Любимец публики - Дениза Алистер

— А вы хотите сохранить их?

На лице Мелли отразилось смятение, голое беспомощно дрогнул. Дик заметно напрягся.

— Полагаю, так оно и есть, — пробормотал он, потирая небритый подбородок, — пусть даже события развиваются чересчур быстро. — Дик возмущенно воззрился на собеседницу. — Вы меня просто извели! — пожаловался он, словно беседуя сам с собою. — Положа руку на сердце, должен сказать: вы меня околдовали, мисс Мюррей, и я говорю не только о физическом влечении. Хотя… — усмехнулся он, — вы и здесь на высоте.

Не веря своим ушам, Мелли растерянно смотрела на собеседника.

— Кажется, мне следует сесть. Вы часто используете эту реплику? — Она рухнула в плетеное кресло и судорожно прижала к груди подушку.

— Если бы я хотел только переспать с вами, то не лез бы к вам в душу, — грубо ответил Дик. — Я разве хищник?

Лицо его потемнело от гнева. По иронии судьбы, именно на безжалостного хищника он в этот миг и походил. По спине Мелли пробежал холодок. Перед нею человек сильных страстей, в нем кроется угроза. Они принадлежат разным мирам. Разве благоразумная женщина решится на роман с Диком Грейсоном?

— А что вы предлагаете? — тихо осведомилась Мелли, страшась ответа. Она едва не совершила непоправимой ошибки, и, как ни странно, Дик остановил ее. Надо дать собеседнику понять, что ей дела нет до его предложений. Надо залатать зияющие бреши в защитных бастионах!

— Да просто стать друзьями, сердечными друзьями. — Дик подчеркнул эпитет, и щеки Мелли снова вспыхнули румянцем. — Пусть события развиваются своим чередом, и как только один из нас захочет свободы…

— …Мы разойдемся, — докончила Мелли.

Все звучало очень разумно, так почему она нервничает? Тесное общение с Диком грозит ей бедой… но Мелли предпочла закрыть глаза на столь очевидную истину. Она справится.

— Разойдемся без обид.

— Вы имеете в виду — без исповедей бульварной прессе? — вызывающе сощурилась она.

— Если я хоть сколько-нибудь разбираюсь в людях, с вами такая ситуация просто не возникнет.

— Спасибо за комплимент. А что теперь?

Ох, не ввязывалась бы, упрекнула себя Мелли. Все закончится слезами, милая!

При мысли о том, что один из самых неотразимых красавцев мира вздумал за ней поухаживать, Мелли ощутила странную опустошенность. Тело ее болезненно отозвалось на обман: оно-то стремилось к любви, предвкушало страсть!

— Но разве это не… — Мелли обескуражено развела руками. — Уж как-то все очень предсказуемо получается!

Оглушительный трезвон телефона помешал Дику ответить. Во взгляде Мелли отразилась вся гамма противоречивых чувств, истерзавших ей душу. Она выбежала в гостиную и сняла трубку.

— Тимоти! — радостно воскликнула Мелли, узнав знакомый голос на том конце провода.

Предвосхищая расспросы, собеседник сообщил потрясающие новости, и Мелли задохнулась от восторга.

Дик последовал за ней в гостиную, и теперь, прислонившись к стене, глаз не спускал с Мелли, пока та беседовала по телефону. Чем больше сияло счастьем ее личико, тем больше мрачнел Дик. Он сгорал от ревности. Что это за человек, который способен так обрадовать Мелани Мюррей? Уязвленная кинознаменитость мысленно поклялась сделать все возможное, чтобы однажды Мелани и ему улыбнулась этой лучезарной улыбкой.

Мелли положила трубку и с блаженно-мечтательным видом обернулась к собеседнику.

— Это Тимоти звонил.

— Кто такой Тимоти, черт его дери? — проворчал Дик.

— Тимоти — муж моей сестры, — нетерпеливо пояснила Мелли, не уловив агрессивной ноты в голосе собеседника. — Ох, Дик, у Лили будет ребенок, представляешь! Бедняжку тошнит по утрам, но в остальном все в порядке. Ну, разве не здорово?

Смеясь и плача, Мелли бросилась к Дику. Тот радостно подхватил ее и закружил по комнате.

— Еще как здорово! — охотно согласился он. — Но зачем слезы?

— Я так счастлива…

— Глупый вопрос я задал, — покаялся он, откидывая с ее лба влажные пряди и заправляя их за ухо.

— Что ты делаешь? — смятенно воскликнула Мелли. И вовремя: с драгоценной ношей на руках Дик зашагал прочь из комнаты.

— Я веду себя непредсказуемо, — коварно усмехнулся актер. — Крайне непредсказуемо. — Пинком ноги он распахнул дверь спальни. — Как насчет того, чтобы поближе узнать друг друга? — Дик осторожно уложил ее на кровать. — Вот что ты обо мне узнаешь в первую очередь: у меня случаются резкие перепады настроения, я склонен переоценивать собственную выдержку. Или, скажем, так: я легко приспосабливаюсь к обстоятельствам.

Ощущая на себе жадный взгляд синих глаз, Мелли с трудом сдерживала дрожь: каждая клеточка ее тела затрепетала в ответ на немой призыв.

— Что ж, лучше сразу узнать самое худшее, — прошептала она, пока Дик развязывал пояс ее халата.

Но тут Дик безжалостно припал к ее губам, оборвав шутку на полуслове, и все потонуло в небытии.

4

Мелли бодрствовала в сгущающейся тьме, не в силах уснуть, хотя усталое тело властно требовало отдыха. Ночь выдалась душная; занавески, несмотря на настежь открытое окно, едва колыхались в тишине. Лежащий рядом мужчина шевельнулся во сне.

Лицо его терялось в полумраке. Тонкая простыня драпировала бедра, оставляя открытым торс. Мелли, едва касаясь, провела пальчиками по изгибу широких плеч, вниз по поросшей волосками груди до упругого живота. Кожа на ощупь казалась атласной. Дик снова заворочался, придвинулся ближе, и она убрала руку.

Это не сон, а явь. К добру или нет, но Дик Грейсон стал ее возлюбленным. Словно для того, чтобы убедиться в реальности происходящего, Мелли вновь и вновь мысленно возвращалась к происшедшему.

Не отрываясь от ее губ, Дик каким-то непостижимым образом избавил ее от влажного купальника: Мелли так и не успела осознать, как это вышло. С невнятным горловым звуком Дик опустился на колени и долго, жадно разглядывал обнаженное тело, от чего Мелли бросало то в жар, то в холод.

Доктор Мюррей, благоразумная, рассудительная особа, непременно встревожилась бы, прочитав в неправдоподобно синих глазах первобытную страсть, но охваченная безрассудством Мелли упоенно предвкушала продолжение. Тело ее словно оживало под взглядом Дика, по жилам разливалась огненная лава.

— Ты прекрасна, — хрипло выдохнул Дик.

— Я очень давно этого не делала… — призналась Мелли, понимая, что вот-вот утратит силы рассуждать здраво.

— Как давно?

— Очень давно.

— Тогда нужно, чтобы сегодняшний вечер с лихвой оправдал столь долгое ожидание, верно? — ласково прошептал Дик.