слова, участливо склонившись над бормочущим аппаратом, снабженным, как это нынче принято, автоматическим определителем номеров. Ах, не шутите с техникой, господа! Вырвав страницу из первой подвернувшейся книги (это была Костикова любимая «Как заработать миллион»), Сирота записал, откуда пришел звонок.

Испортив книгу, друзья-грабители еще немного пошарили там и тут.

— Повалили отсюда, ничего тут нет, — сказал Крюк после того, как хозяйственная сумка была набита. — Козла, я думаю, не дождемся.

— Повалили, — согласился Сирота. — Интересно, откуда он про нас узнал?

Они вышли. Крюк нес сумку, а Сирота в прихожей напоследок сунул в карман куртки барометр в виде обезьяны.

19

После разговора с автоответчиком Костик успокоился и приободрился. Он понял, что жена поверила ему и вовремя сбежала из дома. Пускай громилы Потерянного теперь целуются с крепкими финскими замками! Короче, жизнь снова наладилась. Он аккуратно положил трубку на место, вышел из комнаты и прикрыл дверь.

За то короткое время, которое Костик отсутствовал, веселье зашло уже довольно далеко. Потерянный, сидя на диване, обнимал сразу двух девиц: прежнюю, в марле и другую, с грудями острыми, словно латинская буква «дубль-ве».